Новости

25.05.2004 05:00
Рубрика: Происшествия

В тюрьмах сидят на чемоданах

Юрий Чайка представляет первых освобожденных по президентским поправкам в Уголовный кодекс

По прогнозам Главного управления исполнения наказаний Минюста РФ, около половины всех осужденных в России могут претендовать на значительное снижение срока, а то и на полное освобождение. "Зеленый свет" тому включили поправки в Уголовный кодекс, принятые по инициативе президента России.

В цивилизованном государстве не принято сажать напропалую граждан в тюрьму. Это дурной тон. В острогах должны томиться лишь действительно опасные лица. В советские годы таковыми считались даже колхозники, укравшие пресловутые "три колоска". Есть надежда, что сейчас времена сильно меняются. Российские законы уже стали намного гуманнее, и это, как не раз утверждалось на самых верхних этажах власти, государственная политика.

Дирижером в этом масштабном процессе стало министерство юстиции. Как сказал корреспонденту "РГ" министр Юрий Чайка, начатая реализация программы поправок существенно разгрузит тюрьмы.

Кому, когда и как открывают двери на волю?

Добрый закон обратную силу имеет

В декабре прошлого года вступили в силу поправки в Уголовный кодекс. Они снизили предельные сроки за многие преступления, которые не относятся к тяжким. В некоторых статьях лишение свободы законодатели заменили другими наказаниями. Например, штрафами или исправительными работами. Если бы сии новшества появились раньше, немалая часть нынешних арестантов не попала бы за решетку. Однако по старым законам их осудили правильно.

Почему же сейчас выпускают, ведь принято считать, что закон обратной силы не имеет? С этим вопросом корреспондент "РГ" обратился к первому заместителю начальника Главного управления исполнения наказаний Минюста РФ Валерию Краеву.

- Закон не имеет обратной силы, когда ухудшает положение гражданина, - пояснил он. - Если же улучшает, то вынесенные приговоры надо пересматривать в соответствии с новыми положениями. Допустим, осудили человека на пять лет лишения свободы за некое преступление. А в новой редакции максимальный срок за это - три года. Тогда по нормам приговор надо пересмотреть и снизить наказание как минимум до трех лет. Но это решение должен принимать суд. Мы лишь готовим документы.

Как только поправки начали действовать, спецчасти колоний перечитали все приговоры и составили списки кандидатов на пересмотр дел. Кроме того, сотрудники разъяснили всем осужденным, как надо действовать. А сами законы были вывешены на стендах. Для того чтобы механизм заработал, осужденный должен сам написать заявление в суд с просьбой о пересмотре дела. Персонал же колонии готовит затем необходимые документы.

Приговор перечитать, осужденного отпустить

По состоянию на 1 мая из колоний в суды ушли материалы на почти двести шестьдесят тысяч осужденных, приговоры которых надо пересмотреть. Из них уже рассмотрено почти сто тридцать тысяч дел. Но на свободе оказались далеко не все из претендентов. Пока освобождены более семи тысяч человек. Еще почти сорока двум тысячам осужденных был снижен срок наказания.

Среди счастливчиков этой весны - Николай Н., житель Московской области. В 2000 году он попался на том, что срывал с прохожих украшения. Добычей преступника становились золотые цепочки, кулоны, мелкая бижутерия. Суд признал это грабежом и отмерил пять лет лишения свободы из семи возможных. Однако по новому закону предел за такие преступления - четыре года. Поэтому служители Фемиды скостили срок Николаю до трех лет семи месяцев, которые он уже отсидел. Так что гражданин Николай Н. теперь свободен.

Всего же, по оценкам минюста, могут быть пересмотрены приговоры в отношении 300 тысяч осужденных. А всего сейчас в колониях меньше 700 тысяч арестантов. В Главном управлении исполнения наказаний корреспондента "РГ" заверили, что никаких препятствий они не чинят даже самым злостным нарушителям режима, если те вправе претендовать на пересмотр дела.

Досье "РГ"

Сейчас в местах лишения свободы находятся примерно 823 тысячи человек. Из почти 700 тысяч, что находятся в колониях, около 110 тысяч осуждены за убийство, еще 150 тысяч сидят за разбой, грабежи, прочие корыстно-насильственные преступления. Более половины осужденных неоднократно судимы.

Например, гражданин Сергей А. промышлял на рязанских рынках мелкими кражами. Взяли его в декабре 2001 года на попытке воровства прямо с прилавка. В ходе следствия доказали еще две кражи. В итоге Сергей получил три года в колонии строгого режима. Там, по отзывам администрации, вел себя просто безобразно. Заработал отрицательные характеристики. Однако и его приговор пересмотрели в соответствии с новыми законами. Ведь раньше неоднократность преступлений увеличивала срок. Грубо говоря, украл три раза - вина утраивается. Поправки это исключили. Поэтому срок Сергею был снижен на несколько месяцев, благодаря чему он уже покинул тюрьму и уехал домой.

Интересно, что не все осужденные из заветного списка подают обращения. Таких, правда, немного, но они есть. Назвать отказниками их пока нельзя. У каждого есть свои причины.

- Кто-то не торопится, потому что знает: сразу выйти не получится, - пояснили корреспонденту "РГ" в минюсте. - Ведь многие осужденные, особенно те, кто не первый раз отбывает наказание, подкованы в юридическом смысле не хуже иных адвокатов. Они могут и сами определить, как именно (хотя бы примерно) будет пересмотрен приговор. Если видят: статья в законе изменена так, что им снизят срок на столько-то и при этом все равно придется сидеть еще несколько лет, так нечего и спешить, можно подождать. Все равно в первую очередь в суды направляются дела тех, кто может быть немедленно освобожден. А кому-то из осужденных просто некуда идти. И их нельзя силой заставить обратиться в суд. Но когда суды рассмотрят дела всех претендентов на волю или сокращение тюремного срока, скорее всего ГУИН обратится в прокуратуру, чтобы она инициировала пересмотр дел, образно выражаясь, отказников. Но все же такие факты не носят массовый характер.

Процесс пересмотра находится на особом контроле в минюсте. Но тогда возникает резонный вопрос: не слишком ли медленно все происходит? Другое дело, что сама государственная машина - это все-таки не скоростной движок, она привыкла работать солидно. В колониях материалы оформляют сотрудники спецчастей, штат которых не так уж и велик. На тысячу осужденных приходятся примерно по четыре-пять сотрудников спецучета, для которых нынешний пересмотр - большая работа.

Маньяков просят не беспокоиться

"Жалоб на исполнение нового закона не поступало, - утверждают в ГУИНе. - Все понимают, что одним махом этого не сделать. Не было и таких заявлений, мол, меня положено выпускать, а никто ничего не делает".

Суды тоже не резиновые. Хотя пересмотр приговоров - это скорее техническая процедура (не надо проводить долгие заседания, выслушивать все стороны, проводить прения), но тоже требует времени. А судью никто не освобождает от текущих дел. Так что рано или поздно новый закон дойдет до каждого осужденного.

Но даже при самом благоприятном для осужденных раскладе более половины из них все равно останутся за решеткой. Например, тех, кто отбывает пожизненный срок, пересмотр не коснется. Просят не беспокоиться также убийц, маньяков, разбойников. За тяжкие и особо тяжкие преступления по-прежнему никаких поблажек.

Зато получили надежду осужденные по "наркотическим" статьям. Не так давно правительство увеличило размеры доз наркотических веществ, за хранение которых наступает уголовная ответственность. Поэтому соответствующие приговоры будут пересмотрены. За различные преступления в сфере незаконного оборота наркотиков отбывают срок более шестидесяти тысяч граждан. Вряд ли их всех выпустят на свободу. В конце концов торговля наркотиками - все же серьезное преступление. А вот осужденные граждане, у которых нашли, скажем, марихуаны меньше, чем сейчас разрешено, могут быть освобождены.

Очень мягко относятся нынешние законы к женщинам. Что бы ни совершила представительница слабого пола, строгий режим отныне ей противопоказан. Соответствующие колонии уже закрыты. Точнее - перепрофилированы на общий режим. Таких учреждений на всю Россию было всего три. Туда направляли женщин почти со всей страны. Теперь же "иногородние" осужденные могут по желанию переехать в колонии поближе к дому. Родственникам будет легче их навещать, передавать посылки и прочее.

Среди тех, кто выиграл от новых законов, есть и особо опасные рецидивисты. Точнее, те, которые таковыми считаться больше не будут. Все дело в том, кого считать особо опасным. Повторимся, что за тяжкие преступления снисхождения ждать нельзя. Но до этого в Уголовном кодексе была такая норма: рецидивистом считали человека, осужденного по определенным статьям три раза, но необязательно к реальному сроку. Были случаи, когда гражданина дважды осуждали условно, а на третий раз он уже шел за решетку как особо опасный рецидивист. В новой редакции понятие особо опасного рецидива сужено. Благодаря этому более тринадцати тысяч осужденных переведены из колоний особого режима в учреждения других видов. Впервые за последние шесть лет в колониях особого режима было сокращено число осужденных.

А вот ответ на вопрос, надолго ли освобождаются тюрьмы, могут дать суды и правоохранительные органы. Как они будут применять новый закон? Как сложится судебная практика? И еще многое зависит и от самих освобожденных заключенных: смогут ли они вернуться в свободную жизнь или это станет для них короткой передышкой между неволями?

Юрий Чайка, министр юстиции РФ:

Практическая реализация поправок, внесенных в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, означает дальнейшую демократизацию системы исполнения наказаний в нашей стране, смягчение карательной политики в отношении лиц, совершивших малозначительные и средней тяжести преступления, гармонизацию нашего уголовного законодательства, которое все более приближается к общеевропейским стандартам в сфере уголовного права.

Выполнение внесенных поправок поможет существенно сократить число лиц, приговоренных к лишению свободы, что, в свою очередь, будет способствовать улучшению условий содержания осужденных. В местах лишения свободы останутся в основном люди, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления, которых необходимо изолировать от общества. К лицам, совершившим преступления небольшой тяжести, особенно впервые, будут применяться другие формы наказания, не связанные с лишением свободы. Думаю, что таким образом мы сможем оградить людей оступившихся от влияния криминального мира и тем самым сократить и число преступлений.

Происшествия Правосудие Тюрьмы Власть Работа власти Госуправление Правительство Минюст ФСИН