Новости

Сегодняшние активные общественники далеки от политики, но вполне способны ее определять
Активный общественник. Без этого пункта в положительной характеристике в советские времена у человека мало было шансов сделать карьеру, съездить за рубеж или получить какие-то ощутимые блага "от парткома, исполкома и месткома". Общественная работа считалась чем-то не слишком приятным, но обязательным. Правда, государство бдительно следило, чтобы она не выходила за рамки дозволенного.

И государство сейчас не то, и партии, и общество... а вот активность "общественники" по-прежнему проявляют. Только иную, чем раньше. Пожалуй, именно по этой сфере лучше всего заметно, как переменилось наше общество после шока, реформ и разных дефолтов. Ученые Института социологии РАН провели масштабное и всестороннее исследование политической и общественной активности россиян. И могут точно сказать: люди у нас вовсе не так разобщены и не настолько пассивны, как это принято считать. Просто не за каждым вождем они готовы пойти и не всякую идею одобрить, не всегда последовательны в отстаивании своих целей. Но упорства им тоже не занимать. Обмануть или запугать их тоже чем дальше, тем сложнее. Собственно, так и зарождается в любой стране гражданское общество. Шаг вперед, два назад, поворот...

Крик и шепот

Общественно активные люди - кто они и чем занимаются? Обычно считается, что главная форма такой активности - это "выйти на площадь" и от души там покричать. Митинги дело, конечно, неплохое, но не всегда эффективное. А у гражданского "активизма", как называют социологи неформальную, неофициальную и добровольную деятельность на общее благо, достаточно много форм и возможностей.

"Тем, кто любит колбасу и кто интересуется политикой, лучше не знать, как делается то и другое", - гласит пословица. К политике как таковой у граждан отношение достаточно настороженное, и 43% россиян предпочитают в нее "не лезть" ни в какой форме. Но, согласно уже другому афоризму, "если ты не идешь в политику, она придет за тобой". Поэтому россияне периодически все же вспоминают, что они не только жители страны, но и ее граждане. 41% голосует на выборах в качестве избирателей, а 6% - работают во время кампаний как агитаторы, наблюдатели, сборщики подписей и т.д. И это цифра достаточно солидная.

37% проявляют свою политическую активность в разговорах с друзьями и коллегами. Да, "сотрясение воздуха" - дело вовсе не бессмысленное, как может показаться. И хотя такой вид общественной деятельности социологи называют "рыхлым" и непостоянным, именно в подобных спорах и формируется общественное мнение. Тем более что сейчас, кроме сарафанного радио, существует Интернет. Правда, пока чисто политические интернет-связи поддерживают лишь 3% россиян. Столько же участвуют в общественно-политических акциях (митингах, шествиях и пр.).


Лозунги мы можем копировать и у Запада. Но если наступаем на грабли, то исключительно на свои. Фото: РИА Новости www.ria.ru

Вообще социологи делят политическое участие граждан в делах страны на "деятельностное" и сугубо "парадное", эпизодическое. Обычно люди предпочитают второе. Поспорили с соседом о политике, сходили на выборы - и хватит. При этом "пассив" явно не торопится изменить свою позицию. Лишь 2% тех, кто сейчас не интересуется политикой вообще, допускает для себя возможность перемены мнения. Из тех, кто ограничивается только разговорами, 5%, возможно, все-таки перейдут к делам. К работе в органах местного самоуправления готовы подключиться 6% (реально работают сейчас 2%), в партиях - 5% (ныне тоже 2%). Как отмечают ученые, самый большой потенциал имеют конкретные организации с четко заявленными целями, умеющие вступать в контакт с властью и "давить" на нее, но при этом не противоречащие закону. В целом, считают социологи ИС РАН, при благоприятных условиях каждый пятый россиянин (20%) на сегодня готов "делать политику" и участвовать в принятии важных для страны решений. Хотя от намерений к делам путь не самый близкий.

Позади Европы всей

Есть и неполитические формы гражданской активности. В советские времена они были добровольно-принудительными: ДОСААФ, Красный Крест и прочие "сборщики членских взносов" плюс профсоюзы, которые действительно имели в стране влияние и вес. Интерес к общественным объединениям переживал то всплески, то спады. Но сейчас, констатируют социологи, гражданам такая форма деятельности нравится больше, чем политическая жизнь. Каждый десятый россиянин участвует в интернет-сообществе по интересам (от групп музыкальных фанатов до любителей-садоводов). 9% состоят в ассоциациях соседей, ТСЖ и т.д. Попытки улучшить качество жизни разумнее предпринимать общими усилиями.

8% россиян участвуют в работе профсоюзов, 5% - в студенческих объединениях, 3% - в тех или иных "профессиональных клубах". В топ-списке у россиян, стремящихся жить "не только для себя", - различные благотворительные организации, фонды или волонтерские структуры. В них задействованы 6% граждан.

Статистика участия и общественный резонанс - разные вещи. Только 2% опрошенных заявляли о своей работе в экологических объединениях или организациях, протестующих против сноса старинных домов, застройки скверов или парков и т.д. Но эффект от их работы в конечном счете заставлял официальных лиц скорректировать генпланы, уволить особенно одиозных руководителей и даже возбудить уголовные дела. Так что принцип "не числом, а умением" активисты-общественники демонстрируют давно и успешно.

А вот по части защиты прав трудящихся мы явно не впереди планеты всей. Так вышло, что политические партии или многочисленные НКО практически не обращают внимания на рынок труда и периодически возникающие там конфликты между работодателями и "персоналом". Там, где итальянцы или французы уже бы начали многодневную стачку, россияне покорно терпят произвол хозяев. Россия занимает среди европейских стран 13-е место из 24 возможных по уровню участия в деятельности профсоюзов: в них формально состоят 19%, работают вдвое меньше. В прошлом 26% граждан опыт профсоюзной работы, кстати, имели. Для сравнения: в той же Исландии 82% граждан - члены профсоюзов, каждый десятый состоял в них раньше. Хуже, чем у нас, ситуация только в странах бывшего соцлагеря. Если же сравнивать нас с остальной Европой по уровню гражданской активности, то дела совсем плохи. Мы на 22-м месте из 24 возможных! 82% россиян никаких общественных порывов за последний год не демонстрировали вообще. Более равнодушны только болгары и венгры.

А зачем?

В целом две трети населения России (66%) стойко игнорируют любые неполитические общественные организации. А среди оставшейся трети активистов половина работает максимум в какой-то одной структуре, 9% - в двух, 8% - в трех и более. Негусто, прямо скажем.

Правда, от не-политики до политики в России расстояние меньше, чем известный шаг от любви к ненависти и обратно. Чисто гуманитарные организации порой влияют на политику сильных мира сего куда мощнее, чем региональные партструктуры, куда входят все местные чиновники оптом. Даже к организациям с высокой степенью известности треть россиян (34%) относятся с интересом, но лично поддержать не готовы. Но почти половина (до 47%) при случае оказывает посильную помощь волонтерам, работающим на месте катастроф, экологам, людям, собирающим деньги для больных детей и т.д. Сердце у нас не камень, перед этим отступают даже всеобщая лень и апатия.

Вообще наибольшие шансы привлечь внимание россиян есть у общественных объединений, которые помогают больным и обездоленным, защищают экологию или охраняют памятники, борются с коррупцией, контролируют ход выборов. Хорошо известны казачьи дружины и клубы футбольных фанатов. Несколько меньше интереса россияне проявляют к тем общественникам, которые борются за то, чтоб "не ржавели духовные скрепы", блюдут традиционные христианские ценности, противодействуют наплыву мигрантов или являются так называемыми "движениями одного требования" - против запрета правого руля, против "мигалок", за свободу собраний и митингов и т.п. Не слишком интересны и потому малоизвестны в стране организации, которые борются за права отдельных категорий граждан (заключенных, секс-меньшинств и пр.).

Кстати, очень много для россиян значит статус организации - официальный или нет. Четверть граждан обращает внимание на то, чтобы работа общественников не противоречила закону, "с деньгами был порядок", и кроме "агитаторов, горланов и главарей", как их именовал поэт, свою работу вели бухгалтеры. Только для 16% россиян статус организации неважен, лишь каждый двадцатый (5%) считает достоинством то, что общественники живут не по обычным правилам, а по собственному уставу. В этом существенное отличие от "вольницы" 90-х.

Зачем люди начинают заниматься общественной деятельностью? Побудительные мотивы, которыми они руководствуются, совсем другие, нежели в советские времена. Тогда общественная работа могла сулить некие ощутимые блага. Сейчас лишь один активист из сотни полагает, что таким образом можно "сделать политическую карьеру". Главное, что делает людей "активными общественниками" в наше время, - возможность защитить свои права. Так говорят 18% опрошенных. Для стольких же ценна сама возможность контактов с единомышленниками, 12% борются за свои идеалы и хотят сделать мир лучше. Каждый девятый (11%) хочет участвовать в конкретных полезных делах, по 8% надеются таким образом получить новый опыт, добиться личностного роста, внести в свою жизнь разнообразие, ощутить свободу. Впрочем, такое же число россиян действует просто "за компанию" с друзьями или близкими. 7% хотят найти новых друзей. Для каждого двадцатого (по 5%) это возможность либо подзаработать, либо "выразить протест против власти". 2% влечет "азарт борьбы".

Ну, а 47%, то есть почти половина, остаются инертными. Своя рубашка ближе к телу, митинги можно и по телевизору посмотреть, всем не поможешь, а "там наверху лучше знают".

Хотя последнее утверждение вовсе не аксиома. В ходе исследования социологи ИС РАН выяснили, каким политическим, общественным и прочим структурам наши сограждане доверяют, а каким нет. Интересная получилась картина.

Меньше всего россияне доверяют как раз тем, кто без массового актива обращается в ничто и должен (по идее) всеми силами крепить свой авторитет, - политическим партиям. Считают их достойными доверия 15% граждан, отказывают - 55%.

От общественной активности люди не ждут выгоды и славы. Главное - защитить свои права, не быть "стадом"

Кому мы верим больше всех? Российской армии - 61%, Православной церкви - 55%, президенту страны - 60%. Четвертое почетное место делят с 43 процентами голосов Российская академия наук, губернаторы и федеральное правительство. Чуть отстает от них телевидение - 41%.

Общественным и правозащитным организациям доверяют меньше трети (31%) россиян, но в этом случае количество позитивных отзывов хотя бы превышает число негативных на 2%. А вот профсоюзам верят около четверти граждан (24%), но 41% гроша бы ломаного им не сдал на хранение. В глубоком минусе - полиция, судебная система и Госдума . Нет в стране большого доверия и печатной прессе, да и ТВ выигрывает битву за авторитет буквально "на балансе" - сторонников у него лишь на 3% больше, чем противников. Кстати, к электронным СМИ люди стали относиться лучше, чем прежде. Рост доверия к ним шел параллельно с укреплением рейтинга президента и был связан с событиями вокруг Крыма и на Украине. Сильно прибавила себе очков и армия.

В целом россияне считают, что ситуация в стране сейчас "благополучная". Если же у них возникнет форс-мажорная ситуация, 71% россиян обратится за помощью к родственникам, 55% - к знакомым, коллегам или друзьям. Искать защиты у государства гражданам приходит в голову куда реже. Только 16% готовы идти за помощью в правоохранительные органы, 7% - в местные органы власти, 4% - "в Москву", к федеральному руководству. Крайне редко люди рассчитывают на помощь общественных правозащитников (6%) или волонтеров (2%), ищут правду и заступников в СМИ (3%). Скорее уж в сложных случаях богу помолятся - так делают 16% респондентов. 17% россиян постараются решить проблему сами.

Во глубине и наверху

"В столицах шум, гремят витии,/ Кипит словесная война, /А там, во глубине России,- /Там вековая тишина", - писал Некрасов более полутора веков назад. Всегда считалось, что разного рода общественный и политический "активизм" - привычка мегаполисов, и особенно двух столиц. Как выяснили социологи ИС РАН, доля истины в этом остается. Но дело не в тишине или уровне "шума", а во все более ощутимом неравенстве двух Россий - столичной и провинциальной. Самая активная, предприимчивая часть молодежи и людей среднего поколения постоянно "вымывается" из глубинки, перебирается в столицу и крупные города - и тут же встречает массу проблем. Такие приезжие активно отстаивают свои права или выражают свой протест. Например, на первом "болотном" митинге 60% участников составляли молодые люди, переселившиеся в столицу за последние 5 лет.

Разные у россиян и жизненные стратегии. Одни придерживаются "пассивной" линии, достаточно инертны - лишь бы ничего не менялось и их оставили в покое. Таких в России 29%. Другие, наоборот, готовы сами стать кузнецами собственного счастья. Подобных граждан становится все больше, и на сегодня они составляют 37% населения. Эти люди рациональны, наделены чувством собственного достоинства, готовы к переменам. Прочие 34% относятся к "смешанному типу" и действуют "по обстоятельствам".

По данным опросов, россияне могут придерживаться самых разных взглядов на роль государства в жизни страны, исповедовать либеральные или консервативные ценности. Большинство в России (56%) сейчас составляют "государственники (этатисты) - державники", которые поддерживают действующую власть, выступают за "порядок", наведенный "сильной рукой" и укрепление державной мощи РФ. Чистых либералов-западников у нас лишь 8%, треть (36%) являют собой в политическом отношении нечто среднее. Но в любом случае у большинства граждан России главное требование к государству - это обеспечение социальной справедливости и равенства всех перед законом. Что же касается экстремистских, крайних форм протеста, то в целом выросло число россиян, которые считают подобные действия недопустимыми ни при каких условиях. И если о несанкционированных митингах так говорят 56% граждан (в 2012 году - 43%), то формирование "боевых дружин" резко осуждают три четверти россиян (72%), попытки перекрыть дороги или магистрали - 59%, порчу имущества оппонентов - 89%, драки - 90%, убийства на "принципиальной" почве - 90%, распространение экстремистских лозунгов в Интернете - 87%, захват и удержание административных зданий - 87%, хакерские атаки - 80%, публичные оскорбления - 88%.

Общество - это люди. А люди предпочитают оставаться людьми. Для личного и общего блага.

Справка "РГ"

Общероссийский социологический опрос "Гражданский активизм: новые субъекты общественно-политического действия" проведен Институтом социологии РАН при поддержке Некоммерческого фонда - Институт социально-экономических и политических исследований в марте 2014 г. по репрезентативной общероссийской выборке. Были опрошены 1600 респондентов в возрасте от 18 лет и старше, представляющих 10 социальных групп населения, опрос проведен в 58 поселениях (пропорционально населению мегаполисов, областных центров, районных городов и сел). Аналитический доклад по результатам исследования подготовлен рабочей группой Центра комплексных социальных исследований Института социологии РАН (В.В. Петухов - руководитель, Р.Э. Бараш, Л.Г. Бызов, С.В. Мареева, Р.В. Петухов, И.Н. Трофимова, Н.Н. Седова).

Комментарий

Итоги опроса комментируют директор Института социологии РАН академик РАН Михаил Горшков и руководитель Центра комплексных социальных исследований ИС РАН кандидат философских наук Владимир Петухов.

Судя по обычным и интернет-дискуссиям последнего времени, "общественная активность" в России все больше сводится к выяснению, "кто за красных и кто за белых". Это норма или, наоборот, болезненное состояние общества?

Михаил Горшков: Фильм "Чапаев", из которого вы взяли цитату, при всех своих художественных достоинствах вряд ли может в наше время считаться "учебником жизни". Хотя если почти две трети граждан выражают поддержку государственной политике и лидеру страны, вполне логично для них поинтересоваться: "А президент за кого?" - и сделать свои выводы. Разговоры о политике - тоже вид общественной активности, ничего "болезненного" здесь нет. Другое дело, что в России, в отличие от других демократических стран, многие формы гражданского активизма развиты очень слабо или не присутствуют вовсе. И это, безусловно, не радует.

Пусть нас не обманывает то, что ситуацию в стране большинство граждан считает "благополучной". Степень доверия президенту велика, но другие государственные институты этим похвастаться не могут. Мы наблюдаем рост социальных неравенств, все большее противоречие между бедными и богатыми, жителями мегаполисов и провинции, повышенный запрос на "справедливость и закон" в обществе. Когда добиться этого не получается, многие люди замыкаются в себе и своем "микрокосме", устраняются от любой общественной активности. В последние годы можно отметить некоторый рост гражданской активности, но пока довольно невысокий и неустойчивый. "Аллергия на политику" у людей пока не прошла - или, скорее, проявляется вновь после митингового всплеска 2011-2012 гг.

Владимир Петухов: Одно из противоречий мы видим на муниципальном, местном уровне. С одной стороны, именно локальные проблемы порой подвигают людей к активным действиям (незаконная застройка, экологические нарушения и пр.). Для 65% граждан очень важно найти единомышленников, столь же неравнодушных к проблемам жизни в их городе, районе или доме. Это важнее, чем обрести собратьев по духу в вопросах политики, религии, культуры, искусства и т.д. А с другой стороны, уровень вовлеченности граждан в деятельность органов местного самоуправления очень невысок, проявляют желание работать в них лишь 7-9% жителей. Эти структуры люди считают "недовластью", 79% уверены, что ничего решить она не в силах. А местная бюрократия очень рада тому, что у граждан отсутствует запрос на реальное, эффективное самоуправление. Не хотят - не надо. Местным чиновникам так жить гораздо удобнее - без контроля снизу, в привычной "планово-клановой системе", в абсолютно закрытом режиме. Но в идеале именно гражданская активность должна стать главным критерием оценки эффективности работы местной власти.

А какой "запрос" люди адресуют власти высшего уровня, например Госдуме?

Михаил Горшков: От представителей федеральной власти они ждут прежде всего профессионализма. В ходе исследования особенно остро встал именно этот вопрос: людям не нужны скандалы на парламентской трибуне, им требуются внятные, разумные законы, не допускающие толкований в чью-то пользу. Вместо альянса партийных функционеров и "модных" персонажей (спортсменов, артистов и т.д.) они хотят видеть парламент профессиональным, отражающим социальную структуру общества и включающим в себя известных гражданских активистов, общественных деятелей.

Владимир Петухов: Поясню с цифрами в руках. 62% россиян хотели бы видеть в Думе экономистов, 61% - юристов, 45% - ученых, 39% - рабочих, 33% - военных, 29% - врачей, 28% - учителей, 27% - гражданских активистов, 26% - крестьян. Почти вдвое меньше нужны партийные и религиозные деятели, литераторы и госслужащие. И меньше всего в Думе хотят видеть бизнесменов, спортсменов, журналистов и блогеров. Все красноречиво.

Неужели мы наконец переходим от "протестов против" к "призывам за"?

Владимир Петухов: Трудно сказать, устойчивая это тенденция или своего рода "сезонное явление", но опросы показывают: только за последний год практически в два раза, с 21% до 10%, сократилась доля людей, готовых откликнуться на призыв оппозиции "выйти на улицы". Разочарование в уличных формах протеста налицо, но при этом уровень поддержки действующей власти остается примерно таким же, как и раньше. Иначе говоря, в условиях резкого конфликта власти и оппозиции большинство россиян предпочитает держать нейтралитет. И когда определится победитель, готовы примкнуть к нему. При этом уровень симпатий к власти существенно больше, чем к оппозиции. Сторонниками последней выступают скорее молодые люди до 30 лет, а власть может рассчитывать на поддержку среднего поколения. "Высшие слои" общества - это наша внутрироссийская Швейцария: богатая, обособленная и старающаяся быть "над схваткой". Что же касается других групп населения, то они, скорее всего, осознали: митингами и шествиями многого не добьешься. Происходит массовый переход в то, что Юрий Левада называл "безысходным терпением". Правда, либерально настроенное меньшинство по-прежнему демонстрирует "готовность к мобилизации". В целом общий уровень политической и общественной активности граждан в России очень невысок. Отрадно лишь то, что качество такого участия в делах социума меняется - становится более осмысленным, социально мотивируемым и при этом бескорыстным. Есть ощущение, что наше общество, особенно молодежь, устало от эгоизма и разобщенности и ищет хоть какую-то, пусть локальную, но конструктивную идею, способную объединить граждан. Это дорогого стоит.

Михаил Горшков: Отвечу на вопрос, который вы еще не задали, но - по опыту - без него не обойдетесь. Есть ли вероятность того, что по некоей причине россияне все-таки "выйдут на улицы" и не повторится ли у нас украинский сценарий? Нет, это "не наш путь". В России выросла готовность граждан защищать свои права через суд, посредством подписания петиций в органы власти - то есть легитимным путем. Тревожно то, что почти вдвое увеличилось число тех, кто вообще не верит, что от "политического класса" можно чего-то добиться. Но вооруженное сопротивление и криминальные методы кажутся допустимыми лишь 3 процентам населения, и то чисто гипотетически. Мы все-таки мирные люди и бронепоезд на запасном пути не держим. Однако хотим, чтобы "состав", выходя из тупика, все же набирал скорость. И если государство не будет ставить палки в колеса и стрелки вкось - есть надежда, что усилия "общественников" дадут неплохие плоды.

Последние новости