Новости

26.11.2004 04:10
Рубрика: Экономика

Дайте еды

Министр сельского хозяйства отвечает "РГ" на вопросы, заданные Счетной палатой

Но, вчитавшись в текст, мы заподозрили, что не все так просто. Разобраться в АПК не удавалось пока никому. Поэтому мы решили обратиться за комментариями к первоисточнику - самому министру сельского хозяйства Алексею Гордееву. Несмотря на то, что, как пояснили помощники министра, это ведомство "аналитическую записку не получало" (по крайней мере официально), Алексей Васильевич любезно согласился прокомментировать избранные, самые жесткие пассажи этого текста. Получилось крайне интересно - впрочем, судите сами.

"Минсельхоз России не располагает данными об объеме средств, полученных от реализации государственного имущества в АПК" в процессе его приватизации.

- В минсельхозе и в самом деле нет данных о том, за сколько "продало" государство львиную долю АПК страны. Поскольку приватизацией в 90-е годы занималось мингосимущество, значит, эти сведения надо искать в Федеральном агентстве по управлению федеральным имуществом, правопреемнике этого министерства, и в РФФИ. Что же касается эффективности приватизации, то она проведена в начале 90-х годов бездарно и принесла большой вред как конкретным работникам, так и экономике АПК в целом. Надо ли делать ревизию приватизации? Думаю, пересмотр итогов приватизации нанесет еще больший вред, чем нанесла некогда сама приватизация. Надо сделать глубокий анализ, чтобы ошибки не повторять в будущем.

"Многие хозяйства после получения права на реструктуризацию задолженности не смогли обеспечить погашение долгов...", поскольку не смогли производить текущие расчеты с бюджетом.

- Начнем с того, что 10 процентам российских предприятий АПК финансовое оздоровление не требуется. Из оставшихся 90 процентов 38 и в самом деле не могут участвовать в реструктуризации по тем причинам, на которые указала Счетная палата: они работают убыточно. Остальным же реструктуризация уже помогает, и таковых 11 тысяч хозяйств.

К 1 августа по сравнению с началом года просроченная кредиторская задолженность сократилась на 25 процентов - до 117,5 миллиарда рублей. Всего реструктурировано долгов на 58 миллиардов рублей, в том числе штрафов и пеней - на 35,8 миллиарда рублей.

Что же касается тех 38 процентов хозяйств, которые не могут оздоровиться по причине полного упадка, большинству придется пройти дополнительные меры финансового оздоровления, в том числе и банкротство. Банкротство началось (или уже произошло) на 3,6 тысячи предприятий. Где-то банкротство оздоровляет, если кредиторы хотят не только получить назад свои деньги, но и сохранить хозяйствующий субъект и приходят как собственники. В других случаях кредиторы заботятся только о возврате долгов, разрывая предприятия на куски, и последствия их не интересуют. Долю "плохих" банкротств оценить пока трудно - все равно, что пытаться понять, сколько процентов судебных процессов в России идут с нарушениями закона. Одно ясно: необходимо все это делать под жестким контролем всех уровней власти, так как это еще и социальная проблема.

"Желание увеличить экспорт зерна из России будет способствовать усилению кризиса в животноводстве".

- В этом году мы собрали 76 миллионов тонн зерна плюс на начало сельскохозяйственного года в закромах было 9,7 миллиона тонн запасов от прошлых лет. Этого более чем достаточно, чтобы обеспечить потребности и в продовольственном зерне, и в фураже: нынешнее внутреннее потребление по этим двум "статьям расходов" составляет 70 миллионов тонн, стало быть, около 8-10 миллионов - наш экспортный потенциал. В то же время считаю, что без продуманной системы экспорта зерна животноводство не поднять.

Деньги, которые экспортеры выручают за зерно, они вкладывают в производство того же зерна. Помимо этих инвестиций, других денег для подъема зерновой базы в стране нет. Скажу больше: если бы не экспорт, то в нынешнем не слишком благоприятном году мы не собрали бы такого урожая. Мы надеемся, что к 2010 году эти инвестиции позволят стабильно выращивать 110-120 миллионов тонн зерна в год. К тому времени должно подняться и животноводство, которое запросит на свои нужды где-то 75-77 миллионов тонн. Значит, даже после того, как закипит жизнь в брошенных коровниках, мы все равно сможем отправлять на экспорт около 15 миллионов тонн по сравнению с нынешними 8.

"Меры государственного регулирования импорта продовольствия далеко не оптимальны. Это наглядно видно на примере импорта риса и сахара. В результате занижения импортерами таможенной стоимости риса и сахара в бюджет 2003 года недоплачено около 150 миллионов долларов".

- Корень проблем - вовсе не в занижении импортерами таможенной стоимости. Это чисто таможенная, процедурная тема, и следить за такими вещами должна Федеральная таможенная служба. Тем не менее правительство старается перекрывать лазейки. Так, еще в 2001 году увеличена ставка ввозной пошлины на рис-зерно с 5 до 10 процентов для того, чтобы импортеры не выдавали его за рис-крупу.

В 2003 году работала квота на ввоз сахара-сырца, и нечистые на руку импортеры резко повысили ввоз сахара в виде сиропов. Поэтому 1 марта 2003 года правительство ввело специальную таможенную пошлину - 45 процентов, но не менее 0,2 евро за килограмм, и провело расследование. По его результатам с ноября прошлого года введена ограничительная пошлина на сироп в размере 0,23 евро за килограмм, которая с 10 сентября этого года стала постоянной. Чтобы поддержать российское производство сахара (из свеклы), с ноября прошлого года правительство стало автоматически корректировать ставку ввозной пошлины на сахар-сырец в зависимости от уровня мировых цен. И тогда же, чтобы избежать "ложного" импорта сахара-сырца и белого сахара из стран СНГ, правительство приняло особый порядок, который не позволяет, скажем, добавить ароматизаторы в сахар из дальнего зарубежья где-нибудь в Белоруссии и выдать его за белорусский товар.

Конечно, мы учимся на ходу. Но в результате последние три года наша сахарная отрасль идет в гору. Так, если в 2002 году 26 процентов продаваемого в России сахара делали из отечественной свеклы, то в нынешнем году - уже 46 процентов.

"Уровень бюджетной поддержки АПК остается крайне низким и не может оказать влияния на его рыночное развитие".

- Уровень поддержки АПК неадекватен вкладу отрасли в формирование ВВП страны. Если в прошлом году сельское хозяйство дало 5,2 процента ВВП, то бюджетная поддержка составила всего 0,5 процента от объема средств, выделяемых на эти цели. В этом году лишь 1,1 процента расходной части бюджета пошла на поддержку села. В деньгах это 41 миллиард рублей, причем при верстке бюджета-2005 АПК чуть было не "обидели", еще сильнее урезав расходы, и лишь мое обращение к председателю правительства помогло избежать этого явно опрометчивого решения.

С этой темой завязана проблематика ВТО: развитые страны - члены этой организации хотели бы зафиксировать как можно более низкий уровень господдержки села в России. Позицию России на переговорах формирует правительство, непосредственно за переговоры отвечает минэкономразвития, минсельхоз же лишь "выступает с предложениями". Нам стоило большой борьбы, чтобы в ВТО признали за точку отсчета 1993-1995 гг., когда бюджет оказывал АПК более или менее приличную поддержку. Также считаю заслугой минэкономразвития и минсельхоза, что протокол с ЕС подписан на приемлемых для отрасли условиях.

"Методики и критерии оценки эффективности использования средств федерального бюджета" на поддержку АПК не разработаны, поэтому "изменения в структуре и объемах расходов носят скорее субъективный, чем экономический характер".

- Действительно, методики нет. Поэтому правительство поставило задачу всем министерствам перейти на программно-целевой метод планирования, то есть каждый бюджетный рубль должен выделяться на основании федеральных и целевых программ. В этой ситуации минсельхоз вынужден действовать самостоятельно: мы дали задание одному из наших отраслевых институтов, и он разработал временную методику. С ее помощью минсельхоз и выбирает приоритеты. Результаты говорят, что часто мы попадаем в точку. Скажем, только за счет субсидирования ставки кредитов, которые берут производители в коммерческих банках, мы подняли рентабельность АПК за несколько лет с минус 0,9 до плюс 3,3 процента. В итоге каждый бюджетный рубль позволяет крестьянину привлекать еще 15 рублей из коммерческих банков.

"Многие субъекты РФ в силу своей дотационности не смогли участвовать в программе "Социальное развитие села".

- Программа "Социальное развитие села до 2010 года" построена так, что центр, регионы и внебюджетные источники вместе вкладывают в нее деньги. Например, доля центра в затратах на жилищное строительство - 30 процентов, газификацию - до 25 процентов, водоснабжение - до 37 процентов. В среднем по всем программам доля "федералов" - 10,5 процента, субъектов РФ - 43 процента, внебюджетных источников - 46,5 процента.

В 2003 году центр выделил на эту программу 1,54 миллиарда рублей, и для регионов эти деньги стали стимулом, чтобы искать свои средства и не оказаться за бортом программы. В итоге к программе в прошлом году подключилось 68 регионов, в этом - уже 70, причем среди них - 54 дотационных региона. Другое дело, что не все субъекты-участники де-факто разработали свои региональные программы и готовы их воплощать. Хотя и таковых немало - 42 региона. В 39 регионах заканчивают согласовывать свои программы, и лишь 5 регионов не сделали ничего, причем это регионы далеко не бедные, хотя и не слишком аграрные: Ненецкий, Ханты-Мансийский, Ямало-Ненецкий, Таймырский автономные округа, Магаданская область.

Всего же в прошлом году края, области и республики нашли в своих "закромах" почти 10 миллиардов рублей плюс 5,8 миллиарда из внебюджетных источников. Таким образом, в 2003 году на 1 рубль федеральных денег дополнительно привлечено 5,7 рубля.

Откуда же берут деньги дотационные регионы? Если дело совсем туго, они ищут замещающие финансовые ресурсы. Например, на жилищное строительство - привлекают кредиты, а свои деньги направляют только на то, чтобы уменьшить процентную ставку по ним до 6-8 процентов годовых. Для большинства людей это вполне подъемный процент.

Уже в первом году работы программы более 24 тысяч сельских семей получили новые дома, в 600 деревень прошел газ, 186,3 тысячи селян из засушливых районов впервые в жизни узнали, что такое свежая вода, более 44 тысяч крестьян забыли о перебоях электроэнергии, наконец, более 10 тысяч человек получили рабочие места. В этом году центр дает на программу на 12,5 процента больше денег, чем в прошлом году.

"Произведенная в 2002 году сельскохозяйственная продукция не обеспечила потребность населения в продуктах питания не только на рациональном, но и на минимальном уровне".

- Прежде всего некорректна сама постановка вопроса. Если говорить о том, может ли в принципе АПК России накормить страну - конечно, да. Возможно, будет недоставать некоторого количества сахара, растительного масла, каких-то фруктов, но такой уж у нас климат. У нас нет серьезных проблем с обеспечением продовольственным зерном, картофелем, основными видами овощей.

Но дело в другом. Для того чтобы АПК смог перевести эту потенцию в реальность, нужны совершенно иные экономические условия. Убыточное производство не может расти, это закон любой экономики. Чтобы продукция АПК была рентабельной, необходимо переходить на новые технологии, а для этого нужны инвестиции, нормальные экономические межотраслевые отношения, умная поддержка государства. Нужен и высокий платежеспособный спрос населения. Не секрет, что у нас очень многие люди не могут позволить себе питаться в соответствии с рекомендациями медицины. Если 10 процентов "богачей" съедают в год 90 кг мяса, то "бедняки" - лишь 26 кг.

Экономика Товары и цены Экономика АПК Правительство Минсельхоз