Новости

27.10.2014 00:59
Рубрика: Армия

Приказ поступит из Центра

С 1 декабря заступает на боевое дежурство особо секретный комплекс - Национальный центр управления обороной
Национальный центр управления обороной РФ - новый орган федерального значения начнет полноценно функционировать 1 декабря в Москве. Его созданием по распоряжению президента РФ весь год занималось минобороны.

Из секретного комплекса на Фрунзенской набережной военные смогут отслеживать ситуацию по всему миру. С какой целью в России впервые сформировали по сути Ставку Верховного Главнокомандования? Какие задачи будет выполнять в мирное время и в час "Ч"? Об этом в интервью корреспонденту "Российской газеты" рассказал начальник Главного оперативного управления Генерального штаба ВС РФ Андрей Картаполов.

Андрей Валериевич, создаваемый в Москве Национальный центр управления обороной иногда еще называют Ставкой Верховного Главнокомандования. Такое сравнение уместно, учитывая, что новый орган разворачивают не в военное, а в мирное время?

Андрей Картаполов: Понятие "Ставка Верховного Главнокомандования" сегодня в определенном смысле устарело. Название "Национальный центр управления обороной государства" в большей степени отвечает тем идеям и требованиям, которые закладывались при его создании.

Что тут главное. Все информационные потоки сводятся в единое русло. Это дает возможность в реальном масштабе времени, на конкретный час и даже минуту знать обстановку по всей глубине построения войск - до крайнего подразделения Вооруженных сил и объекта департамента министерства обороны. Кроме того, речь идет об обеспечении постоянного контроля всех мероприятий, проводимых в министерстве, в армии и на флоте. А еще - о подготовке предложений для принятия решения руководством страны и командованием Вооруженных сил. Это необходимо при резком изменении обстановки, в так называемое время "Ч".

Понятно, то есть накануне или во время войны. Но ведь на Центр "замкнули" не только минобороны, но и десятки других министерств и ведомств. Для чего это сделано?

Андрей Картаполов: Помимо обороны есть такое понятие, как безопасность государства. В большей степени оно характерно для мирного времени и подразумевает участие в поддержании этой самой безопасности достаточно большого количества различных министерств и ведомств, каждого по своему направлению.

Скажем, для Погранслужбы ФСБ - это надежная охрана наших границ. Для МЧС - ликвидация последствий природных катаклизмов и техногенных аварий. И так далее. Каждое министерство и ведомство имеет свой участок в общей структуре той монолитной "стены", которая именуется системой обеспечения безопасности страны.

Но при возникновении военной угрозы на первый план выходит оборона государства. Тут ведущую роль начинает играть наше министерство, которое непосредственно управляет Вооруженными силами и всей военной организацией страны. При этом функционал остальных федеральных органов исполнительной власти остается прежним.


Так выглядит одно из многочисленных помещений нового центра — зал управления и взаимодействия. Фото:Пресс-служба Министерства обороны

Чтобы эффективно решать задачи в особый период, нужно знать и понимать, что делают наши коллеги и как они должны действовать в той или иной ситуации. Поэтому в Национальном центре предусмотрено место для размещения групп, которые обеспечат взаимодействие при решении всех этих вопросов.

И сколько министерств и ведомств будут представлены в Центре на штатной основе? Упоминаемое в СМИ количество 46 соответствует истине?

Андрей Картаполов: Я бы не стал привязываться к конкретным цифрам. Жизнь покажет. Может, их будет десять, может, сорок, а может, и восемьдесят.

Что же касается штатных сотрудников Центра, то от командирования в их состав представителей различных ведомств решено отказаться. Как я уже сказал, места для них имеются, при необходимости всех разместим. Но находиться в Центре постоянно они не будут. В случае обострения обстановки, возникновения кризисной ситуации, в зависимости от характера угрозы тех, кто "завязан" на ее разрешение, вызовут на Фрунзенскую набережную - чтобы мы работали в непосредственном контакте.

Напомню, что с апреля Центр функционирует в режиме опытного боевого дежурства. Его штатные сотрудники, а это более тысячи военных и гражданских специалистов, поделены на четыре смены.

Заступают на сутки. Отдежурили, 24 часа отдыхают, потом сутки готовятся к дежурству. Четвертая смена условно резервная, ведь кто-то в отпуске, болеет, занимается какими-то вопросами.

Для нас главное - обеспечить круглосуточный качественный мониторинг ситуации в стране и в мире. Специалисты Центра понимают, что такое постоянная готовность к несению службы. Они живут в этой обстановке, им не надо что-то заново объяснять. Конечно, работа утомительная. Поэтому создали для них достойные условия. Имею в виду не только рабочие места, но и столовую, кафе, места для отдыха, медицинское обеспечение.

Известно, что в новую структуру вошли Центр управления стратегическими ядерными силами, Центр боевого управления и Центр управления повседневной деятельностью Вооруженных сил. Что за специалистов набрали для такой ответственной работы и где их готовили?

Андрей Картаполов: Это люди, уже имеющие подготовку если не по всем, то по большей части вопросов, которые будут решаться в Центре. Поэтому необходимость привлекать к работе специалистов из других структур отпадет. Потребуется, скажем, эксперт в области применения авиационного вооружения, такой в дежурной смене в Центре имеется, специалист по логистике - тоже и так далее.

Однако без целевой подготовки кадров для работы там, конечно, не обойтись. По решению министра обороны с 1 июля организована учеба должностных лиц в Институте управления национальной обороной на базе Военной академии Генштаба. Курс рассчитан на три месяца, что позволит ежегодно готовить для работы в Центре до 500 экспертов и аналитиков. А еще вести переподготовку руководителей федеральных органов исполнительной власти и директоров предприятий ОПК.

Возможно, в последующем учебная программа и время на ее освоение увеличатся.

Выходит, Центр будет заниматься и оборонкой?

Андрей Картаполов: Планируется, что в режиме реального времени оттуда станут отслеживать и координировать все этапы изготовления и ремонта техники, начиная с заключения госконтракта и запуска изделий в производство, заканчивая поставкой конкретного образца вооружения в конкретную воинскую часть.

Одновременно специалисты Центра будут сопровождать все, что связано с подготовкой мест для хранения этого оружия и техники, подбором и обучением боевых расчетов и экипажей для их эксплуатации.


С Фрунзенской набережной можно будет в том числе управлять стратегическими ядерными комплексами. Фото:AP

Для получения, обработки и передачи такого объема информации нужны суперкомпьютеры и уникальное программное обеспечение. Они в Центре есть?

Андрей Картаполов: Есть, но я не хотел бы сейчас называть конкретные марки. Безусловно, собираем туда самое лучшее, что имеется в стране, используем наиболее прорывные технологии и подходы. Особо подчеркну, что вся техника и программное обеспечение на 100 процентов отечественные. Ни одного изделия, сделанного за рубежом, там не найдете. Это ведь исключительно важный элемент безопасности.

В Центре будет функционировать мощный программно-аппаратный комплекс, отвечающий не только самым современным требованиям, но и на обозримую перспективу. Он позволит моделировать кризисные ситуации не только вокруг наших границ, но и в любой точке мира.

Предположим, что-то случилось в далекой от России стране. Но там а) присутствует наш дипломатический персонал, б) на ее территории имеется собственность, принадлежащая РФ и ее гражданам, в) там находятся россияне, например, туристы. И вот все это вкупе подвергается реальной угрозе. В ходе постоянного мониторинга мы поймем, насколько велика эта угроза и подготовим предложения Верховному главнокомандующему, министру обороны и начальнику Генштаба по порядку действия - защите наших людей и имущества, их эвакуации, направлению туда медперсонала и т.д.

Это будут не общие предложения, а абсолютно конкретные варианты возможных действий. Если, к примеру, необходимо вывозить российских граждан из той страны по воздуху, то в Центре не просто определят потребность в самолетах с указанием конкретных типов машин. Будет составлен детальный график их подачи, названа емкость местных аэродромов, сделан расчет по одновременной посадке лайнеров, названа численность людей для охраны пассажиров и техники... Там будет все - вплоть до списка государств, с которыми нужно согласовать коридоры пролета лайнеров и перечня основных и запасных аэродромов для их посадки.

И таких вариантов очень много. Мы их постоянно нарабатываем, в том числе по сценариям, которые уже имели место в истории или разворачиваются сейчас.

Это касается и моделирования возможных ударов по России?

Андрей Картаполов: Такие варианты тоже рассматриваем. У нас имеется целый перечень кризисных ситуаций, которые могут возникать. Ежедневно по отработке тех или иных сценариев проводим тренировки. Наработанные варианты закладываем в файлы. Их при необходимости используют при принятии решения руководители страны.

А у них кабинеты в Центре имеются? С табличками на дверях, чтобы все знали: тут работает Верховный главнокомандующий, здесь - министр обороны, а это комната для начальника Генштаба.

Андрей Картаполов: Безусловно. Однако не стоит думать, что все ограничено комплексом на Фрунзенской набережной. Центр представляет собой достаточно разветвленную систему со "стволом" непосредственного подчинения. Для минобороны - это Национальный центр. В четырех военных округах - региональные центры примерно с таким же функционалом, как в Москве. В армиях и корпусах имеются территориальные центры управления, в бригадах и дивизиях - командные пункты. Все военные органы управления четко встроены в единую систему информационных потоков. Сбор и передача данных, принятие информации, контроль, обеспечение - все функционирует.

В других министерствах и ведомствах есть аналогичные структуры. Мы с ними завязаны в информационном плане через средства связи и коммуникации.

А то, что сменами уже наработано в ходе опытного боевого дежурства, поможет с Нового года безболезненно перейти к полноценному функционированию Центра. Ведь его аппаратура, каналы сбора и анализа информации уже апробированы, и мы будем уверены, что все работает, как нужно. Кроме того, в стране создается структура, которая будет иметь задел на будущее. Если хотите, саморазвивающаяся система.

То есть 1 декабря, на которое назначен официальный ввод Центра в строй, никаких принципиальных изменений в работе дежурных смен не произойдет?

Андрей Картаполов: Совершенно верно. Прежде всего этот день определен для доклада министра обороны Верховному главнокомандующему о выполнении поставленной им задачи - создании в России Национального центра управления обороной государства.

Есть еще одно обстоятельство. Пока не все органы управления, входящие в структурные подразделения Центра, переехали на Фрунзенскую набережную. Часть из них сейчас продолжают работу в комплексе зданий минобороны на Знаменке. А 1 декабря - тот срок, к которому все, кому это предписано, должны перебазироваться в новый Центр.

Учитывая статус объекта, там, наверное, предусмотрены особые меры безопасности?

Андрей Картаполов: Этому вопросу уделяется очень пристальное внимание. Мы там тоже реализуем наиболее перспективные разработки в данной области. Они позволили на отдельных направлениях использовать робототехнику и вообще исключить присутствие человека. На других направлениях - создать крайне ограниченный доступ с самыми современными технологиями.

Что же касается безопасности Центра в целом, то она полностью обеспечена, в том числе при нанесении по нему ядерного удара. Этот фактор, напомню, всегда учитывался при строительстве наиболее важных объектов.

Хотелось бы обратить внимание на такой момент. Создавая Центр, мы возвращаем прежний вид Фрунзенский набережной, когда там не было коммерческих ларьков и забегаловок. Надеюсь, что москвичи это по достоинству оценят. Хотя рядом с Центром будут находиться вертолетные площадки, думаю, никаких неудобств горожанам они не доставят.

Когда только появилась информация о создании Центра, некоторые эксперты высказывали сомнение: не будет ли он дублировать функции Центрального командного пункта Генштаба?

Андрей Картаполов: Не будет, потому что Генштаб занимается вопросами текущего, перспективного и долгосрочного планирования. А Национальный центр готовит предложения непосредственно по событиям. Но после вынесения решения Генштаб действительно вступит в дело. Там станут прогнозировать ситуацию и влиять на ее развитие. А Национальный центр возьмет на себя функции доведения информации до всех заинтересованных структур и контроля за выполнением поставленных задач.

Вы спрашивали про Центральный командный пункт Генштаба. Отвечаю: он прекратил существование в апреле, когда началось опытное боевое дежурство в Национальном центре управления обороной государства.


Министра обороны Сергея Шойгу всегда интересовали технологические новинки. Для оснащения нового Центра он отобрал лучшие отечественные разработки. Фото:Сергей Михеев

Недавно в СМИ появилась информация, что в комплекс на Фрунзенской набережной переведут и Генштаб. А освободившиеся помещения в зданиях минобороны на Знаменке займут офицеры главкоматов Сухопутных войск, ВВС и ВМФ. Это так?

Андрей Картаполов: Поскольку на Фрунзенской набережной проводится не просто ремонт здания, а дополнительно создается целый комплекс сооружений, признано целесообразным, чтобы там работали министр обороны и Генштаб.

Теперь о зданиях минобороны на Знаменке. Туда действительно переведут ряд органов военного управления, в том числе Главные командования Сухопутных войск и ВВС, а также несколько других учреждений.

Но о переезде главкомата ВМФ речь не идет. Мы не такие богатые, чтобы кататься то в Санкт-Петербург, то обратно в Москву. Тем более что в Петербурге завершается капитальный ремонт здания Адмиралтейства. Это историческое место, поэтому с главкоматом Военно-морского флота все останется так, как есть.

В подмосковный поселок Заря, где сейчас располагается Главный штаб ВВС, переводить авиационное командование из Воронежа не планируете?

Андрей Картаполов: Об этом преждевременно говорить. Есть несколько вариантов, которые прорабатывают. Посмотрим, какой из них будет воплощен в жизнь.

Вернемся к Национальному центру обороны. Можно сделать какие-то выводы о его эффективности по шести месяцам опытного боевого дежурства?

Андрей Картаполов: Считаем, что идея о его создании себя оправдывает.

Насколько он эффективен, конечно, покажет будущее. Но если взять недавнее стратегическое командно-штабное учение "Восток-2014", то управление действиями войск из этого Центра убеждает, что мы на правильном пути.

Оттуда в круглосуточном режиме велся мониторинг всего происходящего на востоке страны. Мы постоянно знали, где какой воинский эшелон, колонна боевой техники, корабль и самолет находился. С помощью ГЛОНАСС, других систем, докладов командиров круглосуточно отслеживали ход учения в режиме реального времени. Кроме того, имели объективную картину, как работают по сценарию этого учения другие министерства и ведомства. Плюс специалисты Центра занимались доведением до воинских частей и соединений сигналов управления.

Между прочим, начальник Генштаба генерал армии Герасимов именно оттуда практически ежедневно в режиме он-лайн наблюдал за действиями войск и сил флота.

Учения демонстрировали в Центре как документальный фильм?

Андрей Картаполов: Фильм не фильм, но картинку с мест постоянно имели.

Помните, после того как американцы ликвидировали Бен Ладена, они показывали эту операцию глазами своего спецназовца. Мы сейчас имеем такую же возможность. Причем готовы выводить на монитор не только то, что в данный момент видит один человек, а смотреть на ситуацию глазами группы людей. В различных ракурсах отображать, что происходит в разных точках земного шара.

Последние новости