Новости

31.01.2014 00:25
Рубрика: Общество

Бродяги на Байкале

Великому озеру требуется хозяин с особыми полномочиями, выбранный по открытому конкурсу
Сильно ошибается тот, кто думает, что с остановкой работы Байкальского целлюлозно-бумажного комбината все проблемы озера и его природной территории канули в Лету. Как бы не так.

Устранение проблем, мешающих уникальному озеру России предстать перед людьми во всей красе и по полной служить людям, пожалуй, только начинается.

Мы пригласили в редакцию газеты заместителя руководителя Росприроднадзора Амирхана Магомедовича Амирханова, он много лет был ответственным секретарем Межведомственной комиссии по вопросам охраны озера Байкал, чтобы выяснить и сообщить нашим читателям о ситуации, сложившейся нынче на озере.

Амирхан Магомедович, Байкальский целлюлозный комбинат обанкротился по суду, остановлен решением правительства и, слава богу, назначен к демонтажу. Как лично вы встретили этот факт? С радостью, грустью или как должное?

Амирхан Амирханов: С радостью. С большой радостью - как эколог. Не мне в "Российской газете" повторять, сколько за последнее время было пересказано, переосмыслено, сделано, чтобы приблизить этот день, когда полувековая, казалось бы, не решаемая проблема разрешилась.

Не хотите добавить, что сверху?

Амирхан Амирханов: Что сверху?

Байкальская проблема решилась сверху.

Амирхан Амирханов: Да, сверху. Но ведь и в жизнь эту проблему запустили верхи. Так что все логично: власть эту проблему создала, власть и ликвидировала. Все по-честному, как и принято у порядочных и ответственных людей.

Но я бы хотел отметить роль прессы, средств массовой информации в этой победе. Особенно "Российской газеты".

Я это говорю не потому, что нынче ваш гость. Реально, по делу: "Российская газета" с конца прошлого века и по сей день держала руку на пульсе байкальских проблем. Ее выступления всегда были компетентны и по делу.

Так что же, Амирхан Магомедович, пресса свой счет по Байкалу может закрывать?

Амирхан Амирханов: Э-э, нет. Я бы первый огорчился, услышав такое. На Байкале все только по-настоящему начинается, чтобы вернуть озеру то, что оно получило от природы - чистый воздух, воду, землю, лес - и что сильно подпортил человек.

Скажем, появились признаки увеличения вредных выбросов в атмосферу на Байкальской природной территории - их количество переваливает за 480 тысяч тонн в год. Или уничтожение ранее накопленных отходов. Особенно тревожное положение на полигонах бывшего БЦБК. Там власти Байкальска задумали устроить городскую свалку бытовых отходов на... картах шламонакопителей, переполненных отходами целлюлозного производства. Они старые, от старости фильтруют ядовитую жидкость в водоносные пласты, оттуда она идет в Байкал. Вместо того чтобы помочь организовать переработку ускоренными темпами этих вредных отходов - на это в 2013 году было отпущено 2 миллиарда рублей, власти города додумались вон до чего...

Так что расслабляться никому не надо - ни властям, ни общественности.

Иллюзии и иллюзионисты

Может, кто-то не хочет расставаться с иллюзиями на берегах Байкала, может кому-то по душе заповедное озеро в качестве сырьевой базы для доходного бизнеса? Ведь стены корпусов БЦБК стоят, трубы ТЭЦ дымят, линии электроснабжения в строю...

Амирхан Амирханов: Иллюзии, если их кто-то питает, беспочвенны. БЦБК, как промышленное предприятие, давно выработал свои технические ресурсы, амортизационные ресурсы перекрыты в разы. Все окупилось и износилось. И к дальнейшей работе непригодно. Использовать можно только землю, на которой стоит комплекс комбината. Но и в нее теперь надо крупно вложиться.

А стоит оно того?

Амирхан Амирханов: Стоит. Там расположены очистные сооружения Байкальска, ТЭЦ, система трубопроводов. И все это требует ухода и ремонтного обслуживания.

Как ремонт?! Ведь остановлено же все. В соответствии с решением Арбитражного суда Иркутской области от 20 декабря 2012 года по делу N А19-10986/09-60 ОАО "Байкальский ЦБК" признан банкротом. А согласно законодательству, следующим этапом банкротства является распродажа имущества предприятия. Какой же тут ремонт, извините?

Амирхан Амирханов: Имею в виду очистные сооружения города Байкальска. Да и часть заводских объектов, которые взяты в аренду и городом, и предпринимателями. Городские очистные сооружения построены недавно.

Они по эффективности и качеству очистки лучше, чем традиционные, скажем, в Иркутске, Ангарске, Братске?..

Амирхан Амирханов: Они в основном такие же. Но новые, построены и начали работать год-два назад. Они соответствуют требованиям, предъявляемым к сооружениям такого рода на Байкале. Но... Дело в том, что других очистных сооружений в населенных пунктах по побережью Байкала вообще нет. Там используют обычные выгребные ямы-септики. Индивидуально-семейного пользования в основном.

А как же туристы?

Амирхан Амирханов: А так... Нынче эта проблема стала доминирующей и реально грозит освоению заповедных берегов красивейшего озера мира.

Нам не нужно сооружать здесь набережные, как, скажем, на Женевском озере в Женеве. На Байкале любой дикий берег благо, любой пляж или скальный обрыв - это неповторимый пейзаж и даже узор, созданный самой природой. И освоение берегов человеком должно вписываться в этот вечный пейзаж. У финнов это получается хорошо. У нас это должно стать не хуже, чем у них.

Кто в тереме живет?

Амирхан Магомедович, в прошлом году вы, вся байкальская комиссия проводили очередное заседание с выездом на Байкал. Уже после того, как вышел правительственный документ о закрытии БЦБК. Члены комиссии, так сказать, вживую знакомились с методами освоения байкальского побережья. Вы говорили, что побывали в одной из частных здравниц на бурятском побережье, построенной на термальном источнике... Расскажите подробнее, что это такое - байкальская частная здравница.

Амирхан Амирханов: Да. Здание суперсовременной архитектуры, построенное по всем правилам, учитывающим сейсмику района - камень, дерево, минимум бетона. Здравница стоит среди деревьев - сосна, ель, кедр, лиственница... Комплекс строений рассчитан на туристов и тех, кому нужны лечебные процедуры. Свои скважины - для водоснабжения. Из горячих источников - для бассейна и ванн. И для отопления: температура термальных вод - 70-80 градусов по Цельсию. Своя дизельная энергетическая установка.

Расстояние от уреза воды?

Амирхан Амирханов: Сам бассейн построен рядом с местом, где горячий источник выходит наружу - это меньше ста метров от озера. Само здание - чуть дальше и повыше. Внизу небольшой аккуратный причал, вертолетная площадка.

Для начальства, похоже, слепили это гнездышко?

Амирхан Амирханов: Я так понял, что "каждого желающего" примут. Но, честно, дороговато для каждого желающего. Зато сервис на высшем уровне, как и пейзаж.

Во сколько обошлось владельцам строительство?

Амирхан Амирханов: Не могу сказать. Мы спрашивали, но те, кто нас принимал, не знали точно. Но строили довольно долго и только зимой.

Почему только зимой?

Амирхан Амирханов: Завозить стройматериалы и оборудование можно только по льду озера. Другой дороги нет.

А по воде?

Амирхан Амирханов: Нужен грузовой причал. Так сказать, разовый. А это, пока разрешение на такое строительство "пробьешь" - и жизнь прошла. Законом не предусмотрен статус такого строительства.

О продавце воды всерьез

Как быть с самой байкальской водой? Сейчас комбинат ее не берет - это большие миллионы литров. Оставить ее в покое, пустить в оборот, продавать или?.. А сколько мы можем продавать?

Амирхан Амирханов: Много, вопрос только в том, будут ли у нас ее покупать по тем ценам, которые станут складываться. На сегодня, к сожалению, соотношение затрат на бутилирование и транспортировку воды из Байкала и соответственно прибыли не дает гарантии на ближнюю перспективу.

На ваш взгляд, в будущем найдут эффективный способ транспортировки байкальской воды?

Амирхан Амирханов: И сегодня можно проложить трубопровод любого диаметра, на любое расстояние. Это проблемы не составляет. Вопрос в том - надо ли это делать и сколько это будет стоить? И для чего мы должны это делать сегодня?

Где золото роют в горах...

Еще вопрос. Байкальская природная территория очень богата - золото, цветные металлы, редкоземельные, газ, уголь, нефть, лес, драгоценные камни, лечебные термальные источники... И все это к разработке запрещено законами, защищающими байкальские интересы. А что, если разрешить разрабатывать? Прибайкальские люди живут не очень хорошо, у них доходы ниже среднего по России, прожиточный минимум тоже. Если все-таки давать лицензии на разработки, но при условии, что на месторождениях создадут безотходные технологии. Так сказать, мы вам - месторождения для разработки, вы нам - совершенные безотходные технологии. Но сначала предъявите их.

Амирхан Амирханов: Боюсь, не получится. Мы имеем две составляющие запретительного и ограничивающего свойства в законе о Байкале. Все запреты на разработки недр относятся к Центральной экологической зоне Байкала: это зеркало воды, уникальная водная экосистема Байкала, плюс прилегающие к озеру особо охраняемые природные территории. Эта водосборная площадь выделена специальным актом правительства, и границы ее утверждены им же. В этих пределах действительно разрабатывать подобного рода месторождения запрещается.

А в буферной зоне?

Амирхан Амирханов: В буферной не запрещено. Только в Центральной. Поэтому все, что касается разработки месторождений полиметаллов, золота, нерудного сырья, газа, нефти и всех остальных ископаемых, то там ограничения работают. На остальной территории мы исходим из того: какое это месторождение, где находится, какие могут быть последствия от разработок. В основном это касается залежей в Забайкальском крае. Там, где старые месторождения, плюс золоторудные проявления, где артели старателей, некрупные компании занимаются добычей драгоценного металла. Это, к примеру, касается типа и способа добывания золота. Если работает драга, установленная по центру реки, перемалывает огромные массы песка и грунта, и речка ниже по течению превращается в грязевой поток, губится рыба, которой традиционно кормилось местное население, идет браконьерский отстрел диких животных - тут не только лицензию надо отбирать, но и звать следователей и прокуроров. Еще один момент: появилось много частных воздушных судов - и вертолеты, и самолеты...

Кто будет регулировать?

Амирхан Амирханов: Должно государство, закон, прежде всего.

"Летучие голландцы" на конвейере

В прошлом году, помнится, вы говорили, что фактическая численность судов, которые бороздят просторы байкальских вод от плотины Иркутской ГЭС до Северобайкальска, тысяч тридцать. Прогулочные катера, яхты, моторки... Каждый делает свой бизнес на природе.

Амирхан Амирханов: Так и есть. Мне кажется, число их не постоянно, но в среднем эти данные получены из материалов, которыми мы располагаем.

А можно со спутника получить точную картину, если снять раза два-три всю акваторию и посчитать. Любое маломерное судно для спутников "разрешимая" цель.

Амирхан Амирханов: Мы, пожалуй, так и сделаем.

Теперь самый злободневный вопрос. Существует еще межведомственная Байкальская комиссия? БЦБК закрыт и вряд ли воскреснет. Вам теперь как бы и ответственных дел на Байкале нет. Чего, мол, на ее содержание тратиться? Она не думает полномочия свои сбрасывать?

Амирхан Амирханов: Существует. Возглавляет ее министр природных ресурсов. И ответственный секретарь есть. И дел у нас по горло, как говорится. И вряд ли убавится. Никто не может ее ликвидировать. И самоликвидироваться она не имеет права. Потому что ее существование - норма закона. Это координирующий орган, который предусматривает законодательство, в нем есть соответствующая статья о межведомственной комиссии.

Когда было заседание на Байкале, вы говорили, что началось давление - разрешить широкую хозяйственную деятельность на БПТ.

Амирхан Амирханов: Да. Активно идет давление, нужно это слово применить. Требуют изменить 643-е Постановление Правительства, ограничивающее разработки природных ресурсов и хозяйственную деятельность в Центральной экологической зоне БПТ. Конечно, послабления, видимо, не будут лишними. Но с другой стороны, разрешать такие виды производства, как, скажем, судостроение в центральной экологической зоне - это похоже на полную капитуляцию экологов.

Судостроение? Серьезно?

Амирхан Амирханов: Не понимаю, и нам не могут объяснить, какие суда они тут собираются строить, для чего и кому их продавать? На Байкале. Судоремонтный - еще можно понять, много судов, но зачем его на Байкале размещать? Такого рода предложений много. Разрешить сплошные рубки леса. Их никогда не было на берегах Байкала. Их во времена Советского Союза запретили. Кстати сказать, все газеты тогда поднялись против сплошных рубок: экологи, лесоводы, ученые. И добились своего. Но, тем не менее, какие-то послабления для строительства линий, электропередач, к примеру, придется делать. Другой сложный вопрос - месторождения Центральной зоны, которые были разведаны раньше. Как, например, мощное месторождение полиметаллов на севере Байкала, так называемое Холоднинское месторождение. На водоразделе Лены и Байкала. Тут сто раз отмерь...

Водоохранная зона раздора

Давно идет разговор о водоохранной зоне. На Байкале она какая сейчас согласно закону?

Амирхан Амирханов: Но она не установлена. Водный кодекс определил, что она должна быть установлена законом об охране озера Байкал. Но воз и ныне там. Предлагали на Байкале считать водоохранной зоной всю Центральную экологическую зону. Для нее установлен режим особого пользования. Следовательно, дополнительно каких-либо особых условий пользования берегом статус водоохранной зоны не влечет за собой.

Но вы же сами сказали: метров 100 от уреза воды в Байкале построили здравницу.

Амирхан Амирханов: Действующие ныне нормы не запрещают, но должен быть соблюден ряд ограничений: построены свои очистные сооружения; водопользование по замкнутому водообороту, никаких неочищенных стоков. Эта сторона Байкала, там, где построены объекты здравницы, западное побережье. Вы наверняка бывали в тех районах на Байкале: крутой берег, почти нет "пляжной" ленты, скальный берег обрывается в глубину.

Но уж если где есть "пятачок" песка с отмелью, соломинке негде упасть от человеческих тел.

Амирхан Амирханов: Свободный берег "освоен" до безобразия. Это в основном, Ольхон, и от него южнее, до Листвянки. Придется сносить и строить более прилично. Думаю, что и водоохранную зону законно доведем до границы Центральной экологической зоны. В принципе, у нас готов документ с хорошей картой водоохранной зоны. Составил его доктор географических наук, большой друг и патриот Байкала - Александр Николаевич Антипов, бывший директор Института географии Сибирского отделения Академии наук России. Он и его институт занимались этим делом всю жизнь. Мы собираемся внести в правительство его проект. Все равно ведь придется существующий закон выполнять: устанавливать специальную (байкальскую) водоохранную зону, потому что эта законная норма не выполнена до сих пор. Противников у нее много. Имеющих вес в коридорах власти.

По средствам массовой информации прошел сигнал: началось усекновение денег, отпущенных на Байкал целевой государственной программой на 2012-2020 годы.

Амирхан Амирханов: На 5 процентов сократили. Все программы сокращены не менее чем на 5 процентов. В деньгах, разумеется, не в мероприятиях.

Не случится ли так, что к двадцатому году от нее останутся рожки да ножки?

Амирхан Амирханов: Не думаю. Отношение ко всем целевым программам одинаковое. Иначе большого, стратегического смысла в такой программе просто нет. Она будет выполнена, безусловно, по всем позициям. И все-таки это не то, что требуется для Байкальской природной территории. Нужно более масштабное влияние на социально-экономическое положение населения в Прибайкалье. Иначе тут порыва не будет. Бюджет 20 лет в эти территории не очень-то вкладывался! Сейчас готовится особый проект по ликвидации накопленного экологического ущерба прежней хозяйственной деятельностью.

Эта часть программы сокращается? Имею в виду размеры финансирования.

Амирхан Амирханов: Нет. Она еще не утверждена окончательно. И будет рассчитываться, исходя из потребностей. А там уж как бюджет позволит.

Общественность давно муссирует такую идею: а что если создать дирекцию Байкала во главе с директором, наделенным особыми полномочиями. Чтобы был реальный конкретный хозяин и было с кого реально спросить. Полномочный защитник национального достояния. Как в "Газпроме", к примеру.

Амирхан Амирханов: Полностью противоречит Российской Конституции, к сожалению.

Но ведь мы же великие мастера обходить подобные противоречия, когда надо.

Амирхан Амирханов: У нас нет административно-территориального образования под названием Байкал. У нас есть два субъекта, даже три, которые имеют отношение к Байкалу. Вообще Байкал распилен по частям на губернии. Отсутствует согласованная взаимоувязанная политика сбережения на Байкальской природной территории. Это реальная проблема. Ее надо отрегулировать.

Она и останется, по существу, несогласованной при такой структуре управления. Потому что у каждого свои задачи и у каждого свое предназначение. И у каждого свой интерес. Каждый свою диссертацию пишет. Бездарная пародия на плохое управление.

Амирхан Амирханов: Единственное, в чем у нас с Россельхознадзором, Росгидрометом и Роспотребнадзором налажено взаимодействие - много документов, подписанных вместе с ними. Жизнь показывает: этого мало. На местном уровне нужен координирующий орган федерального уровня, который бы мог принимать решения по надзору с участием прокуратуры. Тут ведь и прокуратуры разные. Они разделены все по субъектам Федерации. И не объединены байкальским интересом. Все приходящие няньки.

...И чтобы все у него, у директора Байкала, зарплату получали в кассе. Подобная идея активно обсуждалась в печати в 60-70-х годах. У нее было много сторонников среди ученых, интеллигенции, писателей, журналистов, рядовых читателей газет. Ученые предлагали даже Лимнологический институт АН СССР в качестве дирекции, а его руководителя, академика в качестве директора Байкала. Тогда ЦК КПСС "посоветовал" нам "не подменять принцип единоначалия фантазиями на тему ...", и обсуждение идеи скисло и затихло.

Нынче у нас ситуация в корне изменилась. Ради интересов Байкала распоряжением президента Путина отодвинут от его берегов маршрут трансконтинентального нефтяного трубопровода. Прекращено существование самого ядовитого для Байкала производства целлюлозы на его берегу. Совсем недавно мы узнали настоящую цену его самой чистой на Земле питьевой воды. И нашему взору предстала фактически полная незащищенность озера-уникума; а повышенное внимание к нему - это не внимание стражей вечности, а ненасытных потребителей его водных ресурсов с целью личной выгоды.

Уникальность Байкала как производителя чистейшей питьевой воды со скоростью 60 кубических километров в год всемирно известна. Это обстоятельство требует и уникального подхода для формирования управленческого аппарата - на высшем уровне уникального. Ибо Байкал - это наш Фонд национального благосостояния N 1 и одновременно Резервный фонд: наша гарантия на будущее всем поколениям, которые будут после нас.

Амирхан Амирханов: Это сложно. Но, наверное, вполне возможно создать именно такую структуру, которая обеспечивает жесткий контроль.

Тогда чего же министерство и субъекты Федерации не обеспечивают? У Конституции не убудет, если мы сделаем такую реальную структуру на Байкале.

Амирхан Амирханов: Конечно, не убудет. Но нам тогда надо поменять ряд принципиальных положений, чтобы субъекты не возражали в этом случае. Мы у них должны будем изъять 360 тыс квадратных кэмэ территории.

Не нужно изымать. Это будет хозяйствующий субъект на части их территорий. Некое ФГУ, что ли. Чтобы объединять усилия этих территорий под жестким контролем и единым управлением. Или генерала Шаманова сюда посылать?

Амирхан Амирханов: Генерал Шаманов, наверное, справился бы. Нынче получаются разнотыки. Например, транспортные службы с правом выдачи лицензий. Разве можно было такую стихию, такую толкотню на водной глади озера создать? Естественно, нет. Но у них задача другая: не охрана, а транспортные сборы, прибыль. Чем больше единиц транспорта, тем крупнее сумма сборов. Есть другие службы, они пусть и охраняют. Но вот вопрос: в чей карман эти суммы идут? Можно ли обеспечить охрану, если тут сплошные нарушения?

Такая богатейшая территория. И динозавры водятся, и реликты растут. А уровень жизни населения далек от процветающего.

Амирхан Амирханов: В последние годы люди здесь стали лучше жить. Особенно на бурятских территориях. Хотя прилегающие деревни тоже вызывают сострадание. Ни единого проекта, ни единой программы, ни единого генплана, архитектурного замысла, хотя бы в виде традиционно сибирских рубленых изб.

Но мусора много. Банку консервов открыли, кинули - и там горы этих банок. Годами накапливаются в мусорные свалки. И рубероидная архитектура, как я ее называю. Это, видимо, общая ситуация. Чем дальше на север, тем больше подобного рода проблемы. Чувство времени иссякает.

Амирхан Магомедович, а что это за проект Диснейленда на территории БЦБК, в который уже начали вкладывать деньги? Не из тех ли сумм, что отпущены вне очереди на ликвидацию прокисшего лигнина, которого накопилось около семи миллионов тонн? Если так, то кто-то волосатой лапой подбирается к миллиардным бюджетным ассигнованиям, отпущенным на оздоровление Байкала и его территорий. Чтобы оздоровить свой счет в банке на сотню-другую миллионов рублей. Это мы проходили...

Амирхан Амирханов: По-моему, в байкальских широтах, где попадаются "языки" и "линзы" вечной мерзлоты, где тепло бывает три-четыре (если повезет) месяца в году, всерьез говорить о диснейлендах и их прибыльном существовании - сложно! У Байкала и без Диснейленда нахлебников много. А состоятельных посетителей, готовых в него вложиться, - искать и искать днем с огнем.

Но если проекты есть и они уже запускаются, значит, кто-то вложился?

Амирхан Амирханов: Мне тоже интересно, из чьего кармана?

Последние новости