Новости

17.06.2004 03:00
Рубрика: Экономика

Бизнес пошел в ЖКХ

В российском коммунальном хозяйстве начала работу частная компания

Разговоры о приходе в коммунхоз частного капитала ведутся давно. И даже предпринимались некоторые попытки в этом направлении.

На сей раз предложенная участникам пресс-конференции система выглядит куда более стройно и солидно. Есть собственно частный оператор - МРКК. Есть Фонд содействия развитию регионов, в чью задачу входит привлечение в отрасль частного капитала. И есть вполне заинтересованная государственная структура - Федеральное агентство по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству. Наконец, между Федеральным агентством и Фондом содействия развитию регионов в тот же день было подписано Соглашение о партнерстве в сфере развития и модернизации жилищно-коммунального хозяйства в субъектах Российской Федерации.

О бедном ЖЭКе замолвите слово...

Российское жилищно-коммунальное хозяйство попало в затяжной кризис не вчера. Более-менее оно поддерживалось в порядке в сталинские времена, когда любой начальник ЖЭКа, а заодно и его начальник могли запросто отправиться куда-нибудь под Воркуту валить лес из-за одной жалобы жильцов подведомственного дома.

С ослаблением репрессий и отсутствием материальной заинтересованности система ЖКХ стала впадать в застой самой первой.

К концу семидесятых годов прошлого века коммунальное хозяйство стало просто символом всеобщего разгильдяйства и безответственности. Это дошло и до ЦК. Систему ЖКХ принялись реформировать, переименовывая в ДЭЗы, РЭУ, наделяя новыми разными правами и обязанностями. К концу 80-х годов ситуация зашла в тупик: партия теряла власть, бывшие ЖЭКи стали, по сути, бесконтрольными, а коммунальное хозяйство начало разваливаться в буквальном смысле.

Дело еще и в том, что наше ЖКХ - самое "жэкэхастое" в мире. Есть на то и объективные причины, то есть климатические. В большинстве цивилизованных стран нет централизованных теплотрасс, их заменяют калориферы, там нет такого огромного количества и котельных, а в развивающихся - нередко еще и водопровода. А теперь сравним это с российской ситуацией. Огромные расстояния, суровый климат, почти половина страны за полярным кругом диктовали такой уровень развития коммунальной инфраструктуры, что на ее поддержание в нормальных условиях требовались миллиарды. И когда средства на ее модернизацию стали уменьшаться, все посыпалось одно за другим.

Крах советского монстра

В девяностые годы ситуация только ухудшалась. Нормой стали аварии, а то и просто отключения воды, тепла и света. Руководство жилищно-коммунальных предприятий, а то и целых городов и регионов практически самоустранилось от проблем отрасли. Города и регионы стали то замерзать, то превращаться в пустыню Сахару, где полностью пропадала вода. Апофеозом стали известные события в Приморье, когда несколько зим подряд край спасали от замерзания всем миром. Дело дошло до того, что батареи парового отопления пришлось возить во Владивосток из Москвы на самолетах МЧС.

К концу девяностых младореформаторы предприняли попытки коренной реформации жилищно-коммунального хозяйства. Но, по высказыванию одного нашего политика, хотели как лучше, а получилось как всегда. Лишенная мер по демонополизации отрасли, реформа закончилась лишь повышением цен и всеобщим раздражением населения. Наступивший дефолт пресек эти попытки, так сказать, естественным образом. Поскольку контроль над коммуналкой исчез практически полностью, начальники ДЭЗов и РЭУ стали уважаемыми людьми, нечто вроде завхозов, кладовщиков и буфетчиков в советские времена. Нецелевое использование, а то и простое исчезновение как денег, так и стройматериалов приняло поистине космические масштабы. Бывшие ЖЭКи стали, по сути, неофициальными бизнес-центрами.

Таким образом, полностью уничтожив худо-бедно работавшую на жильцов прежнюю систему, реформаторы создали на ее месте этакий симбиоз бизнеса и власти, наплодили своего рода мини-олигархов, работавших лишь на себя.

Переходный период

К началу нынешнего века износ средств производства и коммуникаций в отрасли достиг в некоторых регионах 80 процентов. Регулярные аварии поражали своей частотой и размахом. Это была уже агония. В правительстве ввели даже специальный пост вице-премьера по ЖКХ, уголовные дела против региональных чиновников разного уровня возбуждались пачками. При этом цены на услуги росли как на дрожжах.

Между тем в обществе и в кулуарах власти развернулась дискуссия о том, стоит ли приватизировать предприятия жилищно-коммунального комплекса. Уже всем было ясно, что у государства нет денег на модернизацию отрасли. Однако многие опасались, что после приватизации тарифы и вовсе взлетят до небес, а неплательщиков станут выселять через суд. Дискуссия тянулась очень долго. Энергетики и металлурги даже выражали желание взять на себя объекты ЖКХ в некоторых регионах.

Заявленные с широкой помпой мероприятия затем очень быстро сошли на нет и об успехах этих структур слышно так и не стало. Возможно, дело в том, что их руководство просто не представляло себе масштабов задач, а может быть, ЖКХ было лишь ширмой, а сии благородные организации создавались совсем для других целей. Так или иначе, оба проекта развития не получили.

Последним ходом была отчаянная попытка вице-премьера по ЖКХ Владимира Яковлева подготовить страну к зиме с использованием административных методов - вплоть до угроз возбуждения уголовных дел. В целом попытка удалась, но уже всем было ясно, что эта относительно благополучная зима - последняя, и к следующему сезону аварийность примет лавинообразный характер.

Три богатыря

В этот момент на авансцене и появились "три богатыря": Владимир Аверченко, Сергей Веремеенко и Эдуард Янаков. Их программы и аргументы отличались продуманностью и конкретностью. Видно было, что объединение и решение взяться за коммуналку отнюдь не спонтанное. Присутствующие на пресс-конференции журналисты узнали немало любопытного. Так, было сообщено, что расходы в этой отрасли за год составили 880 миллиардов рублей, а доходы - 805 миллиардов. То есть миф о ЖКХ, как о "черной дыре" является сильно преувеличенным. А 10 процентов разницы между доходами и расходами вполне можно компенсировать не за счет роста тарифов, а за счет снижения издержек производства.

Присутствующие узнали также, что в российской "коммуналке" работают 4,2 миллиона человек, обслуживающих 1092 города и 1872 поселка. Были названы и основные проблемы отрасли, и причины высокой себестоимости услуг. В частности, износ зданий, инженерных коммуникаций и оборудования в целом превысил 70 процентов, а содержание ветхого жилья обходится втрое больше обычного. КПД коммунального теплоэнергетического оборудования в среднем составляет 67,58 процента. Как-то в Калининградской области был произведен эксперимент: наши старые котлы заменили на новые польские. КПД тут же подпрыгнул до 80 процентов, и местный коммунхоз перестал быть убыточным.

Около 70 процентов, территории России относится к так называемым районам децентрализованного энергоснабжения. На предприятиях ЖКХ огромный перерасход топлива. Дебиторская задолженность отрасли - 179,2 миллиарда рублей, кредиторская - 269,7 миллиарда. Дефицит мощности канализационных сооружений достиг 9 миллионов кубометров в сутки. 40 миллионов человек в России живут в домах "с удобствами во дворе", 68 миллионов недовольны жилищными условиями. И это при том, что в России средняя площадь жилья на одного человека составляет 12,8 квадратных метра, в то время как во Франции - 40, в США - 60.

Однако, по мнению руководства МРКК, ситуация не такая катастрофическая, какой выглядит на первый взгляд. Реально при желании можно снизить текущие издержки на 40 процентов. А если реструктурировать задолженность, навести порядок с финансами и кадрами, провести переоснащение оборудования и коммуникаций, то отрасль вполне реально выходит на прибыль. В стране сейчас немало свободных денег, а рынок объемом в 880 миллиардов рублей является сам по себе привлекательным для инвесторов.

Отвечая на вопрос о том, сколько и какие структуры будут работать с ЖКХ, Владимир Аверченко сказал: "Структур должно быть столько, сколько потребует рынок. И мы понимаем, что это будут разноуровневые компании: кто-то будет на межрегиональном, кто-то на городском. Самые маленькие будут работать на уровне отдельных домов. Победят те, кто при минимальных тарифах будет оказывать максимально качественные услуги. И наша задача здесь - создать эту конкурентную среду".

А Сергей Веремеенко, в свою очередь, оценил перспективы участия частных компаний в инвестировании отрасли, а также преимущество от этого для жильцов: "Если организация берет на обслуживание город, система становится прозрачной. Ей выгодно будет ставить долговечное оборудование, трубы, обслуживание и замена которых отнимает слишком много средств". Даже при минимальной процентной ставке, к примеру 10 процентов, банкам выгодно кредитовать жилкомхоз. У нас, у фонда, уже есть ряд банков, которые готовы выходить на этот рынок. Так мы придем к западным стандартам, где долгосрочные инвестиции и низкие ставки в порядке вещей. Например, ипотека на 30 лет под 7 процентов годовых для США - норма. Наш фонд готов много вкладывать, уже есть банковский пул, готовый на сегодняшний день дать 50 миллионов долларов. Но это пока мало, только начало. Будет гораздо больше - счет должен идти на миллиарды. Мы готовы предоставить возможность работать в этом секторе всем желающим".

Такую уверенность можно было принять за браваду, если не знать, что господин Веремеенко более десяти лет входил в руководство Межпромбанка, который за это время превратился в один из крупнейших частных банков страны. И, вероятно, посчитал, что пришло время потратить часть заработанных средств на какой-нибудь действительно крупный проект, о котором у людей останется реально добрая память. Да и Аверченко с Янаковым не производят впечатления людей, бросающих слов на ветер. Так что есть надежда, что для нашего измученного ЖКХ настают более лучшие времена...

Экономика ЖКХ Правительство Минэкономразвития Реформа ЖКХ
Добавьте RG.RU 
в избранные источники