Новости

27.12.2003 04:20
Рубрика: Общество

Не теряйтесь!

В гостях у "Российской газеты" программа "Жди меня"

- Ваша программа за пять лет существования даже самых крутых материалистов заставила поверить в то, что чудо возможно. Для начала - от каждого по истории, которая потрясла больше всего.

Сергей Кушнерев:

- Я, пожалуй, расскажу историю, которая лучше всего свидетельствует о том, что может передача. Из дома похитили маленькую девочку, и ее мать вся в слезах пришла в "Жди меня". Мы записали программу, она вышла в эфир. На следующий день похищенную девочку привезли на Савеловский вокзал с завязанными глазами и выпустили. Похитители испугались, что девочку будут узнавать.

А вот пример уникального по сложности поиска. Четырехлетний мальчик один гуляет по городу. Его останавливает милиционер, выясняет, где работает его мама, звонит ей, говорит: "Ваш мальчик один гуляет по улице, я вам его отправляю", и сажает мальчика на трамвай. Малыш, не доезжая двух остановок, выходит на железнодорожной станции. Там, заинтересовавшись чем-то, залезает на грузовую платформу, а поезд трогается. Сколько он ехал, не помнит, но его сняли на какой-то станции. Он опять попадает в милицию, его спрашивают, откуда он, а мальчик ничего не знает, кроме названия улицы, которой в этом городе нет. Мальчика отдали в интернат, где он провел двадцать лет. В 24 года парень обратился в нашу программу, чтобы найти родителей. Мы разработали сложнейшую методику поиска по его воспоминаниям: он вспомнил речушку рядом с домом, хлебозавод, трамвайные рельсы и цыганский табор на холме. По этим приметам мы стали искать город. И нашли.

Игорь Кваша:

- Это чудо. Вот история. Украина, голод, женщина с маленьким сыном едет искать работу. По дороге заболевает, ее без сознания снимают с поезда. Приезжает бабушка, забирает мальчика и уговаривает медперсонал сказать матери, что сын умер. Мать выходит из больницы - без денег, без документов. В отчаянии сидит на вокзале и плачет. К ней подходит какой-то морячок, она рассказывает ему свою историю, и он ей дает 25 рублей. Женщина покупает билет в первый попавшийся город - и жизнь начинает складываться, работа, образование. Сын потом узнал, что мама жива, обратился к нам, и мы ее нашли.

Они приехали на передачу, и все говорили: "Найти бы того морячка, который дал женщине 25 рублей и тем самым изменил всю ее жизнь". И морячок нашелся.

Мария Шукшина:

- Сложно удержаться от слез, особенно когда дело касается маленьких детей, которых мы находим. У меня пятнадцатилетняя дочь и шестилетний сын. Мы искали и нашли двухлетнего мальчика, пропавшего на целых 9 месяцев. Он вышел на подиум, такой хорошенький, такой похожий на моего Макарика, и я разревелась, плюнула на текущий грим, на микрофон, вышла за камеры, а передача идет. Игорь Владимирович меня зовет: "Маша, Маша!" Но это было единственный раз. Обычно я вижу, как Игорь Владимирович глаза к верху поднимает, чтобы слезы застряли, и сдерживаюсь.

Срок давности

Мы продолжали задавать вопросы, в ответах солировал Сергей Кушнерев, как отец-основатель программы. Потом наши гости говорили все вместе, потом дополняли друг друга, понимая один одного с полуслова. Мы решили дальше давать стенограмму встречи как коллективный монолог о том, как они помогают людям, потерявшимся на этой земле, найти друг друга.

- Сколько людей обращаются к вам за помощью? Скольким удалось помочь?

- У нас сегодня около полумиллиона обращений. Думаю, где-то через неделю мы найдем 10-тысячного человека.

- Каков процент счастливых случаев?

- Из всех, кто был в телеэфире, дождались своей встречи чуть меньше половины. Продолжают находиться люди, которых мы начали искать еще в первых выпусках программы. У нас была фантастическая история про чеченскую девочку Макку. Она с родителями попала под бомбежку во время первой чеченской войны. Девочку посадили в грузовик, и родители ее потеряли. Мы искали ее еще во "Взгляде", в первых выпусках "Жди меня". А нашлась она совсем недавно.

- Это главное ваше отличие от административных органов? Там дело о розыске может закрыться через какое-то определенное время, а у вас оно бессрочно?

- По поводу срока давности есть такая история с рекордом в 69 лет! Мальчик жил в довольно богатой семье на Украине, его родителей раскулачили, отца выслали строить канал Москва-Волга под Дмитров. Мать взяла пятилетнего мальчика и его трехлетнюю сестру и повезла к отцу на строительство канала, чтобы проведывать его. Зона потрясла мальчика: там проезжали телеги с трупами, парикмахер сказал ему, что жить ему не дадут, потому что он - сын врага народа. И по дороге из лагеря он придумал, как ему от всего этого избавиться: он сбежит от мамы, его возьмут в детский дом, он назовет другую фамилию и другое имя и никто никогда не узнает, что он - сын врага народа. И на Савеловском вокзале он сбежал, взяв за руку сестру, которую тоже решил "спасти". Все вышло, как мальчик предполагал ,- их задержала милиция, он назвал совсем другое имя, вместо Николая Ивановича Баглыка стал Василием Ивановичем Бойцовым (в честь Чапаева, разумеется). Одно он не предположил: их с сестрой отдали в разные детские дома.

И он всю жизнь мучился, 60 с лишним лет. Боялся рассказать об этом даже жене. Сказал дочери- студентке МГИМО уже в горбачевское время, она отмахнулась: "Папа, был всю жизнь Василием Ивановичем и оставайся".

Но однажды в электричке он увидел женщину, похожую на маму. Подумал, вдруг сестра, и не решился подойти, но написал к нам. И мы нашли ее. Они встретились через 69 лет.

Она рассказывала, что, когда услышала эту историю по телевизору и поняла, что это про нее, ее всю ночь трясло. Они стали вспоминать, как раскулачивали, все стало совпадать.

Так что выходит 69 лет - вовсе не срок давности.

Жизнь за кадром

-Любая ваша передача - свидетельство огромной закадровой работы. Вы создали особый институт коммуникации, связи между людьми. Причем не государственный, а гражданский институт, о дефиците которых мы так много говорим. Кому принадлежит идея? Трудно ли было ее осуществить?

- Самое лучшее, что когда-либо было написано о нашей передаче, это фраза одного журналиста: "Нация объединяется по понедельникам". Кому принадлежит идея, что нация должна объединяться? Я думаю, что всем. Всей нашей команде. Нет одного автора. Просто должен появиться кто-то, кто начнет искать.

- Вам хватает денег на поиски?

- Программа существует на деньги, которые платит канал за ее выход, она одна из самых рейтинговых. Этих денег хватает для того, чтобы искать людей. Кроме того, Минпечати уже третий год выделяет грант в поддержку программы.

Но мы считаем, что сегодня программа поиска должна быть всемирной. Нужна специальная программа ЮНЕСКО, у нас приблизительно 30 процентов всех обращений связано с другими странами: Бразилией, Аргентиной, Австралией, Новой Зеландией...

Нам кажется, должно существовать несколько целевых федеральных программ поиска. Социальные катаклизмы обязательно вторгаются в жизнь отдельного человека, будь-то война, распад Советского Союза, беспризорность, гастарбайтеры. Все это приводит к тому, что люди расстаются, отрываются от родных и близких. Взять хотя бы беженцев. Когда вывозили дом престарелых из Грозного, мы решили проверить, нет ли там кого-то, кого ищут родные. И нашли двух человек, которых родные искали совершенно в других местах.

Любая социальная проблема имеет свою человеческую проекцию - на поломанные судьбы. Кстати, у нас уже есть своя, почти математическая закономерность: на тысячу человек взрослого населения всегда есть один, которого кто-то ищет. И когда мы совместили две базы компьютерных данных - программы "Жди меня" и 50 тысяч претендентов, подавших заявки на участие в передаче "Последний герой", то среди последних, оказалось, в нашем розыске было 50 человек.

- Как выстроилась система поиска? Ее кто-то проектировал?

- Она продумывалась. С первого дня все письма заносились в компьютер. Правда, никто не мог предположить, что появятся тысячи людей по стране, которые будут нам помогать. Вы знаете, действительно, "нация объединяется по понедельникам", потому что милиционеры совершают поступки, совершенно не свойственные их профессии и нашим представлениям о ней. Паспортистки, всегда готовые обхамить, тратят свое личное время на то, чтобы помочь матери найти дочь. Глава администрации района, где нет света и бензина, садится на телегу и везет нашего корреспондента Таню Захарову в какой-то глухой конец, где она должна встретить женщину и спросить ее, не тот ли она человек, которого мы ищем.

- Сколько всего человек занято поиском и подготовкой телепрограммы?

- Много. И это очень разные люди. Журналисты, бывшие милиционеры. Даже бывший прокурорский работник есть. Огромное количество операторов. Огромное количество тех, кто обрабатывает письма, в месяц около 15 тысяч. И около тысячи человек по всей стране, которые просто помогают нам на добровольных началах. В небольшом городе Полярный Мурманской области живет Татьяна Кузьминична Гусева, экономист на судостроительном заводе. На момент последней съемки она нашла 634 человека.

- Сколько в стране пропадает без вести?

- Трудно сказать. Милицейская статистика считается полузакрытой и фрагментарной. Думаю - сотни тысяч. Многие из них довольно быстро находятся. Некоторых ищут очень долго.

- Государство на уровне высших чиновников как-то отреагировало на то, что вы создали практически национальную службу поиска людей?

- Мы стараемся государство не беспокоить. Хотя на каждую съемку получаем порядка десяти писем от деятелей разного уровня с просьбой кого-нибудь показать побыстрее.

Десять стаканов табака

- Как люди узнают друг друга? Как помнят?

- Вот история. В 1941 году женщина провожала на фронт мужа и выменяла за вещи ему в дорогу 10 стаканов табака. Все истории мы стараемся как-то для себя назвать, эта называется "10 стаканов табака". Но отдать табак мужу жена не успела, его увезли на фронт, она осталась с детьми, шестой только родился, ему и месяца не было. Детей нужно было кормить, и женщина стала продавать табак. Продала 5 стаканов, и кто-то стукнул на нее: спекулирует. И через месяц после того, как муж уехал на фронт, она с грудным ребенком попала в лагерь. Пятеро оставшихся и выросших написали нам: "Помогите найти шестого", понимая, что матери уже нет в живых. Когда мы его нашли, выяснилось, что он не знает ни фамилии, ни имени, в детском доме ему дали другое имя. Мы пошли на довольно отчаянный шаг. Посадили его в студии и стали рассказывать эту историю. Он сидел, не подозревая, что это касается его.

За две минуты до того, как ведущий подошел, человек догадался, что речь о нем.

- Бывают моменты, когда найденные вами люди отказываются от встреч?

- Да. Если хотя бы один человек возражает против телепоказа или против встречи, они не встречаются. Таких людей немало, начиная от алиментщиков и заканчивая людьми, которые убеждены, что они никому не нужны. Мы ищем всех. Находим алиментщика, говорим: вас ищут. Иногда он этому радуется, иногда нет. И тогда мы забываем его адрес. А его самого оставляем с известием, что выросшая дочь по-прежнему ищет его, хоть алименты ей уже не нужны.

Чтобы слезы застряли

- Иногда смотрю вашу передачу и вынужденно переключаю на другую программу, боюсь, что близкие заметят слезы.

- Мы даже съемки по такому случаю останавливаем. Когда шла история про 10 стаканов табака, остановили на три минуты. Игорь Владимирович говорить не мог. Мне пришлось сверху, из аппаратной, сказать, что мы меняем кассету. Три минуты стояла гробовая тишина, никто не пошевелился, при том, что люди устают и в студии жарко, тесно.

Я уверен, если бы люди, которые смотрят и делают передачу, не плакали и не переживали так сильно, столько бы людей не находилось. Только искреннее сочувствие и потрясение от того, что ты испытываешь, может заставить всю закосневшую систему наших отношений провернуться. Идешь по улице, видишь ребенка, понимаешь, что он потерялся, стесняешься подойти и спросить.

В самой первой программе к нам пришла женщина, у которой муж похитил двух девочек, взял, чтобы погулять, и увез. Мать в ужасе, мы показали ее полторы минуты, как всех, ни одного отклика не было, но она всем нам запомнилась.

В следующей программе мы 15 минут рассказывали эту историю так, "чтобы плакали". Девочки нашлись в течение получаса. Позвонили больше десяти человек: подруга воспитательницы детского сада, бывшая соседка отца, который их прятал.

Мы не нагнетаем слезы, нам очень хочется, чтобы люди смеялись от этой программы не меньше, чем плакали. Просто смех труднее дается.

Слезы можно вызывать по-разному. Мы находили людей, которые считались погибшими во время землетрясений, во время Второй мировой войны, возвращали детей родителям, которые считали, что их ребенка нет в живых. Но были и совсем простые истории, в которых ни грамма трагического: люди полюбили друг друга, расстались. Друг Игоря Владимировича, драматург Григорий Горин, когда мы только начинали программу, говорил нам: ребята, найдите потерявшуюся собаку. Она может быть кому-то дорога, как близкий человек. И была история о пропавшей собаке у пожилой женщины, актрисы. Мы нашли эту собаку. Люди в студии плакали. Не из-за собаки. Из-за сиюминутного понимания, что окружающая жизнь тебя тоже касается.

- Как вы решали, какую тональность задать передаче? Как выбирали ведущих?

- Игорь Владимирович очень долго не решался вести программу. Сомневался, надо ли все это. И только когда он рассказал мне историю знакомого актера, все стало на свои места.

Игорь Кваша:

- Этот актер встретил, уже будучи немолодым, девушку, у них возник роман, при том, что ему казалось, что никаких романов уже быть не может. Она пригласила его к себе, была чудесная ночь. Утром он проснулся и рванул к метро покупать цветы. Это было в каком-то новом районе. И вот он с охапкой цветов идет разбудить любимую и вдруг понимает, что не знает дороги, как в "Иронии судьбы": все дома одинаковые. Он потом месяц стоял у этой станции метро. И, рыдая, рассказывал другу, что так и не смог ее найти. Страшнее всего ему было от мысли, что она подумала, будто он просто сбежал.

- Ваш прообраз - передача "От всей души"?

- С таким же успехом можно сказать, что "Ромео и Джульетта" - прообраз нашей передачи. Или "Прощай, оружие!" Хемингуэя.

Нас со многим можно сравнить. Была радиопрограмма, которую вела Агния Барто после войны. Была рубрика в "Комсомольской правде". Это вечная идея. Но программа "Жди меня" - единственная, лицензию на которую купила Америка. При том, что у них такого типа программы существовали. И в Европе тоже. Но никто в мире не находил 10 тысяч человек.

Новый год и история про 25 рублей

- Будет ли передача меняться в новом году?

- Конечно. Мы хотим попробовать в новом году найти человека, пока записывается программа, за 2-4 часа.

- Вас благодарят?

- Говорят "спасибо". Иногда приносят на запись цветы Маше и Игорю Владимировичу.

- На передаче есть недовольные?

- Конечно. Это огромное горе, потерять человека. Кто-то ждет годами.

- Жизнь - это вечная работа над ошибками. Какие ошибки совершают люди, которые теряются и пропадают?

- Самая распространенная - человек поехал за удачей, на заработки куда-то, а у него ничего не получается. Он опускается, иногда бомжует, перебивается как-то и стесняется сообщить своим близким об этом. А они умирают от горя.

Нет никаких особых ошибок, все эти ошибки уже описаны в мировой литературе.

Вот пример, два брата, мужики 27 и 30 лет, ищут третьего, старшего. Он уехал из дому пять лет назад играть в каком-то ВИА. Мы его находим, везем двух младших на встречу. А он говорит: "Нет, не буду я с ними встречаться". Ему стыдно, что он не стал великим артистом, а играет где-то в сельском клубе. Мы в студии братьям говорим, мол, не волнуйтесь - с ним все в порядке, но он не хочет встречаться.

Но сразу после программы - это один из немногих случаев - он нашел братьев сам. У него в душе что-то случилось.

Ошибки наши известны: гордыня, тщеславие, самоуверенность. Кому-то казалось, что он любит ее больше, чем она его, и поэтому он ей не нужен. А он был нужен.

Общество СМИ и соцсети
Добавьте RG.RU 
в избранные источники