Новости

21.06.2005 01:55
Рубрика: Культура

Тротуар против панели

76 различий в словаре москвичей и питерцев

Не то чтобы вступая на Невский проспект москвичи перестают понимать окружающих, но некоторое ощущение инородности все же возникает. Особенно когда слышишь "не наступай на поребрик" или "я живу в третьем парадном". А речь идет лишь о бордюре и подъезде.

Питерцы тоже "раскалывают" москвичей еще на вокзале: стоит тем только попросить в ларьке (а по-московски - в палатке) не привычную для местного уха "шаверму", а столичную "шаурму".

Впрочем, сегодня местные особенности речи двух столиц уже не шокируют. К примеру, продавщицы питерских булочных начали понимать туриста, который просит "белого хлеба". Раньше это словосочетание воспринималось ими примерно также как "горячий снег". Дело в том, что петербуржцы называют "хлебом" только черный, у белого - мягкое круглое название "булка".

Однако "высокий петербургский стиль" и "живая московская речь" разнятся не только словами. Кто говорит правильней? На этот вопрос "РГ" отвечает научный сотрудник лаборатории этимологических исследований филфака МГУ имени М.В. Ломоносова Людмила Баш.

Российская газета | Людмила Михайловна, на москвичей часто обижаются, когда они утверждают, что приезжие, в том числе и петербуржцы, "говорят с акцентом". Корректнее было бы - "не по-московски"? А откуда столичные жители взяли, что именно их речь соответствует высокой норме?

Людмила Баш | Хотим мы того или не хотим, но общенациональная норма любого языка, в том числе и русского, складывается в столичном городе. В нашем случае это произошло в XIV-XVI веках в Ростово-Суздальской Руси в Москве. Впрочем, свое знаменитое "аканье" москвичи заимствовали в южнорусских говорах. Их уже очень давно дразнили: "С Масквы, с пасада, с аващного ряда!"

РГ | Логично было бы предположить, что современный русский литературный язык сложился на основе питерского "диалекта"?

Баш | Перевод столицы хотя и создал ситуацию двух культурных центров, кстати, не такую уж уникальную, однако к тому времени русский литературный язык в основных чертах уже сложился. Питерское произношение не стало нормой. Оно не было принято русской сценой, ревностно оберегающей чистоту литературного произношения. По-московски говорили даже в санкт-петербургских театрах.

РГ | Тем не менее даже сейчас коренного питерца можно "вычислить" именно по произношению. Чего стоит, к примеру, характерное "что" вместо московского "што"?

Баш | Постепенно Москва и Петербург действительно стали расходиться. На Невском произносили слова более книжно, "буквенно", под влиянием правописания. А московский выговор формировался под влиянием живой устной речи. Не будем забывать, что Питер был новым, несколько искусственным городом, задуманным одним человеком. Там смешалось множество российских говоров и иностранных языков. Устойчивой языковой традиции там не было, а вот социальные жаргонизмы - в изобилии.

РГ | Язык наверняка не мог пройти мимо знаменитого раздела: Москве досталось звание "сердца", а Санкт-Петербургу - "головы" России?

Баш | Действительно, некоторые лексические "нововведения" в Питере были что называется "из головы", придуманными, книжными. Например, отказ от использования немецких слов во время Первой мировой войны. Именно тогда Санкт-Петербург стал Петроградом, появились "спальное место" вместо "плацкарты" и "хлеб с маслом" вместо "бутерброда".

РГ | С тех пор прошло много времени, все перемешалось, в том числе и особенности в произношении слов. Можно ли сейчас по каким-то специфическим признакам вычислить москвича и питерца?

Баш | Москвичей всегда удивляет "ровность" питерского произношения, которую в народе объясняют несколько своеобразно: "У них сыро и ветрено, не хочется широко рот раскрывать, поэтому и говорят "сквозь зубы", будто высокомерно". Вот некоторые особенности московского и питерского "прононса". Москва: "вожжи", "дрожжи", жёлчь. Санкт-Петербург: "возжи", "дрозжи", "желчь". Москвичи скажут: "булошная", "коришневый", "грешневый". Петербуржцы - "булочная", "коричневый", "гречневый". Ну а если услышите: "прынц", знайте: этот человек, без сомнения, с "брегов Невы".

Словесные "пары"
(Москва-Питер)

вафельный рожок - сахарная трубочка,

подъезд - парадное или лестница,

пакет - кулек,

палатка - ларек,

пончик - пышка,

штука - тонна (тысяча рублей),

водолазка - бодлон,

проездной - карточка,

личинка - секретка (часть замка),

учет - переучет,

курица - кура,

гречка - греча,

"бычок" - "хабарик",

конечная - кольцо ,

сквер - садик,

ластик - резинка,

утятница - латка,

жулик - мазурик,

тротуар - панель (в Москве слово "панель" тоже употребляется, только несколько в ином значении),

перьевая ручка - вставочка (Владимир Набоков использовал в своих романах исключительно питерский вариант).

   Компетентно

Виктор Мархасев, доцент школы-студии МХАТ, преподаватель сценической речи, заслуженный работник культуры:

- Сейчас происходит такой мощный натиск местных говоров, что удержать классическую планку нам все труднее. Язык изменяется стремительно. Тем не менее мы все же стараемся хранить эталонное литературное произношение. К примеру, вместе со ВГИКом пытаемся написать нормативы. Что же касается питерцев, то их я узнаю по особым редуцированным предударным гласным. Если москвичи в слове "сестра" скажут нечто среднее между "е" и "и", у жителей Санкт-Петербурга там слышится буква "и".

Последние новости