Новости

18.01.2005 04:00
Рубрика: Общество

Пейзаж после праздника

Уже после того, как страна вновь встала на трудовую вахту, ТВ еще целую неделю продолжало выдавать на бис новогодние огоньки, дискотеки, кривые зеркала и аншлаги. Видимо, для тех, кто непосредственно в праздники их не смог распробовать. Те же, кто ими пресытились, переключились на новые худсериалы и документальные фильмы. Проклюнулся интерес и к новостям.

Переключая каналы

Новостной поток течет, образуя воронки, а аналитики с комментаторами отдыхают. Конечно, нынешние социальные волнения на улицах Питера и Московской области связаны в значительной степени с недостаточной продуманностью реформы по отмене льгот. Но есть тут и телевизионная составляющая. Нам аукнулось свертывание информационно-аналитических программ - "Свободы слова", "Намедни", "Личный вклад". Формат "Зеркала" скукожился до 12 минут. Можно было сетовать на популистские рефлексы этих передач, но очевидно, что они функционировали, как датчики, свидетельствующие о перепадах настроений в обществе. Кроме того, то был важный канал для диалога властных институтов с наиболее политизированными группами граждан. Продолжай он работать, и закон мог бы стать другим, и люди бы себя по-другому повели. А так мы снова рискуем стать зрителями какого-нибудь многосерийного экстремального реалити-шоу.

Из других сногсшибательных новостей пользовались спросом истории про стихийные бедствия, сказ о том, как принц Гарри вырядился в гитлеровскую униформу, информация о метановых реках на оранжевом Титане. ...И о погоде в связи с аномальной оттепелью посреди зимы.

Особо грели почему-то вести с Титана, где температура минус 200 по Цельсию, где есть какая-то атмосфера и где, стало быть, возможна жизнь, правда, только для микробов. Но ведь и Земля не сразу обзавелась многоклеточными организмами.

Порадовала также находка британских архивистов - в подвале какого-то учреждения отыскались километры целлулоида с отпечатавшимися на нем событиями начала прошлого века. Это интересно.

Огорчило то, что американская бронетехника в пылу борьбы за свободу и независимость иракского народа разрушила Вавилон, древнейший памятник человеческой цивилизации.

После нас - потоп

С былым картина, прояснясь, затемняется. А как там дело обстоит с будущим планеты Земля?

Я бы не хотел знать, что будет со мной через день, неделю, год... Чураюсь гадалок, астрологов и политологов. Но мне почему-то интересно было бы проведать, что станется с нашей планетой через пару миллионов лет. Чистое любопытство - ничего более. Потому я был так взволнован пророчеством профессора Беляева на одном из ток-шоу. Уважаемый синоптик разоткровенничался и показал на карте, что останется от России после того, как льды Арктики в результате глобального потепления растают. Во-первых, затопит добрую половину Сибири, а, во-вторых, зальет Петра творенье с Ленинградской областью, и из воды будет торчать адмиралтейская игла.

В связи с этим весьма уместно прозвучал анекдот, рассказанный Юрием Стояновым в субботней программе "Лучшие анекдоты". Когда было объявлено, что через два дня будет всемирный потоп, французы перед смертью бросились прожигать жизнь, американцы поспешили закончить дела, англичане - расплатиться с долгами, немцы - надышаться, а к израильтянам обратился ребе: "Так. У нас есть два дня, чтобы научиться дышать под водой".

Я бы эту историю продолжил. Через два дня на дне морском израильтян приветствовали россияне со словами: "А мы уже давно света божьего не видим и ничего... дышим".

Трагедия с грехом пополам

Поучительней всякого анекдота смотрелся очерк Андрея Лошака "Берег мертвых" (НТВ). Это впечатляющий документ времени. И вместе с тем - пронзительная притча о нем.

Кажется, телеочерк сделан просто.

Просто журналист с оператором приехали на место потопа, увидели и показали. Там - монахи, замаливающие океан; дальше - слоны, выносящие из джунглей трупы в полиэтиленовых мешках, красивый закат, пожирающие тонны тел печи крематориев, потные и довольные лица посетителей вечерних баров, фотографии еще живых и беззаботных курортников на стенах полуразрушенных отелей, лица мертвецов, съеденные гниением и много-много устных подробностей о трагических последствиях и о чудесных спасениях.

Перед глазами девушка Келли, что говорит о смерти с улыбкой, потому что она буддистка. Поблизости компания сибиряков, желающих "оторваться", несмотря ни на что.

Это жуткая каша, страшное месиво из болей, блаженств, смертей, жажды радостей, ужасов и красот. И нет в этой череде кадров никакой монтажной нарочитости автора; так уж жизнь смонтировала. Перед нами место, где рай и ад как смежные комнаты в коммуналке. Мне, как зрителю, даже показалось, что запах смерти, коим, как свидетельствует Андрей Лошак, пропитан воздух "Волшебной лагуны" и других курортных местечек, только обостряет чувство наслаждения туристов. Мне подумалось, что теперь этот "берег мертвых" станет местом особо интенсивного паломничества живых.

Прошедшая в этих краях репетиция всемирного потопа отныне - туристическая фишка Таиланда.

Легко ли быть царем Соломоном?

Стихия на сей раз ударила по самым беззаботным.

Войны бьют по самым беззащитным.

О том и речь в документальном сериале Василия Пичула "Четвертая мировая война". Похоже, убивать безоружных и беспомощных - это основополагающий принцип войн конца ХХ - начала ХХI веков.

Две серии из четырех были показаны по НТВ в минувшие субботу и воскресенье. Одна затрагивает мотивы и касается природы террористической войны против Израиля и России, другая - бойни в Боснии. Еще две серии НТВ покажет в следующий уикенд. Тогда и можно будет сказать более определенно о фильме в целом. Пока же обратим внимание на то, что сразу бросилось в глаза.

Материал, реальность войны слишком доминирует над обдумыванием и объяснением ее. Оттого, наверное, так много не только живых свидетельств, но и комментариев сторонних наблюдателей, кои высказывают противоположные взгляды на причины смертоубийственной розни. Видимо, для равновесия.

Слушая участников балканской войны, поневоле чувствуешь себя царем Соломоном. И те правы, и эти правы. И Василий Пичул, который дает тем и другим слово, тоже прав. Только нам, зрителям, от этого не легче.

Но, может быть, в том и смысл, чтобы не было легче. Может быть, в том и задача автора, чтобы нас "нагрузить" проблемами, чтобы мы почувствовали: живем-то не после войны и не до войны, а с войной.

Оруэлл по этому поводу сказал бы: "Война - это мир"

Живем "под войной" как под водой. И ничего - дышим, трудимся, любим, развлекаемся... А научившись выживать при температуре минус 200 по Цельсию, полетим на Титан, чтобы встретиться с микробами по разуму.

Общество СМИ и соцсети Теленеделя с Юрием Богомоловым