Новости

18.02.2005 01:00
Рубрика: Культура

Сто дорожек в прекрасное далеко

Борис Акунин "Детская книга". М.: Олма-пресс, 2005.

Как это уже объявлялось неоднократно, в том числе и в "РГ" (см. "РГ", "Неделя", 4-10 февраля 2005 г.), "Детская книга" - только первый экспонат "энтомологической коллекции" (так собрание названо в анонсе на обложке). За "Детской книгой" следуют "Шпионский роман" и "Фантастика" - их можно будет прочесть до конца февраля. Очевидно, ближе к лету появятся "Семейная сага", "Триллер", "Производственный роман". Так что "Жанры" - проект чрезвычайно самоуверенный, поскольку исходит он из представления о читателе-наркомане, подсевшем на творения Акунина беззаветно и необратимо, и никакая передозировка ему не грозит. Такого читателя, разумеется, акунизация его домашней библиотеки ничуть не смутит, скорее порадует. И "Детская книга" на полке у него, конечно, давно стоит.

Перед нами - история правнука Эраста Петровича Фандорина, Ластика (от Эрастика) Фандорина, живущего в 2006 году в московской интеллигентной семье, ходящего с мамой в клуб "ОГИ" на детские утренники, незадачливого троечника из математического лицея - с металлическими брэкетами на зубах, но с чистым, горящим жаждой спасти человечество сердцем.

Случай совершить последнее вскоре предоставляется - Ластику является его пожилой и дальний родственник господин Ван Дорн, который объясняет мальчику, что он, Ластик Фандорин, и есть Самая Важная Персона на Свете.

Он, самый маленький в классе, кое-как успевающий по математике, призван обнаружить в глубине веков волшебное Райское яблоко (небывалой величины алмаз), вырвать его из рук злодеев и спасти мир. Акунин почти в открытую смеется над этим заезженным приемом детской литературы, корни которого уходят в фольклорные традиции: внешне неказистый главный герой оказывается самым-самым. Волшебником, например, как Гарри Поттер, или там чудо-богатырем, как несметное число других персонажей детских книг.

Ластик путешествует во времени, заглядывает в 1914 год, где ему удается похитить Райское яблоко, затем, пробравшись сквозь "хронодыру", он попадает в начало ХVII века, самый канун Смуты...

Здесь Ластик задерживается на целый год - задерживается совершенно немотивированно, похоже, просто для того, чтобы подарить своему создателю еще несколько десятков лишних страниц. Из прошлого мальчик прыгает в далекое будущее - технически совершенное, стерильное и чудовищно скучное, привет фантастам-футурологам, и, наконец, возвращается домой, в 2006 год.

По сути, перед нами книга-клон, строительным материалом для генофонда которой послужила добротная детская литература конца 1950-х-начала 1980-х - от Николая Носова до Эдуарда Успенского, от Кира Булычева до Евгения Велтистова и Валерия Медведева, автора книги "Баранкин, будь человеком!". Стиль ретро усиливают и иллюстрации Дениса Гордеева, выдержанные в духе картинок к советскому букварю, и некоторые другие занятные детали. Ластик, например, ходит в школу (в 2006 году!) не с чем-нибудь - с портфелем, а в портфеле лежат заботливые мамины бутерброды с колбасой. За два, надо полагать, двадцать.

Акунин написал ностальгическую книгу, рассчитанную ни на каких, разумеется, ни на детей, а на взрослых- тех, кто сможет узнать здесь свое, родом из советского, босоногого, пионерского детства, на тех, кому сейчас от 30 до 50. То есть самую платежеспособную часть населения - так что и на этот раз писатель все рассчитал верно.

Современные дети смогут прочитать эту книгу разве что ради "прикола", примерно с теми же чувствами, с какими рассматривают они мамин пионерский галстук или комсомольский билет. Или же просто из бескорыстной любви к надувной жвачке. Потому что, как ни занятны приключения Ластика, следя за ними, невозможно отделаться от отчетливого привкуса именно сладкой резинки: вроде бы что-то жуешь, вроде бы вкусно и даже отличный пузырь можно выдуть. А все равно жутко голодно.

Ульф Старк. Умеешь ли ты свистеть, Йоханна? (М.: Самокат, 2005).

За твердой пищей надо, как водится, отправляться в Скандинавию - дух Андерсена, Астрид Линдгрен, Сельмы Лагерлеф, Туве Янсон до сих пор витает над современной скандинавской литературой для детей, позволяя ей сохранять такое простое качество, как доброта.

Сегодня суждение, что та или иная детская книга - просто добрая, перестало быть само собой разумеющимся. Более того, сказать о книжке для детей "добрая" - означает навлечь на себя, а заодно и на автора обвинения в неисправимой старомодности.

Современные детские бестселлеры - какие угодно: увлекательные, хитроумные, зрелищные, - вот только не добрые. То есть, по старой памяти, Добро в них, разумеется, сражается со Злом. Однако смысловая нагрузка книжки вовсе не в этой вековечной борьбе - недаром и окончательная победа Добра постоянно и бесконечно (из одной части в следующую) отодвигается. Соль - в процессе, в том, чтобы следить, куда, как и с какой скоростью движутся фигурки персонажей. Современные детские книжки все отчетливее напоминают компьютерные игры, в которых быстрота реакции намного важнее, чем нравственный потенциал игроков.

Так вот, книга замечательного шведского писателя Ульфа Старка "Умеешь ли ты свистеть, Иоханна?" - добрая. Сентиментальная. Не удивляйтесь, если ваше чадо всплакнет над ней разок-другой, и не стыдите его.

В первой и лучшей повести книги, давшей ей название, два мальчика, Ульф и Берра, решают обзавестись дедушкой специально для Берры, у которого в отличие от Ульфа собственного дедушки нет. А ему ведь тоже хочется получать от дедушки по пять крон и ловить рыбу. Мальчики приходят в дом престарелых и немедленно обнаруживают там никому, кроме них, не нужного дедушку Нильса. Нильс легко соглашается заиметь внука...

Повесть построена на нюансах, таких нежных и тонких, что даже и всеведущему читателю не ясно до конца, до какой степени участники этой небольшой и очень доброй (простите) жизненной драмы адекватно оценивают сценарий, в котором соглашаются участвовать. Понимает ли дедушка Нильс, что к нему пришел вовсе не его родной внук, а просто мальчик с улицы? Мальчик, который просто хочет регулярно получать свои пять крон? Где грань между старческим слабоумием и чистотой сердца, которой, как известно, обладают только старики и дети? В какой момент мальчики сознают, что нужны дедушке не меньше, чем он им, и из попрошаек превращаются в друзей Нильса?

Ни на один из этих вопросов Старк вполне сознательно не дает ответов. Равно как и во второй повести "Сикстен" до самого конца остается не ясно, понравилась ли брошенному мамой папе новая подруга, встречу с которой подстроил его сын? Все наладится в этой разрушенной семье или шансы все-таки невелики? Неизвестно, загадочно, непредсказуемо.

И потому обе повести оставляют чувство светлой тревоги и надежды на то, что все происходящее на земле между людьми, происходит не напрасно.

Елена Мюллер. Стодорожек. Испания. (М.: Издательство Антона Жигульского, 2004).

Подобная книжка должна была появиться давно. Каникулярные поездки с родителями в Египет, Испанию или Турцию постепенно входят в привычку современных школьников. И дошкольников.

"Стодорожек" - это серия путеводителей, как раз по означенным выше странам, отличное чтение для того, чтобы скоротать время в аэропорту, на пляже или в гостиничном номере.

Начинать читать эту цветную, веселую книжку (тонкую ровно настолько, чтобы мысль о дополнительной тяжести не омрачила чело путешественников) можно уже дома, потому что открывается она небольшим списком "Что взять в путешествие", первая строка которого, разумеется, "страноводитель".

Легкая безвкусица, сквозящая и в этой смешной нескромности, и в не слишком удачном имени маленького гида Стодорожек, который должен провести юного читателя по разным странам, вполне искупается полезными сведениями по географии, флоре и фауне той же Испании, например, самыми ходовыми испанскими выражениям, разнообразными занимательными анкетами, кроссвордами и логическими задачками. Что-то вроде: "Эту бутылку я нашел на берегу. В ней лежало письмо. К сожалению, некоторые буквы стерты. Угадай, каких букв не хватает, и ты узнаешь, в какой области находится Коста Бланка: столица этой области носит точно такое же название".

Разумеется, образ Испании дан здесь с обычной для среднестатистического гида долей поверхностности, сквозь призму привычных мифов об этой стране (коррида, тапас, томатное побоище, энсьерро и прочие фиесты), но сделаем скидку на то, что, по сути, перед нами первый путеводитель для детей. К тому же завершается "Страноводитель" пустыми страницами, в которые юный путешественник должен вписать собственные впечатления от поездки. Не исключено, что именно они станут самой талантливой и неожиданной частью этой книги.

Культура Литература
Добавьте RG.RU 
в избранные источники