Новости

23.03.2016 15:40
Рубрика: "Родина"

На буржуазном Рижском взморье

Текст: (кандидат исторических наук) , (доктор исторических наук) , (кандидат исторических наук) , (кандидат исторических наук)
Как советские вожди лечились и отдыхали в 1920-е годы
В.М. Молотов на теннисном корте в Крыму. Фото: Родина
В.М. Молотов на теннисном корте в Крыму. Фото:
В №1 за 2016 год читатели "Родины" уже познакомились с интересными подробностями быта кремлевских вождей из новой книги "Медицина и власть. Лечебно-санитарное управление Кремля", подготовленной творческим коллективом Центра по связям с прессой и общественностью ФСО России. На очереди журнальный вариант одной из глав издания, посвященный организации отдыха советской элиты.

"Не стесняйтесь денежными условиями..."

Вопросы специального медицинского обслуживания и организации отдыха особенно остро встали перед большевиками после окончания Гражданской войны - в 1921 году. В недалеком прошлом большинство руководящих работников РСФСР были профессиональными революционерами; многие из них прошли через подполье, тюрьмы и ссылки. Эти высокопоставленные пациенты, по мнению врачебных консилиумов, обладали целым букетом хронических заболеваний. Поэтому лечение и отдых представителей высшего руководства занимало важное место в деятельности Наркомата здравоохранения и Управления Санитарного надзора Кремля.

Постепенно, в течение нескольких лет, высшие органы партийной и советской власти создали в этой области определенную систему, которая затем постоянно реформировалась и совершенствовалась. Рабочим подразделением аппарата ЦК, выполнявшим решения по направлению на лечение и отдых ответственных товарищей, стало УД - Управление делами ЦК РКП(б) (с 1925 г. ВКП(б)). Так, с участием представителей УД на заседании Оргбюро ЦК РКП(б) 1 января 1921 г. обсуждалось "Предложение Землячки о порядке направления больных на курорты Советской Республики"1. Обязанности по медицинскому обеспечению высшего советского государственного и партийного актива согласно положению, утвержденному 26 апреля 1921 г. наркомом здравоохранения Н.А. Семашко, были возложены на Санитарное управление Кремля и домов ВЦИК.

В середине 1921 г. при УД была создана курортно-санаторная комиссия ЦК. Отныне возникавшие проблемы, как правило, решались быстро и положительно через высшие партийные инстанции - Политбюро, Оргбюро, Секретариат ЦК. Так, 6 марта 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) опросом по телефону обсудило предложение Ленина "Об отпуске т. Рудзутаку". Постановили: "Обязать т. Рудзутака немедленно выехать в санаторию и до съезда не выезжать оттуда, соблюдая режим строжайше. Обязать тов. Войцика организовать немедленно усиленное питание и лечение для т. Рудзутака в одной санатории получше. Секретарь ЦК (В. Молотов)"2.

В конце февраля 1922 г. Политбюро приняло решение о проведении срочного медосмотра высшего руководства страны. Для этого в Москву пригласили виднейших медиков из Германии. 1 марта полпред РСФСР в Германии Н.Н. Крестинский получил срочную шифротелеграмму: "Берлин. Крестинскому. ЦК поручает Вам добиться немедленного выезда в Москву для осмотра группы ответственных товарищей двух врачей Кремперрер (Клемперера. - Авт.) и Церстер (Ферстера. - Авт.). Не стесняйтесь денежными условиями. Сталин, Молотов"3.


Дзержинского - в Крым, Сталина - на Кавказ

Немцы приехали и обнаружили у большевиков множество различных заболеваний. 10 апреля 1922 г. нарком здравоохранения Н.А. Семашко направил служебную записку в Политбюро (орфография документа сохранена): "В результате обследования Консилиумом германских врачей наших ответственных партийных товарищей предлагаю Политбюро принять следующее постановление:

2. Обязать т.т. Туманова, Яковлева, Сергушева, Размирович, Сахарова, Сапронова, Дзержинского, Хотамского, Ибрагимова, Малашкина, Яковенко, Кривова, Михайлова, Самойлова, Бокий и Андреева (цифра 16 карандашом. - Авт.) отправиться в мае мес. в Крым; т.т. Павловича, Сулимова, Галкина, Минькова, Карпинского, Эльцина, Розовского, Волина, Горбунова, Соколова, Юровского, Уншлихта, Киселева, Сокольникова, Сталина, Каменева, Кутузова, Фрумкина, Ягоду, Шляпникова, Фомина, Соловьева, Мещерякова, Седого, Богданова, Карклина, Смидовича, Сольца, Преображенского, Сыромолотова, Антонова-Авсеенко, Хинчука, Анинста, Бубнова (цифра 34 карандашом. - Авт.) в мае мес. на Кавказ. Наркомздраву обеспечить им благоприятные условия лечения из кредитов, отпускаемых ЦК для лечения партийных товарищей...

3. Обязать т.т. Мещерякова, Черлюнчикевича, Шкирятова, Смирнова Н.А. (цифра 4 карандашом. - Авт.) немедленно выехать для лечения в санаторий в Риге.

4. Обязать ЦК выдавать из своего фонда усиленное питание т.т., упомянутым в списке консилиума немецких врачей.

5. Проведение всех этих мер возложить на врача ЦК т. Рамонова в медицинской части и т. Войцеха - по хозяйственной части. Общее наблюдение возложить на т. Семашко"4.

В тот же день постановлением СНК РСФСР (пункт 1 протокола N 863) в распоряжение тов. Семашко на санаторное лечение ответственных работников было выделено "...из резервного фонда СНК триста шестьдесят миллиардов руб. по последнему параграфу сметы НК Здравоохранения"5.

И.В. Сталин и М.И. Калинин среди отдыхающих санатория

В отдельных случаях выделение определенной денежной суммы на операцию и последующее лечение решал секретарь ЦК. Так, 24 ноября 1922 г. к Сталину по поводу лечения своей жены З.И. Лилиной обратился член Политбюро, председатель Исполкома Коминтерна и Петроградского губсовета Г.Е. Зиновьев: "З.И. Лилина серьезно заболела. Врачи требовали поездки за границу для операции - она наотрез отказалась из-за расходов. Операция (очень тяжелая) сделана в Питере. Теперь профессорам, больнице и пр. нужно заплатить (все - очень дорого) минимум пятьсот (500) зол. руб. Достать деньги должен был я. Но у меня ничего нет. Я не получал и не получаю никогда ни из газет, ни из Коминтерна и т.п. - только из СПБ Совета совсем небольшую ставку. Оставаться в долгу у хирургов, больниц и пр. тоже невозможно. Ввиду этого положения очень прошу помочь из средств, к-рые, кажется, у ЦК имеются на такие случаи - если это только возможно. Буду ждать пары слов в ответ. С ком. прив. Г. Зиновьев". Резолюция на документе: "Т. Рискину или т. Ксенофонтову. Удовлетворить. Секр. ЦК Сталин. 24 XI". Внизу письма помета: "Выдано 28 XI один миллион руб."6.


Все включено

В октябре 1923 г. УД заключило с Наркомздравом соглашение о предоставлении мест больным партработникам в лучших санаториях страны. Соглашением предусматривалось размещение находящихся на лечении партийных работников, по возможности, в отдельных помещениях, их доставка с вокзала (пристани) и обратно автомобилями, обеспечение разнообразным питанием не менее 5000 калорий в сутки, снабжение постельным бельем, проведение медицинских консультаций лучшими врачами-специалистами7. Места предоставлялись исключительно для заболевших наиболее активных и перегруженных работой членов РКП, по квалификации не ниже членов губкомов и обкомов8.

4 июля 1924 г. на заседании Секретариата ЦК РКП(б) рассматривался вопрос о курортно-санаторном лечении партработников. Отныне основная работа по отдыху большевистской элиты была сосредоточена в Лечебной комиссии ЦК партии. Комиссия работала три раза в неделю в составе "Председателя, члена ЦКК т. С.И. Филлера и членов т.т. А.Н. Поскребышева, И.К. Ксенофонтова, а также врача ЦК т. Погосянц Э.Д. и представителя Организационно-распределительного отдела ЦК т. Е.Я. Евгеньева". На каждом заседании рассматривались в среднем 80-100 заявлений, но удовлетворить все просьбы возможности не было. Ближнему кругу обычно не отказывали - вот прошение молодого сталинского секретаря Бориса Бажанова, который в 1928 г. сбежит в Иран, а затем на Запад: "Зав. Бюро Секретариата ЦК РКП т. Назаретяну. Ввиду крайнего переутомления прошу предоставить мне полуторамесячный отпуск с выдачей пособия и отправкой на время отпуска с женой в дом отдыха "Марьино". В ЦК работаю 2 года. Ни отпуском, ни пособием за это время не пользовался. Пом. Секретаря ЦК Бажанов. 10 декабря 1923 г." Резолюция на документе: "Согласен. И. Сталин"9.

В январе 1925 г. Курортная (Лечебная) комиссия была выведена из подчинения Управления делами и официально переименована в Лечебную комиссию ЦК с переподчинением Секретариату ЦК. В том же году условия отдыха ответственных товарищей стали лимитировать более жестко. Доселе сроки курортных поездок и основания для них зачастую были весьма экзотичны. Так, старшая сестра Ленина 10 апреля 1924 г. получила за подписью заведующей Кремлевской больницей А.Ю. Канель любопытную справку: "Удостоверяем, что тов. Елизарова Анна Ильинична страдает начальной формой артерио-склероза с участием сосудов почки. Нуждается в систематическом лечении при условии покоя в течение не менее трех месяцев". 22 апреля на основе этой справки Секретариат ЦК за подписями Сталина и Молотова постановил: "Дать отпуск тов. Елизаровой трехмесячный, с сохранением содержания и оплатой лечения"10.

Все хорошее когда-либо кончается, и 29 мая 1925 г. на заседании Оргбюро было постановлено: "...установить месячный отпуск для ответственных работников ЦК - увеличение срока допустить лишь в случаях заключения врачебной комиссии с соответствующим постановлением Секретариата ЦК"11.

Приложение к протоколу заседания Политбюро ЦК о лечении Ф.Э. Дзержинского. / Родина


О здоровье Троцкого

Во второй половине 1926 г. было принято постановление Оргбюро ЦК ВКП(б), по которому Лечебная комиссия ЦК упразднялась, а взамен для обслуживания партактива СССР учреждалась Лечебная комиссия Наркомздрава, то есть при ведомстве энергичного наркома Семашко. Отныне число советских руководителей, которые должны были отдыхать и лечиться на высоком уровне, неуклонно сокращалось. Главным критерием в те годы, да и в последующие, стала занимаемая должность, а не заслуги в прошлом.

Впрочем, исключения были всегда. Когда Л.Д. Троцкий был выведен в октябре 1926 г. из Политбюро ЦК ВКП(б), разрешение на очередной отпуск ему давал уже Совнарком СССР. В протоколе заседания СНК СССР от 1 марта 1927 г. записано: "Предоставить Председателю ГКК (Государственный Концессионный Комитет. - Авт.) тов. Троцкому, согласно заключению врачей, отпуск на два месяца"12. Этот пункт протокола был принят на основании удостоверения, выданного консультацией профессоров при Санитарном управлении Кремля. В заключении специалистов было отмечено, что при обследовании Троцкого наблюдались:

"1. ...подъемы температуры при умственном и физическом напряжении достигают почти ежедневно до 37.0, с быстрыми ремиссиями при обильном потоотделении. При подъеме температуры самочувствие резко ухудшается и замечается общая слабость...

4. Наличие слабоположительной туберкулинной реакции указывает с несомненностью на скрытую туберкулезную инфекцию, но вся клиническая картина настоящего заболевания и анамнестические данные последних лет не дают достаточных оснований для диагноза активного туберкулезного процесса..."13.

Здоровьем своим "большие вожди" во второй половине 1920-х гг. стали интересоваться активнее. По медицинской тематике в 1926 г. на заседаниях Политбюро ЦК ВКП(б) было обсуждено 45 вопросов, в 1927-м - 35; в 1928-м - 38; в 1929-м - 5314. Санитарное управление Кремля стало выпускать служебные бюллетени "О состоянии здоровья ответственных работников", которые по особому списку рассылались узкому кругу высшего руководства. На первый план выдвигали задачу по качественному медицинскому обслуживанию закрепленного контингента. 1 ноября 1928 г. Санитарное управление Кремля реорганизовалось в Лечебно-санитарное управление Кремля (Лечсанупр).

Л.Б. Каменев и Л.Д. Троцкий с группой отдыхающих. Санаторий «Красная звезда», г. Кисловодск, 1926 г. / Родина


Ближние и дальние дачи

Для оперативного отдыха советских вождей стали активно использоваться уцелевшие в годы революции подмосковные усадьбы. Так, после ремонта в 1923 г. бывшее имение А. Рупперти стало домом отдыха (государственной дачей) Совнаркома СССР, где находился на загородном отдыхе его председатель с 1924 по 1930 г. А.И. Рыков. В середине 1930х гг. этот объект стал известен как подмосковная государственная дача "Липки", которую изредка посещал Сталин. Если дачу в Волынском в подразделениях государственной охраны за ее близкое расположение от Московского Кремля называли "Ближней", то дачу в Липках офицеры охраны именовали "Дальней", - это историческое наименование закрепилось и в среде политического и военного руководства страны. Необходимо заметить, что дом отдыха ЦИК Союза ССР "Волынское" - бывшее имение Кноппов, находился на правом берегу реки Сетунь, а более известная государственная дача в Волынском - "Ближняя", в которой почти два десятка лет прожил Сталин (с декабря 1933 по март 1953 г.), была построена архитектором М.И. Мержановым на левом берегу этой небольшой речушки.

Самым активным образом для отдыха партийной и советской элиты использовались курортные места Кавказа и Крыма, где регулярно бывали практически все члены Политбюро. Не забывали и о загранице - лечиться предпочитали в Германии, с которой после договора в Рапалло 1922 г. советская сторона развивала отношения во многих сферах. В зарубежье поближе, в ставших независимыми Эстонии и Латвии, известных читателям советских газет своей матерой антисоветской политикой, не кто-нибудь, а персонально ЦК РКП(б) содержал два своих дома отдыха - в Риге и Ревеле (Таллине).

Дом отдыха ЦК РКП(б) на Рижском взморье успешно работал три сезона (1921-1923) и пользовался заслуженным успехом у представителей советского партийно-государственного актива. В то же время было признано, что он обходится государству очень дорого. Это и явилось основной причиной его закрытия, равно как и Дома отдыха в Ревеле, которому суждено было проработать только сезон 1922 года.

Автором идеи обзавестись собственной базой отдыха на Рижском взморье стал известный своими авантюрными замашками большевик Яков Ганецкий. 16 мая 1921 г. полпредство РСФСР в Латвии направило в ЦК РКП(б) такую вот записку:

"Уважаемые товарищи. Согласно Вашему указанию, я подготавливаю в Риге на взморье дачу - дом отдыха для приезжающих ответственных товарищей. Приезжать могут товарищи исключительно с разрешения ЦК. Порядок устанавливается следующий. Секретарь ЦК дает данному товарищу записку к заведующему отделом виз Наркоминдела т. Шанцеву приблизительно следующего содержания: Товарищ... командируется с согласия т. Ганецкого в гор. Ригу на (1 месяц и две недели и т.п.) Секретарь ЦК (...).

Все товарищи, едущие в Ригу, должны обязательно иметь с собою постель.

Прилагаю при сем приблизительную смету по содержанию дома отдыха, из коего явствует, что для 30 человек на четыре месяца будет стоить 2.760.000 руб., а для 50 чел. - 4.600.000 руб. Здесь имеются в виду пятисотенные купюры царского образца. Прошу Вас указанную сумму присылать мне в Ригу через НКВТ в 2-3 приема. Точный отчет о деятельности дома отдыха и о расходах будут присылаться Вам ежемесячно.

С коммунистическим приветом  Ганецкий.

Содержание одного человека в месяц 4.500 руб*.
Единовременное пособие 10.000 руб.
На разные расходы в месяц   6.000 руб.
Итого 20.500 руб.

 

Содержание

30 чел. в мес. 615.000 руб.
50 чел. 1.025.000 руб.

Наем и обслуживание дома отдыха обойдется в месяц приблизительно

30 чел. в мес. 300.000 руб.
50 чел. 500.000 руб.

Итак

на 30 чел. обойдется в 4 месяца 2.760.000 руб.
на 50 чел. 4.600.000 руб.15

16 июля из Москвы в Ригу пришел положительный ответ из ЦК: смету Ганецкого утвердили точно в запрошенном им объеме - 500-рублевые николаевские купюры совершили скорое путешествие в Латвию на радость отдыхающим большевикам16.

Впоследствии опыт устройства советских лечебно-оздоровительных учреждений за рубежом был не забыт и использован после войны во второй половине 1940-х годов.

* В сопоставимых ценах февраля 2016 года эта сумма соответствует 540 000 рублей.

 


Примечания
1. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 103. Л. 11.
2. Там же. Оп. 3. Д. 277. Л. 2.
3. Там же. Оп. 84. Д. 406. Л. 9.
4. Там же. Оп. 112. Д. 318. Л. 26.
5. Там же. Л. 28, 30-31.
6. Там же. Оп. 82. Д. 41. Л. 66.
7. Там же. Д. 94. Л. 11.
8. Там же. Оп. 82. Д. 94. Л.16.
9. Там же. Оп. 120. Д. 1. Л. 31.
10. Там же. Оп. 112. Д. 533. Л. 140-141.
11. Там же. Д. 665. Л. 210.
12. Там же. Оп. 113. Д. 269. Л. 239.
13. Там же. Л. 240-240 об.
14. Политбюро ЦК РКП (б) - ЦК ВКП (б). Повестки дня заседаний. 1919-1952: Каталог / Т. 1. 1919-1929. М., 2000.
15. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 84. Д. 53. Л. 74-75.
16. Там же. Л. 97-98.

Последние новости