Новости

23.03.2004 00:50
Рубрика: Экономика

Лакомый корпус

Чтобы отнять здание у больницы, надо превратить его в секретный военный объект

"Тринадцатая" резиновая

Больница берет всех, кто нуждается в стационарной помощи. Даже если уже заняты все 850 мест и заставлены койками коридоры.

Наверное, тысяче с лишним сотрудников "тринадцатой" можно было бы только посочувствовать. Или грустно пошутить: что вы хотите, ваш номер тринадцатый! Но медики - народ несуеверный, да и всем известно, что дело тут совсем в другом...

В центре больничной территории стоит добротный пятиэтажный лечебно-диагностический корпус N 4, открытый в 1954 году. Средства на строительство были выделены московскими властями. В 1988 году здание решили отремонтировать. К сожалению, время для ремонта выбрали не самое подходящее. У небогатого здравоохранения денег не было, а вот "оборонка" казалась настоящим Клондайком. И тогдашний главврач "тринадцатой" Юрий Маркушевич решил наладить с военными взаимовыгодное сотрудничество и пустил их в четвертый корпус: "Отремонтируйте помещение, и будем дружно работать вместе!"

Это решение стало для больницы роковым.

Обещать - не значит жениться

Капитальные стены, свыше 3500 квадратных метров площади... Уже пятнадцать лет здесь хозяйничают военные (вернее, делают вид, что хозяйничают, но об этом ниже). Отраслевой научно-практический комплекс (ОНПК) "Здоровье", подведомственный Агентству по обычным вооружениям, создан в 1988 году совместным приказом министров оборонной промышленности и здравоохранения. В качестве клинической базы Главное управление здравоохранения Мосгорисполкома предоставило новоиспеченному учреждению корпус "тринадцатой". Впрочем, никаких документальных подтверждений этому найти не удалось. По всей видимости, столь важное решение было принято... устно. В то время госимущество еще не делили на федеральное и московское.

Оборонщики обязались разрабатывать и внедрять новые оздоровительные системы, оказывать лечебно-диагностическую помощь населению Пролетарского района и больным стационара. Кроме того, ОНПК обещал отремонтировать и реконструировать занятый корпус до конца 1 квартала 1989 года, оснастить его современным оборудованием и, естественно, своевременно оплачивать коммунальные расходы. Так как передачу корпуса официально не задокументировали, партнеры подписали договор аренды на 30 лет.

Поначалу новые хозяева рьяно взялись за дело. Но денежный поток быстро иссяк. Ремонтные работы замерли, завезенная аппаратура не использовалась, а арендаторы так и не начали платить за свет, газ, воду и уборку территории. Оборонщики, поняв, что ноша им не по силам, должны были освободить помещение. Но вместо этого вцепились в здание мертвой хваткой. И объявили его... секретным объектом, важным для обеспечения обороноспособности России. У входа появилась охрана.

Военная тайна

В злосчастный корпус ведет новый надземный переход - его построила больница в надежде, что в оккупированном военными здании снова будут лечить людей. Тем более, что времена изменились, и средства для ремонта теперь есть. Но со стороны "оборонщиков" дверь заколочена. У этой заколоченной двери медицина заканчивается. А что начинается?

А ничего не начинается. Посреди задыхающейся от нехватки помещений больницы огромный корпус потихоньку превращается в руины. Запустение видно повсюду: ржавые решетки, крошащийся кирпич, зияющие дыры в стенах. Используется лишь один подъезд - у остальных навалены огромные сугробы. А наверху, под самой крышей, пустила корни березка...

Попасть внутрь "секретного" корпуса корреспондентам "РГ" не удалось. Дозвонились до директора ОНПК Виктора Тимофеевича Новикова. Обличив главврачей больниц, покупающих импортное, а не отечественное оборудование, он назначил встречу через пять дней. Но накануне вдруг "вспомнил" о "секретном" характере объекта и потребовал получить визу в службе безопасности...

Можно подумать, что в разваливающемся корпусе ведутся сверхсекретные научные работы. Только это, мягко говоря, не так. Сотрудники больницы рассказывают, что в здании бывают пять-шесть человек (по человеку на этаж!), да и то неполный рабочий день.

Нынешний главврач "тринадцатой" Леонид Аронов посылал запросы в Министерство обороны и Росавиакосмос. Оба уважаемых ведомства ответили, что ОНПК "Здоровье" ничего не заказывали. ФСБ тоже не знает о сверхсекретном корпусе посреди 13-й больницы. В курсе "важных государственных задач" только патроны ОНПК из Агентства по обычным вооружениям. Их интерес можно понять. Даже если научная цена разработок спецов из пустого корпуса - нуль без палочки, то капитальная пятиэтажка неподалеку от центра Москвы имеет еще и рыночную цену. А это уже палочка со многими-многими нулями...

Виктор Новиков говорит, что ОНПК работает на благо отечественного здравоохранения. Однако, заявленную в уставе лечебно-диагностическую деятельность ОНПК не ведет, больные из стационара также не обслуживаются. И окрестное население ничего не знает о существовании лечебного центра. Да и о каком лечении может идти речь, если у возглавляемого В.Т. Новиковым предприятия нет даже лицензии на эту деятельность?! Немалые государственные деньги были угроханы впустую: оборудование безнадежно устарело, а некоторые дорогие аппараты не работали ни одного дня. Практически не эксплуатирующееся здание находится в аварийном состоянии. Все эти факты зафиксировали многочисленные проверки. Мосэнерго, Госсанэпиднадзор, Госпожнадзор и Госинспекция труда предписали прекратить эксплуатацию здания ОНПК.

Больница без будущего?

Став в 1995 году главврачом "тринадцатой" и ознакомившись с положением дел, Леонид Семенович Аронов очень удивился. Еще бы: в течение семи лет арендаторы не заплатили ни копейки - ни за аренду, ни за коммунальные услуги. Все расходы вынуждена была взять на себя больница.

В 1997 году суд признал договор аренды незаконным. Причем, был установлен факт подделки документа со стороны ОНПК, и уже в момент подписания договор не имел законной силы. Тогда же Правительство Москвы приняло постановление о праве больницы на оперативное управление спорным корпусом.

Выиграв все московские суды, медики были уверены, что в ближайшее время вернут себе утраченный корпус. Однако, Министерство имущественных отношений РФ вдруг передает его ОНПК "Здоровье" и вносит здание в реестр федеральной собственности. Вслед за этим Федеральный арбитражный суд отменяет все предыдущие судебные решения в пользу 13-й больницы и признает здание федеральной собственностью... Дескать, в 1992 году, когда московскую недвижимость делили на городскую и федеральную, ОНПК "Здоровье" занимал спорный корпус, а сам он относится к объектам оборонного комплекса.

Оборонный комплекс, состоящий из подобных "объектов", вызывает только острую жалость...

А пока военное ведомство торжествует, главврач Леонид Аронов ломает голову над тем, что делать с тремя отделениями для недоношенных детей и детской реанимацией. Долгие годы они ютятся в малоприспособленном разваливающемся здании. На его месте Леонид Семенович хочет возвести современный детский корпус. Деньги на строительство готово дать московское правительство. Однако перевести на время детей просто некуда. Решит проблему только возвращение пустующего корпуса. Без него больница лишена возможности развития, то есть будущего.

О ней вспоминают только при очередном ЧП. Ближайшей больницей к месту взрыва на Автозаводской оказалась, как обычно, "тринадцатая", принявшая 14 пострадавших. Даже из ледяной купели неблизкого "Трансвааль-парка" сюда доставили двоих. В экстремальных случаях больница переходит на строгий пропускной режим: ставится охрана по всему периметру территории, досматриваются машины. Однако, закрепив свои права на корпус посреди больницы, ОНПК наверняка потребует раздела территории - земля-то здесь тоже золотая! И контролировать вход-выход станет практически невозможно.

- За год через наш стационар проходит 30 тысяч больных, а поликлиника и консультативно-диагностический центр принимают по тысяче человек в день, - говорит Леонид Семенович. - Больница хронически перегружена процентов на сорок. И никакого света в конце туннеля.

Экономика Недвижимость Инфраструктура
Добавьте RG.RU 
в избранные источники