Новости

Зачем СПбГУ выкладывает в интернет зарплату ректора и преподавателей, а также тексты диссертаций
Легко ли быть ректором университета, попечительский совет которого возглавляет премьер-министр, факультетами руководят мировые знаменитости, а в числе выпускников - президент страны? Об этом на "Деловом завтраке" в редакции "РГ" рассказал Николай Кропачев - ректор Санкт-Петербургского университета, старейшего вуза России, которому исполнилось 290 лет.

Николай Михайлович, в вузах начинается приемная кампания. И только МГУ и СПбГУ кроме учета результатов ЕГЭ имеют право проводить и собственные экзамены. В МГУ они есть, а у вас - нет. Почему?

Николай Кропачев: Не всякий школьник даже с хорошими баллами ЕГЭ готов сдавать дополнительные экзамены. Сильная сторона ЕГЭ - возможность талантливым ребятам из глубинки поступить в СПбГУ, не тратя лето и деньги на приезд и проживание. Да и в обществе еще не восстановлено доверие к вузовским испытаниям. В нашем вузе есть только дополнительные испытания на творческих специальностях (например, вокальное искусство или дизайн), и все экзамены уже не первый год проходят под аудио- и видеозапись.

Некоторые ректоры предлагают ввести в вузах обязательное обучение на английском. У вас в университете лекции на английском читают?

Николай Кропачев: Дело не в том, на каком языке читаются лекции, а в том, что после окончания вуза будет уметь студент. Сможет ли он работать с иностранными документами, свободно говорить, выигрывать дела в иностранных судах или публиковаться в зарубежных научных журналах? Мы единственные в России ввели в собственных образовательных стандартах требование к владению английским на уровне B2 (по европейской шкале) к выпускнику бакалавриата по любому направлению. Защиты PhD в СПбГУ проходят на русском и английском. Владение иностранным языком на уровне, позволяющем преподавать, - требование к кандидатам на должности. Обучение наших студентов в течение одного или двух семестров в иностранном вузе становится нормой.

В СПбГУ 70 процентов студентов - иногородние. В свое время у вас были большие проблемы с общежитиями. Удалось их решить?

Николай Кропачев: Места в общежитиях есть - проблема в другом. Большая часть мест, свыше 7 тысяч, находится в Петергофе. Когда в 70-е годы там построили учебно-научные корпуса и общежития, туда планировался переезд всего университета, который, однако, не состоялся. К сожалению, неопределенность в этом вопросе привела к тому, что тогдашние руководители не удосужились должным образом создать и оформить окружающую инфраструктуру: дороги, сети, не сумели поддерживать здания в надлежащем порядке. В итоге, при отсутствии хозяина, наша территория в Петергофе стала небезопасной, и заселять туда студентов и продолжать переезд университета я как ректор просто не мог. Сейчас многие проблемы с этим учебно-научным комплексом решены.

В начале этого года многие вузы подняли плату за общежитие. У вас тоже она выросла?

Николай Кропачев: Мы оставили плату на прежнем уровне: 5 процентов от стипендии. Ее можно вообще отменить - она не покрывает расходов на содержание общежитий. Чтобы их компенсировать, студенты должны платить несколько тысяч, а не 67 рублей.

А комендантский час у вас есть?

Николай Кропачев: Круглосуточный доступ в общежитие студентов-юристов мы ввели еще в 2005 году, а после обращения студентов-журналистов в 2010 году - во всех общежитиях университета. Жилищный кодекс гарантирует право на пользование жилым помещением независимо от того, когда ты пришел домой.

С тройкой на юрфак?

Все эксперты единодушны: в России слишком много юристов и экономистов. Некоторые считают, что на страну достаточно 200 юридических факультетов. Как думаете вы?

Николай Кропачев: Ассоциация юристов России аккредитовала всего несколько десятков вузов. У нас нет "перепроизводства" настоящих юристов, а вот лиц, получивших "диплом юриста", слишком много. Нужно и далее проводить мониторинг вузов. Может быть, пора ввести и своеобразный ЕГЭ для выпускников. Такие меры со временем помогут "отсеять" слабые вузы. Необходимо повысить ответственность высших учебных заведений. Каждый вуз должен выдавать свой диплом и за него отвечать своей репутацией. СПбГУ выдает свои собственные дипломы с 2011 года.

Чем такой документ отличается от федерального? Он выглядит как-то иначе?

Николай Кропачев: Главное - это диплом нашего вуза, за качество которого отвечает коллектив. В дипломе содержится гораздо больше информации, что дает работодателю реальное представление о будущем работнике и позволяет включать работодателя в совершенствование наших образовательных программ. Есть и формальные отличия: наш диплом выдается на двух языках - русском и английском. Но если студенту нужно, можем перевести и на японский.

У вас в университете приняты свои правила защиты диссертаций. А дипломы, которые вы выдаете кандидатам наук, тоже чем-то отличаются?

Николай Кропачев: Защита собственных ученых степеней (PhD СПбГУ) происходит по более жестким правилам, чем у ВАКа. Ученым, которые получают эту степень, важна не форма документа, а то, что обеспечивается высокое качество защиты диссертации. Сначала на сайте появляются тема и текст диссертации на русском и английском языке, затем гласно идет формирование совета. Все мнения обсуждаются на сайте. Совет из семи человек создается под конкретную защиту. В нем не менее двух иностранных специалистов и не менее двух из других образовательных или научных организаций России. Каждый член совета пишет отзыв, который размещается на сайте. Защита происходит (по выбору) на английском или русском языке, транслируется в Интернете и доступна на сайте. В течение трех месяцев после защиты любой может высказать свои претензии к защите. И только после этого принимается решение о присвоении степени.

Не боятся кандидаты такой строгой защиты?

Николай Кропачев: Не боятся только дураки или наоборот - умные. Первые при такой процедуре обязательно провалятся, а умные защитятся. За год прошло девять защит. Но у нас пока продолжают работать и ВАКовские советы. Защитившиеся получают обычную степень кандидата или доктора наук.

Ректорские миллионы

Правительство заставило ректоров и проректоров отчитаться о доходах. Страна узнала, что у некоторых есть по нескольку огромных участков земли, квартиры, дачи, дорогие машины. Может, такая открытость все же излишняя?

Николай Кропачев: Еще в 2011 году на заседании Ассоциации ведущих вузов России я предлагал публиковать информацию о зарплатах ректоров. Хотя тогда эта инициатива не была поддержана, это не мешало мне говорить открыто о моих доходах. В 2011-2014 годах эта информация не раз публиковалась в газетах и информагентствах, а также на интернет-портале СПбГУ.

Зачем вы это сделали, если вас никто не заставлял?

Николай Кропачев: В нашей ситуации просто нельзя было по-другому. Когда я стал ректором, в университете была очень напряженная обстановка. В 2009 году никто не мог точно сказать, сколько в университете сотрудников: 11, 15 или 16 тысяч. Понятные принципы материального стимулирования отсутствовали. Это приводило к тому, что разрыв в зарплате между помощником декана и обычным профессором мог быть десятикратным (и не в пользу профессора!), хотя именно "простой профессор" каждый день проводит занятия и публикуется в научных журналах. Сейчас для каждого коллектива установлены четкие критерии, выполнение которых дает возможность нашим лучшим ученым получать и 100, и 200, и 500 тысяч рублей в месяц. Тогда же недостоверная информация была везде! На бумаге значилось 600 зданий, в действительности их было 387. Количество научного оборудования вообще никто не считал и, соответственно, не планировал деньги ни на расходные материалы, ни на обслуживание.

У нас было более 1500 незаконно проживающих в общежитиях; на территории университета были рестораны, рынки, гостиницы, кондитерская и мебельная фабрики, сауны, ветеринарная клиника и даже мастерская по изготовлению надгробных камней! В такой обстановке сотрудники были уверены, что все кругом воруют, поэтому уровень доверия к руководству был "ниже плинтуса". Доверие можно было заслужить только делами и полной открытостью.

Мы стали публиковать информацию о доходах, среднюю зарплату по подразделениям и правила определения зарплаты руководителей. Мы заставили многих, кто незаконно наживался за счет государственной собственности, вернуть участки земли, оборудование, десятки тысяч редких книг, финансовые средства... Помимо этого вернули более 200 миллионов рублей переплаченных налогов. Смогли бы и больше, но бухгалтерская документация за прошлые годы почему-то сгорела... В результате всех наших действий университет вернул более двух миллиардов рублей!

Все ректоры обычно жалуются на то, что минобрнауки дает им слишком мало денег. А сколько получаете из бюджета вы?

Николай Кропачев: В последние три года мы получали из бюджета около 10 миллиардов, плюс почти 3 миллиарда внебюджетных доходов. Это открытая для всех информация.

Какой оклад получает преподаватель СПбГУ?

Николай Кропачев: Средняя зарплата научно-педагогических работников в университете превышает 62 тысячи рублей в месяц. На стимулирующие выплаты приходится более 50 процентов от общего фонда заработной платы. Премии научно-педагогических работников определяют деканы. Наиболее значимые программы стимулирования реализуются на конкурсной основе, ведь доплаты за публикационную активность составляют от 5 до 125 тысяч рублей в месяц.

У вас в университете есть деканы с мировыми именами. Я имею в виду Валерия Гергиева, Михаила Пиотровского, Михаила Ковальчука, Андрея Костина, Алексея Кудрина. Как вам с ними работается?

Николай Кропачев: Я получаю удовольствие от работы с ними. Конечно, у нас бывают и споры. Но все наши дискуссии касаются академических вопросов, ведь главная задача декана - руководить научной и учебно-методической работой.

Квартирный вопрос

Наука у нас сейчас реформируется. Предполагается, что большая ее часть будет сосредоточена в ведущих вузах. Что уже удалось сделать СПбГУ?

Николай Кропачев: По мнению международных рейтинговых агентств, наука и сейчас во многом сосредоточена в ведущих вузах. Мы проводим открытые конкурсы на финансирование исследований за счет собственных средств университета (до 250 млн рублей в год), в которых может участвовать любой профессор - и российский, и зарубежный. Решение о том, кому и сколько будет выделено, принимает не администрация, а экспертный совет, куда приглашены независимые эксперты из других организаций и ведущие ученые, которые не могут лоббировать свои интересы. Заключения экспертов доступны участникам конкурса. Мы приглашаем постдоков - молодых ученых из российских или зарубежных вузов, недавно защитивших диссертации. Сначала проходит конкурс среди ведущих ученых, победители которого получают право без конкурса пригласить постдока. Университет обеспечивает постдокам вполне конкурентный по мировым меркам уровень доходов. И поэтому сейчас в общей сложности в СПбГУ работают постдоки из более чем 20 стран мира.

Иностранцам надо не только платить зарплату, но и как-то решить их квартирный вопрос. Вы что же, квартиры им даете?

Николай Кропачев: У нас есть служебное жилье, которое мы предоставляем на конкурсной основе. Ни в одном другом крупном университетском городе вам такое не предложат.

Мы активно участвуем во внешних конкурсах, проводим свои конкурсы на создание научных лабораторий. На сегодня в университете 12 новых лабораторий. Например, одну из них возглавляет известный в мире климатолог Йорн Тиде, другую - лауреат Нобелевской премии по экономике 2010 года Кристофер Писсаридес. Кстати, 80 процентов средств на развитие его лаборатории дает лично декан факультета. Университет выделяет примерно 200 тысяч долларов в год, декан - целый миллион.

У вас все деканы так хорошо зарабатывают?

Николай Кропачев: Отар Маргания, о котором идет речь, выпускник университета, а в прошлом и его преподаватель. В какой-то момент стал заниматься бизнесом. Сейчас он не только ученый, но и успешный бизнесмен. Я рад тому, что он вернулся назад, в родной университет, и стал деканом.

Цитата

Про Путина и Медведева

Николай Кропачев: У Владимира Владимировича была тема диплома: "Принцип наиболее благоприятствуемой нации в международном праве". Этот принцип означает, что государство обязано предоставить государству-партнеру наиболее благоприятные условия, которые есть у любой третьей страны. Как учился Владимир Владимирович? Для юриста достаточно сказать, у кого он писал дипломную работу - у почетного профессора СПбГУ Людмилы Никифоровны Галенской. У нее не меньше 10 процентов студентов выпускного курса на экзамене получают оценку "неудовлетворительно", а Владимир Владимирович диплом защитил на "отлично". Причем качество и актуальность работы были таковы, что и через десяток лет студенты пытались списывать именно его диплом, получая, замечу, хорошие отметки.

А когда Дмитрий Анатольевич Медведев уехал в Москву с должности преподавателя юрфака, на доске объявлений рядом с расписанием, помню, кнопками была приколота бумажка: "Пропал преподаватель. Молодой, красивый, умный. Дмитрий Анатольевич, возвращайтесь, мы вас любим!"

О Куницыне и Иоффе

Николай Кропачев: У нас в университете собрана богатейшая библиотека. Как-то, еще в советские годы, приехал к нам декан юрфака МГУ, питерский коллега повел его к стеллажам. Доходят до книги Иоффе - великого юриста, который в 80-е годы эмигрировал. Москвич спрашивает: "Как у вас Иоффе сохранился, его же велено было убрать?" Идут дальше. Стоит книга Филановского, который тоже уехал из СССР. "И его оставили?" - удивляется москвич. "А вот, посмотрите, на полке книга учителя Пушкина Александра Куницына, - ответил декан нашего юрфака Вадим Семенович Прохоров. - Книгу изъяли, тираж уничтожили еще в начале XVIII века, а в библиотеке императорского Петербургского университета она осталась. И будет стоять".

Юбилейное

Николай Кропачев: Юбилейная программа запланирована на весь год. Уже был великолепный подарок от Валерия Гергиева и труппы Мариинского театра - балет "Сильфида". 7 июня для студентов и выпускников университета состоялся спектакль "Корсар" в Михайловском театре. Многое ждет нас впереди. В честь 290-летия СПбГУ пройдет концерт Василия Герелло, в Исаакиевском соборе выступит хор университета, откроется выставка в Президентской библиотеке. Все перечислить трудно.

Например, 18 мая, в государственном музее-заповеднике "Петергоф" в честь юбилея состоялось открытие знаменитых фонтанов. Гостями стали 3000 человек - студенты и преподаватели, иностранные ученые. После того как фонтаны Петродворца салютовали первому университету России, ко мне подошел один из профессоров: "Николай Михайлович, наши гости из Франции восхищены! Невозможно даже представить, чтобы юбилей Сорбонны прошел в Версале". А тут российский университет отмечает юбилей в императорской резиденции - потрясающе красивом Петергофе!

О личном

Николай Кропачев: У меня двое детей - Сережа и Лиза. Как ни упрашивал сына не идти по родительским стопам, он выбрал "Юриспруденцию". Четыре года назад окончил университет и уже более года работает не по специальности. Чему я очень рад, потому что всегда говорил: что бы ты ни делал в области юриспруденции, ни себе самому, ни окружающим не сможешь доказать, что добился всего сам, а не благодаря папе.

Лизе восемь лет, она очень хорошо учится, занимается в музыкальной школе, любит рисовать, кататься на горных лыжах, занимается теннисом и плаванием. У нее большие успехи в английском языке.

Кстати

4 июня 2014 года указом президента РФ за достигнутые трудовые успехи, значительный вклад в социально-экономическое развитие Российской Федерации, заслуги в гуманитарной сфере, активную законотворческую и общественную деятельность, многолетнюю добросовестную работу ректор Санкт-Петербургского государственного университета Николай Михайлович Кропачев награжден орденом "За заслуги перед Отечеством" III степени.

Последние новости