Новости

06.02.2004 03:55
Рубрика: Общество

А вечера здесь тихие

Корреспондент "РГ" побывала в гостях у Георгия Тараторкина и Екатерины Марковой

В розовой прихожей в углу я вижу желтый топорик и удивленно поднимаю глаза.

-Не то, что вы думаете,- смеется Екатерина Георгиевна,- не им в кино Раскольников убил старуху-процентщицу. Эта палка такая, ходить по горам.

В уютной гостиной за круглым столом мы пьем чай с сухофруктами. На столе лежат еловые шишки.

Родители

-Я родом из Сибири, - рассказывает Екатерина Георгиевна. - Родители поженились в Иркутске. Мама уехала еще до моего рождения учиться в Питер, в университет. И была отчислена через год за сокрытие социального происхождения, потому что у меня дедушка был белый офицер.

Дедушку я обожала, он из-за меня сюда переехал, бросил Сибирь родную. Он делал своими руками мебель, даже обувь шил.

Папа в 26 лет написал роман "Строговы", роман попал к Бабелю. Бабель не поверил, что его автор так молод. Работая над романом, отец был готов к самому худшему. Тогда шли чистки партийные, а он был редактором комсомольской газеты... Вскоре на него действительно написали донос. Не дожидаясь, пока за ним придут, отец встал на лыжи и ушел в тайгу. И целый год скрывался на зимовьях. Тайга его спасла. Он все пережил, снова вступил в партию по второму разу. Потом даже стал депутатом Верховного Совета, членом ЦК, первым секретарем Союза писателей.

А мама написала трилогию о Наталье Николаевне Гончаровой. Она воевала с пушкинистами, которые считали Наталью Николаевну плохой. Любовь Пушкина к Натали, считала мама, закрывала тему для всяких обвинений.

Раневская

- В вашем доме на втором этаже жила Фаина Раневская. Вы с ней дружили?

- Я ей продукты покупала часто. У нее всегда дверь была открыта. Я говорю: "Фаина Георгиевна, что же вы дверь не закрываете никогда?" - "Деточка, я никому не нужна. А кроме меня, здесь уносить нечего". Она Юру, моего мужа, очень любила. "Катюша, скажите, Юрочка верующий человек?" Я говорю: "Фаина Георгиевна, не знаю". "Верующий, потому что когда я на него смотрю,то вижу, как в его глазах отражается небо. Да, Катюша, да. Потому что у некоторых в глазах отражаются только лужи".

Я позвонила ей перед Новым годом: "Фаина Георгиевна, вас можно поздравить? Может, вы как-то по-соседски подниметесь к нам?" Она говорит: "Нет, я уже много лет встречаю Новый год в постели в обнимку со своим любимым мужчиной. Это Александр Сергеевич Пушкин. На Новый год я читаю его стихи и никуда не хожу". При всей своей популярности она была безумно одиноким человеком.

- Возможно, она сама этого хотела?

- Может быть, и так. В последние годы она появлялась на сцене театра всего раз в месяц - в спектакле "И дальше тишина". Это гениальная пьеса о том, как иногда хочется послать всех подальше и побыть одной... Наверное, с людьми Раневской было намного дискомфортнее, чем с томиком Пушкина или дворнягой Мальчиком, которая жила у нее до самой смерти. Большинство ее ролей очень эксцентричные, а в жизни она была совсем другой.

Семья

- Кем вы хотели стать?

- Мне было года четыре, и родители меня привезли в какой-то дом отдыха. Там играла музыка, и была сцена. Пустая площадка. Родители разговорились со своими знакомыми и про меня забыли. Смотрят - толпа людей стоит у сцены, хохочет, аплодирует кому-то. Таким был мой актерский дебют. Хотя в сознательном возрасте я поняла, что хочу быть врачом, а совсем даже не актрисой и не писателем.

Когда у меня родился сын, в роддоме про него сказали - нежизнеспособный. У него сразу началась очень сильная желтуха, и он мог остаться идиотом на всю жизнь. К счастью, болезнь отступила, сын вырос большим умницей. Он кандидатом наук стал в 26 лет,

А дочь учится на актрису.

- Как вы познакомились с мужем?

- Очень смешно - в такси, куда нас затащила общая знакомая, чтобы ехать в гости. Не скажу, что была от него в бешеном восторге. А он утверждал, что влюбился с первого взгляда, что у меня были веснушки и варежки на резинках. И я говорю: "По-моему, тебе это привиделось". Он говорит: "Ты забыла! Были варежки на резинках, я очень смеялся по этому поводу". А потом в гостях он умудрился сесть на раскаленную батарею на кухне и продержал меня там час. Я потом случайно дотронулась до этой батареи, она только что не шипела. Потом спросила, как он вытерпел. Отвечает: "А я уже ничего не соображал, знал только, что тебе не нравлюсь, и мне тебя завоевать любой ценой..."

На самом деле он необыкновенный. Он из породы ангелов.

- И как же ему живется?

- Очень трудно живется. Но мы уже больше 30 лет вместе. Ни с каким другим мужчиной на свете я бы столько не смогла прожить. Даже когда я зарываюсь, конфликтую, у него лишь крылышки расправляются за спиной.

- А готовит у вас кто?

- Я, естественно. Готовить страшно не люблю, хотя и умею. Я никогда не спрашиваю: сто грамм положить или там двести, как-то интуитивно готовлю, и получается тем не менее вкусно. Но мне очень жалко времени, которое уходит на стряпню. Семья села за стол, все съела - и куда ушли четыре часа моей деятельности? Две-то странички я бы точно набросала на компьютере...У меня вообще нет призвания к домашнему хозяйству. Но чего не сделаешь ради любимых людей - мужа, дочери.

- Ваш муж много сейчас работает?

- Он в основном занимается сейчас театральным фестивалем "Золотая маска". Уже десятый год. Мой муж - очень старомодный, очень петербургский. В прекрасном смысле слова. Баталов уговаривал его занять кафедру актерского мастерства. Юра говорит: "Алексей Владимирович, ну почему вы именно меня хотите?" - "Потому что мы с тобой одной группы крови".

В театре муж теперь играет мало. Начинает сниматься в 12-серийном фильме в Питере.

Кино

- Но его звездной ролью все-таки остается Раскольников в "Преступлении и наказании"...

- Знали бы вы, какой ценой досталась ему эта роль... Кулиджанов его нашел в больнице - Юре хотели отнимать ногу, подозревая,что у него гангрена. И в этот момент его, заросшего, больного, сняла Ольга Волкова и фотографии отослала Кулиджанову, который искал Раскольникова. И когда его утвердили на роль - без проб - произошло чудо, он встал. Такая мобилизация организма произошла. Выплыть можно только тогда, когда оттолкнешься ото дна.

Потом Юра чуть было от съемок не отказался. Он много играл в театре, а тут приходилось сидеть безвылазно на съемочной площадке. Надо было выбирать. Его мама рассказывала, как он пришел домой, сел возле окна и застыл на несколько часов. Она даже беспокоиться стала. Тогда он сделал выбор в пользу театра и сказал Кулиджанову, что не может играть Раскольникова. К счастью, режиссер предложил такой график съемок, который оставлял Юре время и для театра.

- Для вас самой таким же звездным стал фильм "А зори здесь тихие"...

- Это уже классика. Я его до сих пор смотреть не могу без слез. Режиссер Станислав Ростоцкий сумел создать подлинную атмосферу тех лет. Ростоцкий попал на фронт, когда ему было 17 лет, и ему сразу оторвало ногу. Я не знала, что у него протез, и однажды язвительно заметила, что он кособоко вальс танцует. Ростоцкий оператору говорит: "Слава, я, наверное, в большом порядке, если надо мной так шутят".

На съемки мы ездили в Карелию. Стояли белые ночи, поэтому могли снимать хоть 20 часов в сутки. Очень тяжело давались сцены на болоте.

Там и шагу нельзя сделать, сразу засасывает. Страшно. Чтобы не простудиться, мы снизу надевали такие водолазные костюмы. И Ростоцкий надевал этот костюм и вместе с нами стоял в болоте по 12 часов...

Театр

- А как начиналась ваша актерская карьера?

- После окончания Щукинского училища я пошла в ТЮЗ. Тогда туда пришли Ольга Остроумова, Андрей Мартынов, Юра Еремин... Потом Валерий Фокин меня переманил в "Современник", где я играла вместо забеременевшей актрисы в спектакле "Валентин и Валентина". Посмотрев его, Галина Борисовна Волчек предложила мне роль в "Обыкновенной истории".Тут я чуть в обморок не упала. Я играла с Козаковым и Табаковым...

- Как вы уходили из театра?

- Очень конфликтно. Мы репетировали спектакль "Три сестры", я там играла Наташу. И вдруг подала заявление об уходе. Сама не знаю, почему. Галина Борисовна Волчек мне говорит: "Ну хорошо, в какой театр ты идешь?" Я говорю: "Ни в какой". У меня к тому времени печатались повести, я уже заканчивала аспирантуру в Литературном институте. Волчек на меня обиделась: неужели можно поверить, что артистка может перестать хотеть быть артисткой?

С Галиной Борисовной у меня были замечательные отношения, я ее обожаю.

-А Марина Неелова?

- Это одна из самых близких мне людей. Я крестная мать ее дочери Ники. Крестил ее отец Александр Мень. В тот день я подарила ему свою книжку, а он мне потом прислал свою. Когда я узнала о его страшной кончине, потом долго не могла прийти в себя.

- Где находите сюжеты?

- Когда я сажусь работать, не знаю, о чем буду писать. Так было и с "Актрисой", театральным детективом. Я только знала, что где-то там сидит дворянка на проходной... Кстати, по этому роману только что снят многосерийный телефильм.

- У вас скоро состоится и театральная премьера...

- Да, моноспектакль в филиале МХАТа. Вот я пьесу прочла и поняла: "Попалась!" Это история о корнях человеческих. Эпиграф замечательный: "Брошенным людям. Брошенным странам. Брошенным домам посвящается". Героиня, современная женщина, появляется в заколоченном доме. Она приехала его продать. Но предки сопротивляются - через кровь, через гены. И одерживают победу. Я за дом с корнями, с традициями, с любовью...

Общество Ежедневник Образ жизни Культура Кино и ТВ