Новости

Счетная палата остановит вывод российских активов в офшоры

Счетная палата вместе с минэнерго проверит крупные энергокомпании, которые работают в офшорах. И результаты этой работы будут известны уже в конце этого года.

Также готовы поправки в Гражданский кодекс, они помогут пресечь увод наших активов в этот "налоговый рай", рассказал вчера на "Деловом завтраке" в "РГ" глава Счетной палаты Сергей Степашин. Но разговор был не только об офшорах.

Сейчас одна из самых обсуждаемых тем - и в Интернете, и среди экспертов - предложение Владимира Путина подумать, как закрыть тему нечестной приватизации 90-х годов в ходе залоговых аукционов.

Сергей Степашин: Не только залоговых аукционов, но и всей приватизации. Залоговые аукционы были позже - это уже 1996 год.

Премьер говорил о "разовом сборе", который должны внести те, кто получил тогда в собственность госпредприятия.

Сергей Степашин: Хочу напомнить, что в 2003 году Счетная палата закончила исследование итогов приватизации в России в 1990-х годах. Был подготовлен большой отчет. Мы даже издали его в виде книги на русском и английском языках. Она, кстати, стала бестселлером, думаю, сейчас ее надо переиздать. Это важно для того, чтобы все четко понимали, что же произошло в те годы.

Проанализировав итоги приватизации, мы открыто и честно сказали: она "была проведена по худшему варианту из всех европейских стран". Это я дословно цитирую члена экспертной группы, которая работала вместе со Счетной палатой, нобелевского лауреата, американского профессора Джозефа Стиглица. Он человек беспристрастный, выросший на рыночной экономике. Безусловно, цель, которая декларировалась, достигнута не была. А это не только переход на рыночную экономику, но и создание среднего класса, более эффективных предприятий, которые могли бы конкурировать с западными компаниями. В итоге более 60 процентов промышленного потенциала страны оказалось за бортом, многие предприятия были обанкрочены, потеряли инженерный корпус. Вторая в мире советская экономика упала почти на сто позиций. Ни одна страна мира, в том числе страны Восточной Европы - Польша, Венгрия, Чехия, Словакия, я уже не беру Китай, Вьетнам, такого рода приватизации не проводили.

Что касается залоговых аукционов, то это была просто полумошенническая схема, когда люди брали кредит у банка, за бесценок покупали крупнейшие предприятия, иногда даже не возвращая кредит. Тут вопросов нет, комментариев тоже. Кстати, Анатолий Чубайс честно признался, когда мы издали свой доклад по приватизации, что задача ставилась одна: ликвидировать промышленно-экономическую основу для коммунистического реванша, то есть задача была чисто политическая. И с Егором Гайдаром мы это обсуждали не раз.

Но все проходило в рамках принятых тогда законов.

Сергей Степашин: Ряд приватизационных сделок, особенно ваучеризация, проводились в соответствии не с законом, а с указами президента. Я тогда сам был депутатом Верховного Совета, членом Президиума Верховного Совета, правда, наш Комитет по обороне и безопасности, к счастью, приватизацией не занимался. Депутаты находились в отпуске, был введен особый режим управления экономикой. Президент был наделен тогда огромнейшими полномочиями, он ввел указом ваучеры вместо именных чеков, которые мы с вами должны были получить, как это сделали в Венгрии и Польше.

Тем не менее в своем докладе мы сделали еще один важный вывод: массовая приватизация и даже залоговые аукционы де-юре легитимны. Все делалось в соответствии с законами и указами того времени. Отсюда наш третий вывод: ставить вопрос о деприватизации с юридической точки зрения некорректно. Более того, у многих приватизированных предприятий даже в 2003 году уже сменились собственники. И они работали эффективно. Деприватизация могла серьезно ударить по экономической основе государства. Кстати, я об этом доложил тогда президенту страны. Мы направили наш отчет в Госдуму и в Совет Федерации.

 
Видео: Сергей Минабутдинов

Но часть предприятий все-таки удалось вернуть государству.

Сергей Степашин: Могу привести несколько примеров: "Транс-Аммиак", Янтарный комбинат в Калининграде, Мурманское морское пароходство. Кроме того, государству был возвращен атомный флот. А ведь дело доходило до того, что наши крупнейшие атомоходы возили на экскурсии в Арктику иностранных туристов и бизнес зарабатывал на этом немалые деньги. Сейчас, кстати, есть судебная перспектива и по другим предприятиям.

А как же все-таки с компенсацией, с разовым взносом?

Сергей Степашин: На самом деле сразу после нашего доклада с этой инициативой выступили несколько крупных бизнесменов. Думаю, и сейчас найдутся те, кто готов частично компенсировать "нечестную" приватизацию. Если это добровольная компенсация, вопросов нет, пожалуйста, мы будем только приветствовать.

В принципе, можно посчитать разницу в цене тех активов, за которую они приобретались в 90-х годах и что они стоили на самом деле. Но сделать это, сразу предупреждаю, будет непросто. Если в этом есть необходимость, можно решать вопрос через судебные процедуры, подключить независимые органы финансового контроля, в том числе Счетную палату. Мы готовы вместе все посчитать. Тем более есть пример: правительство Тони Блэра в свое время провело подобного рода акции с рядом крупных компаний, в частности, с железными дорогами, которые были приватизированы при Маргарет Тэтчер. И несколько миллиардов фунтов стерлингов тогда вернулось в бюджет Великобритании.

Главное сейчас в том, чтобы мы наконец поставили точку в приватизации 90-х годов. Надо сказать правду о том, что было тогда, и аккуратнее подойти к будущей приватизации. Мы едва не поспешили по ряду объектов, в частности, по "Транснефти", по "Зарубежнефти". На рынке должны конкурировать разные формы собственности.

И я еще раз хочу обратиться не как председатель Счетной палаты, а просто как гражданин к совести некоторых наших чрезвычайно богатых людей. Почему семьи Морганов, Рокфеллеров, других богатых людей, известных американских, немецких, французских предпринимателей занимаются серьезной гуманитарной деятельностью, содержат клиники, реально помогают людям. У нас тоже были свои меценаты - Савва Морозов, Павел Третьяков... К сожалению, наши сегодняшние предприниматели не всегда охотно принимают участие в таких делах.

В этом году Счетная палата намерена серьезно взяться за офшоры, в которые утекают российские активы. Есть ли вообще решение этой проблемы?

Сергей Степашин: Конечно, есть - закрыть офшоры, да и все. Всем вместе договориться - с крупными странами, с крупными экономиками, с крупными предпринимателями в мире, чтобы они не играли в офшоры. По Кипру сейчас почти договорились. Я понимаю, что это трудновыполнимое предложение, потому что деньги не пахнут. Любой предприниматель в первую очередь думает о прибыли, а потом уже обо всем остальном.

Надо, наконец, поставить точку в приватизации 90-х, сказать правду, что тогда было. И аккуратнее подойти к будущей приватизации

На мой взгляд, есть два пути, по одному из них мы сейчас, видимо, пойдем. Первый - лишить по закону налоговых преференций всех, кто работает в офшорах. Это порядка полутора триллионов рублей, если посчитать только по нашей стране. Ребята, вы работаете в офшоре? И хватит, все. Пускай подумают, где выгоднее - в России регистрироваться или там. Но совершенно очевидно, и мне многие предприниматели сейчас скажут, что надо создать условия здесь, чтобы было выгодно держать капитал, средства, деньги в России. А это благоприятный инвестиционный климат не только для иностранных, но и для своих инвесторов, чтобы тебя не крышевали, чтобы законы были понятны, не было в них отсылочных норм, чтобы правила не менялись по ходу пьесы. Тогда не надо будет и в офшор вкладываться. Сейчас есть предложение создать управляющую компанию по Дальнему Востоку, дать определенные налоговые преференции нашим и иностранным компаниям. С удовольствием туда бизнес придет.

Это первый путь. Второй - сейчас готовятся поправки в Гражданский кодекс. Там есть предложения, например, открыть (это касается в первую очередь государственных компаний, по частным пока подождем) владельцев офшоров. И пусть ими занимается Росфинмониторинг. Это ведомство признано одним из самых эффективных по борьбе с сомнительными финансовыми сделками, отмыванием доходов не только в нашей стране, но и в Европе. Еще одно предложение - открыть данные о тех, кто получает прибыль от офшоров. Тогда уйдет криминальная составляющая, то, о чем говорил Владимир Путин на Саяно-Шушенской ГЭС, когда рассматривал вопросы по энергетике. Кстати, в этом году Счетная палата вместе с минэнерго запланировали комплекс мероприятий по энергокомпаниям, в том числе и крупным, которые, как выяснилось, тоже работают в офшорах. Такое исследование будем проводить вместе с рабочей группой первого вице-премьера Виктора Зубкова. Думаю, в конце года будет интересный результат, может быть, даже раньше.

Продолжение "Делового завтрака" читайте 2 марта 2012 года.