Мировая премьера давно ожидаемого фильма ужасов "Человек-волк" (Woolfman) - современной версии одноименного "ужастика" 1941 года - состоялась в Москве 2 февраля.
До этого голливудские звезды, принимавшие участие в картине, уже ездили представлять ее в Рим, Лондон и Париж, но там фильм не показывали. Так что россияне, попавшие на премьеру, увидели его первыми. 7 февраля "Человека-волка" покажут в Лос-Анджелесе. А в широкий прокат в нашей стране он выйдет 20 февраля.
На московскую премьеру пожаловали исполнители главных ролей - собственно "человек-волк" Бенисио Дель Торо (зрители знают актера по фильмам "Че", "Трафик" и другим), его главный противник - инспектор Скотленд-Ярда Эберлайн - Хьюго Уивинг (агент Смит в "Матрице", Элронд во "Властелине колец") и Гвен Конлифф, благодаря которой зверь почувствовал любовь - Эмили Блант ("Дьявол носит Прада", "Молодая Виктория").
Среди насыщенной московской программы у звезд нашлось время и для общения с обозревателем "РГ".
Российская газета: Бенисио, фильм "Человек-волк" в Москве показали впервые. Почему именно Москва? Потому что здесь холодно и страшно?
Бенисио Дель Торо: С одной стороны, я не верю, что так было первоначально задумано. Но с другой - мне кажется это не случайным, потому что у российского кинематографа прекрасная история. Москва - очень далеко от того места, где я живу, но считаю, что многие фильмы надо привозить сюда и начинать показывать именно в Москве. Почему бы и нет?
РГ: Вы - пуэрториканец, то есть очень страстный человек. Ваша фамилия переводится на русский как Бык. Какие страсти вы в себе будили для исполнения роли человека-зверя?
Дель Торо: Главная страсть была в попытке реконструировать и воссоздать атмосферу уже известной истории. Но одновременно присутствовала и страсть вовлеченности в персонаж. Мне хотелось передать его как можно более реалистично и интересно для зрителя. Я и в роли, и в жизни веду себя достаточно свободно и расслабленно. Но при этом я действительно очень страстный человек, и это всего лишь манера поведения - не более того.
РГ: В фильме такой волчий вой - мурашки по коже. Где заканчивались вы и начинался компьютер?
Дель Торо: У меня были такие вставные зубы, что не было возможности хоть раз на камеру завыть самому. Ведь они были приклеены и не давали возможности ни разговаривать, ни кричать (показывает, как это было). И моя гортань меня не слушалась. Даже губами невозможно было сделать движение, необходимое для воя. У меня хоть и рот, и губы большие, но не настолько.
РГ: А как же, простите, вы ели? Ведь в гриме приходилось находиться весь день.
Дель Торо: Приходилось вынимать зубы, и лишь потом есть.
РГ: Как вставную челюсть?
Дель Торо: Да. На площадке постоянно находился хоть кто-то в перчатках, кто вынимал мне зубы. Я в этом гриме даже не мог разговаривать с режиссером! Я показывал знаками: выньте мне челюсть, то есть пришлите человека в перчатках, чтобы сняли зубы, и только после этого мог начинать говорить. Целая комедия была с ними!
РГ: Есть ли у вас любимый момент в старом фильме "Человек-волк"?
Дель Торо: Лон Чейни- младший - исполнитель главной роли. Я помню его образ, лицо, вспоминаю фильм именно благодаря ему. И еще грим, которым в той картине занимался прекрасный мастер - Джек Пирс. Он также делал грим для таких картин, как "Франкенштейн" и "Мумия".
РГ: Я читала, что вы очень робели, когда начали работать на площадке с актером такого масштаба, как Энтони Хопкинс. Как вам удалось раскрепоститься?
Дель Торо: Я думаю, что секрет прост - мы оба актеры. И если поначалу я чувствовал себя не то чтобы скованным, но просто глубоко обязанным этому актеру, потому что я вырос на его ролях, то в процессе работы это исчезло. Я думаю, вы, как журналист, понимаете, что когда видите человека в кино, а потом с ним встречаетесь в реальной жизни, то неизбежно у вас возникнет ощущение неудобства. Но тем не менее я испытываю к Энтони Хопкинсу большое уважение. И думаю, что ни один человек не может не испытывать таких же эмоций, когда работает со своим кумиром.
РГ: Трудно ли иностранному актеру пробиться в Голливуде? В какой именно момент вы почувствовали, как стали знаменитым?
Дель Торо: Думаю, что это трудно сделать любому человеку. Но человеку нетитульной нации - все же сложнее. В Голливуде, среди тех, кто принимает решения и занимает высокие позиции, не так много латиноамериканцев и испаноязычных. Но все меняется. Голливуд становится более универсальным. Сейчас много сценаристов и режиссеров из Латинской Америки. И они уже встречаются даже среди тех, от кого многое зависит.
РГ: А что вы ощущали, когда получали "Оскара" (Бенисио Дель Торо получил его как "Лучший актер второго плана" за роль в картине Стивена Содерберга "Трафик". - Прим. С.А.)?
Дель Торо: (Делает восхищенное выражение лица и с необычной ловкостью перекидывает золотистую пачку сигарет из правой руки в левую, высоко подбрасывая ее вверх.) Я был счастлив. Хотя для меня лично мало что изменилось, потому что у меня есть свой путь, которому я следовал и буду следовать. Но, конечно, стало намного легче и появилось больше возможностей - даже после самой номинации на "Оскар".
РГ: Влияет ли на дальнейшую карьеру актера, когда он играет злодеев, как вы играли в "бондиане"? Или когда он снимается в фильмах ужасов?
Дель Торо: Я никогда до вашего вопроса об этом не задумывался. Но, думаю, что, конечно, влияет. Это - выбор, важное решение, которое определяет все, что вы делаете в дальнейшем. Вот, например, если бы я не снимался в "Трафике", то не сыграл бы и Че Гевару (за роль Че Гевары Дель Торо получил в 2008 году на Каннском фестивале приз как лучший актер и премию Гойя в 2009 году в Испании. - Прим. С.А.). Но тут тот случай, когда главную роль сыграли необходимые связи, - я познакомился с режиссерами и продюсером. И мне было легче.
, доступны 