Новости

13.04.2004 00:35
Рубрика: Общество

Вдовьи слезы третьей категории

Два с половиной рубля - это все, что может получить семья за погибшего много лет назад офицера-подводника

Седьмое апреля, объявленное Днем памяти экипажа подводной лодки "Комсомолец", пытались было сделать общим днем памяти моряков подплава, не вернувшихся с боевой службы в мирное время. А таких потерь, едва стала спадать завеса тотальной секретности, оказалось немало. Косвенным признанием этому стал вышедший в декабре 1996 года приказ главкома ВМФ. Но 12 августа 2000 года на плановых учениях в Баренцевом море погибает "Курск", и все внимание властей перемещается на эту трагедию.

Между тем в годы "холодной войны" и во времена так называемой "разрядки напряженности" мы теряли людей десятками. Случалось и так, что исчезали бесследно в морях целые корабли со всем экипажем.

- Из того похода я ждала Сашу во Владивостоке, - вспоминает Ирина Георгиевна Журавина. - Муж служил старпомом на К-129, а я работала в крайисполкоме. Они уже в море были, когда пришел приказ о присвоении ему очередного звания - капитана 1 ранга. Меня знакомые поздравляли: "Ну, теперь Сашке прямая дорога на командирский мостик..." А я и сама думала: вернется, станет командиром, - уйду с работы, буду сыном заниматься, второго ребенка рожу. Впереди у нас был неиспользованный отпуск за три года...

Увы: подводная лодка, на которой служил Александр Журавин, к назначенному сроку в Рыбачий не вернулась. Экипаж и саму дизельную лодку с ядерным боезапасом на борту штабисты объявили "без вести пропавшими". И двадцать лет об этом ни гу-гу. А вдов, чтобы не обивали пороги в поисках правды и хоть какой-то справедливости, еще и припугнули: "Не ставьте личные интересы выше государственных!" По сути - рекомендовали забыть, что у них были мужья-подводники, и детям про то не рассказывать...

Долго не признавались большие начальники, что потеряли боевой корабль и 98 своих моряков, даже когда просочилась информация, что американцы обнаружили у Гавайских островов и тайно подняли - с глубины более 4 тысяч метров! - часть советской подлодки с останками погибших.

- Случай с К-129, конечно, особый, - соглашается вице-адмирал в отставке Герой Советского Союза Евгений Чернов. - Но если бы он был один! С 1952 по 1989 год в море произошло семнадцать аварий на шестнадцати подводных лодках ВМФ. Погибло 560 подводников: у 360 детей не стало отцов, по меньшей мере 200 женщин оказались вдовами. Прибавьте сюда родителей, которые с потерей сына лишились опоры в старости...

Евгений Чернов - человек во флотских кругах известный, за плечами огромный опыт боевой службы. Ходил еще на дизельных лодках, осваивал атомные, в последние годы командовал 1-й флотилией АПЛ в Западной Лице, куда был приписан и "Комсомолец" - единственный в мире боевой корабль, способный действовать на глубинах до 1000 метров. На первое глубоководное погружение адмирал Чернов ходил вместе с экипажем Юрия Зеленского и до сих пор вспоминает тот день, как мгновение удачи.

Но четыре года спустя, когда глубоководный корабль, проходивший экспериментальную эксплуатацию, передали второму экипажу и отправили в море на рядовое патрулирование, удача изменила морякам. В кормовом отсеке, перенасыщенном кислородом, вспыхнул пожар. Подлодка всплыла на поверхность, но перебороть огонь экипажу не удалось. В прочный корпус начала бесконтрольно поступать вода, корабль стал крениться на корму и через несколько часов, потеряв запас плавучести, ушел на дно. Из 69 находившихся на борту подводников спасти удалось только 27.

Об этой трагедии много писали, - то был, пожалуй, апофеоз гласности "по Горбачеву". Комиссия, что была создана для расследования катастрофы, занималась и оказанием помощи семьям погибших. Но с распадом СССР обращаться матерям и вдовам стало некуда. И тогда группой подводников и судостроителей была создана благотворительная организация "Общество памяти атомной подводной лодки ВМФ К-278 "Комсомолец". С задачей простой и понятной - оказание посильной материальной помощи пострадавшим в той катастрофе. Идейным вдохновителем и главным "мотором" общества был и остается по сию пору вице-адмирал Чернов.

- Нашими благополучателями, - раздельно произносит он это мало привычное для языка военных слово, - стали 26 вдов с 31 ребенком и более 60 родителей моряков, погибших на "Комсомольце". Но очень скоро, из соображений простой человеческой справедливости, мы стали оказывать помощь и другим нуждающимся родителям и вдовам подводников, погибшим в море в годы "холодной войны"...

По мнению Ирины Журавиной, это единственная организация, где не делят семьи погибших подводников на "своих" и "не наших". Тут умеют выслушать, понять, кто действительно нуждается. Как выразилась моя собеседница, "их помощь не от жиру, а от беды..."

В год создания обществу помогли деньгами Севмашпредприятие и ЦКБ "Рубин". Судостроители не стали получать Государственную премию за "Комсомолец", а сочли необходимым передать ее в помощь родным и близким погибших подводников. Строгая экономия, размещение средств в надежном банке, безвозмездная работа всех членов правления благотворительного общества позволили сделать более 1000 адресных выплат на сумму 136 миллионов рублей до деноминации, и еще 1,2 миллиона - после.

- Но эта помощь, - не скрывает горечи Чернов, - сущий мизер по сравнению с тем, на что пошло государство в отношении семей подводников с "Курска". Мы были воодушевлены принятыми тогда решениями. А у наших подопечных ожила надежда, что вспомнят и о тех, кто погиб при несении боевой службы много лет назад. И мы, как могли, стремились эту надежду поддерживать, надеялись, что этот болезненный "перекос забывчивости" будет с течением времени устранен на государственном уровне.

Чтобы понять, сколь разителен этот "перекос", приведу только один пример. За мужа и отца, погибшего на К-129, Ирине Журавиной и ее сыну Михаилу военкомат выплатил в 1968 году единовременно 1000 и 500 рублей.

- Это Сашина зарплата примерно за два с половиной месяца, - тяжело вздыхает Ирина Георгиевна. - В деньгах всегда была нужда. Но к ЭТИМ я не могла прикоснуться. Они так и остались на сберкнижке, привезенной из Владивостока. Теперь на ней два с половиной рубля - с учетом деноминации, дефолта и процентов, что набежали за 36 лет...

Вдовы погибших на "Курске" и вдовы тех, кто погиб в прошлых морских катастрофах, проходят, как выясняется, "по разным параграфам". Ни Ирина Георгиевна Журавина, ни Ирина Ивановна Кобзарь, вдова командира К-129, ни их подруги по несчастью с выходом на пенсию уже не получают даже те небольшие суммы, что выплачивали им за погибших мужей. Родители могут получать пенсии за потерю кормильца (в дополнение к собственной трудовой), а вдовам - не положено...

Как бы ни были горьки обиды, совсем не меркантильный интерес и по сей день объединяет семьи моряков, погибших при исполнении воинского долга. А ранит их души больше всего забвение и черствость тех, кто сегодня при исполнении в высоких штабных кабинетах.

В марте прошлого года собрались в Москве семнадцать человек из тех семей, что потеряли на К-129 близких. Накануне в Главном штабе ВМФ им клятвенно обещали помочь с перелетом на Камчатку, где в Рыбачьем моряки своими руками соорудили скромный обелиск в память о погибших товарищах. Был назначен не только день вылета, но и место общего сбора и даже час отъезда на аэродром. Но что-то где-то случилось, под какие-то иные цели был вдруг "задействован" самолет (будто бы единственный на весь ВМФ!), - вылет отложили. Потом еще перенесли...

Трое суток люди мыкались в бесплодном ожидании по квартирам знакомых, пока не получили завуалированный отказ и поняли, что надо возвращаться домой.

Общество Соцсфера Соцзащита Без грифа "Секретно" с Александром Емельяненковым