Тень Цусимы длиною в век

В истории Второй мировой войны точку пришлось ставить дважды
Вторая мировая война закончилась 2 сентября 1945 года на палубе американского линкора "Миссури" подписанием акта о капитуляции милитаристской Японии - последнего союзника фашистской Германии.
Японская делегация на борту линкора "Миссури" перед подписанием акта о капитуляции. 2 сентября 1945 года Фото: commons.wikimedia.org
Японская делегация на борту линкора "Миссури" перед подписанием акта о капитуляции. 2 сентября 1945 года Фото: commons.wikimedia.org

Несколько лет тому назад исторический линкор навечно встал на якорь у Гавайских островов, фактически вписавшись в мемориал жертвам Пёрл-Харбора - военной базы США, которая подверглась сокрушающему японскому нападению 7 декабря 1941 года. Так и стоят теперь рядом три символа грозной эпохи: мемориал павшим, памятник победившим и главная военная база США на Тихом океане.

Этот впечатляющий тройной образ войны почерпнут мною из книги доктора исторических наук профессора Восточного университета А. А. Кошкина "Японский фронт маршала Сталина" (Москва, "Олма-пресс", 2004) и беседы с ее автором. Вместе мы и выбрали из истории взаимоотношений России (СССР) и Японии несколько проблем военного времени, которые до сих пор вызывают споры.

Мир холодный

Российская газета | Анатолий Аркадьевич, у вашей книги прекрасный подзаголовок: "Тень Цусимы длиною в век". Позвольте мне назвать главную "тень Цусимы"? Ну почему между нашими странами до сих пор нет полноценного мирного договора? Мы что, все еще в состоянии войны?

Анатолий Кошкин | Что значит "полноценного"? Полвека назад, 19 октября 1956 года, была подписана Совместная советско-японская декларация, первым пунктом которой состояние войны между Советским Союзом и Японией прекращено, восстановлены в полном объеме дипломатические, экономические, торговые и иные связи. Что это, как не мирный договор, как бы он ни назывался? С Германией у нас тоже нет "мирного договора", но разве это мешает развитию советско-германских отношений? Скажу со всей ясностью: "мирный договор" нужен не нам, а японцам, но им он нужен исключительно на японских условиях: чтобы под видом этого "договора" добиться удовлетворения своих притязаний на Курильские острова. На мой взгляд, через шестьдесят лет после окончания войны нашим народам нужен не "мирный договор", а договор о добрососедстве и сотрудничестве. Первое - это из прошлого. За вторым - будущее. 

За кулисами

РГ | Читая вашу книгу, нельзя не изумиться: неужели японцы всерьез пытались "помирить" Сталина с Гитлером в самый разгар войны, а потом еще сделать Сталина своим адвокатом?

Анатолий Кошкин | Вы, наверное, знаете, что американцы еще до войны "раскололи" японские дипломатические коды. Несколько лет назад Национальный архив США обнародовал шифропереписку японского посла в Берлине генерала Х. Осима с МИДом Японии. Из нее следовало, что Гитлер якобы соглашался прекратить войну против СССР при условии, что ему отдадут Украину. В своем комментарии ИТАР-ТАСС отметило: "Шифропереписка Осима не дает ответа на вопрос, было ли это предложение представлено Москве".

Да, в Москве об этих попытках знали. Не случайно в приказе Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина от 1 мая 1943 года появилась такая фраза: "Болтовня о мире в лагере фашистов говорит лишь о том, что они переживают тяжелый кризис. Но о каком мире может быть речь с империалистическими разбойниками из немецко-фашистского лагеря, залившими кровью Европу и покрывшими ее виселицами?"

Теперь нам точно известно, что этот зондаж начался после поражения немецкой армии под Сталинградом и вынужденного отступления японцев с Гуадалканала (Соломоновых островов), стратегически важного пункта Тихоокеанской войны. На что же рассчитывали японские "миротворцы"? Если удастся "замирить" Москву и Берлин, Германия сможет бросить все свои силы против Великобритании и США - основных противников Японии. Если попытка провалится, сам факт подобных контактов посеет недоверие между союзниками по антигитлеровской коалиции, связанными общей договоренностью об отказе от сепаратных переговоров со своими противниками.

Посол Японии в СССР Н. Сато 10 сентября 1943 года в беседе с наркомом иностранных дел В. Молотовым предложил принять в Москве специальную "миротворческую миссию". И получил ответ: "При существующей обстановке в условиях нынешней войны Советское правительство считает возможность перемирия или мира с гитлеровской Германией совершенно исключенной". Яснее ясного: мира с Гитлером не будет. Москва не только отклонила идею сепаратных советско-германских переговоров, но и проинформировала Вашингтон о настойчивых зондажах японской дипломатии.

Но японцы уже увлеклись. На заседании Высшего совета по руководству войной 5 сентября 1944 года военный министр фельдмаршал Г. Сугияма предложил вернуться к идее посредничества. Он настаивал: "Командование сухопутных сил, основываясь на данных разведки, считает, что Советский Союз с начала войны с Германией уже потерял более 15 миллионов человеческих жизней, лишился большой части материальных средств и испытывает усталость от войны... С другой стороны, хотя Гитлер вновь планирует наступление на Восточном фронте, он вполне сознает невыгодность продолжения войны с СССР. Таково реальное положение, существующее между Германией и Советским Союзом. Именно поэтому складывается благоприятный момент для активной посреднической помощи Японии в достижении перемирия между Германией и СССР".

Нашему правительству вновь было направлено официальное предложение о посылке в Москву специальной японской миссии. Но и на этот раз втянуть нас в сепаратные переговоры не удалось. Молотов поручил послу СССР в США А. Громыко конфиденциально довести до сведения американцев, что "Советское правительство, зная хорошо, что указанная миссия имеет своей задачей не столько вопрос об отношениях между Японией и СССР, сколько выяснение вопроса о возможности заключения сепаратного мира между Германией и СССР, отклонило предложение японского правительства".

Ну а в 1945-м японские "миротворцы" пошли еще дальше: теперь уже надумали просить самого Сталина примирить их с американцами и, если возьмется, "добровольно" вернуть Южный Сахалин и Курилы. Но генералиссимус не дрогнул. 

Азиатская карта

РГ | В первый раз написано на русском языке: после войны Японию хотели расчленить на четыре оккупационные зоны, к вашей книге приложена даже карта с их контурами. А кончилось тем, что вся Япония стала "американской зоной". Почему русских и китайцев, а заодно и англичан, так и не пустили в Японию?

Анатолий Кошкин | Не поверите, но американцы стали думать о формах оккупации Японии уже через десять месяцев после нападения на

Пёрл-Харбор. А сразу после капитуляции Германии при Объединенном комитете начальников штабов США с этой целью была создана т. н. Белая команда. Но генералов и полковников, которые в ней собрались, беспокоило не будущее Японии, а вопросы использования войск. Планируя высадку на юге Кюсю в ноябре 45-го (операция "Олимпик"), а затем в марте следующего года - на восточном побережье основного японского острова Хонсю (операция "Коронет"), американские штабисты оценивали масштабы вероятных потерь от 500 тысяч до миллиона солдат и офицеров. Для оккупации территории Японии требовалось, по их расчетам, 23 дивизии, или 800 тысяч штыков. Поскольку общественное мнение США было явно не готово к таким жертвам и расходам, бремя оккупации японской метрополии предполагалось разделить между США, Великобританией, СССР и Китаем.

Как ближайший союзник США, Великобритания считалась естественным участником оккупации Японии. Привлечение китайских оккупационных войск в глазах американцев имело свои плюсы и минусы. Стоит напомнить, что все свои агрессии в Азии Япония оправдывала идеей борьбы желтой расы с "белым империализмом", поэтому присутствие китайских войск на территории побежденной Японии ослабило бы впечатление о "расовом характере" оккупации. Но существовало и опасение: если после победы над Японией в Китае разразится гражданская война, выделение китайских войск для ее метрополии окажется затруднительным делом.

При определении зон оккупации американские разработчики исходили из того, что центральный район главного японского острова Хонсю с его развитой инфраструктурой должен был перейти под контроль США. Достаточно развитый в промышленном отношении остров Кюсю предполагалось выделить для занятия британскими войсками. Контингенты китайских войск планировалось расположить в отсталых сельскохозяйственных районах острова Сикоку. СССР должен был разместить свои войска не только на всем острове Хоккайдо, но и занять северную часть Хонсю. Советская зона оккупации по площади даже превысила бы американскую. Впрочем, это было не столько признанием вклада СССР в разгром дальневосточного агрессора, сколько стремлением использовать ее войска в качестве "пушечного мяса" на случай партизанской войны.

При этом план ОКНШ предусматривал, что войска других держав будут допущены в Японию лишь по мере вывода американских войск. Первые три месяца после капитуляции вся Япония находилась бы только под американским контролем (23 дивизии США, 850 тысяч человек). В течение последующих девяти месяцев силы союзных государств на Японских островах предусматривалось разделить так: США - 8,3 дивизии (315 тыс. чел.), Великобритания - 5 дивизий (165 тыс. чел.), Китай - 4 дивизии (130 тыс. чел.), СССР - 6 дивизий (210 тыс. чел.). На заключительном этапе оккупационные войска подлежали сокращению почти наполовину: в Японии оставлялось 4 дивизии США, по 2 дивизии Великобритании и Китая, 3 советские дивизии.

Но план так и остался на бумаге: смерть Рузвельта, приход к власти Трумэна, появление "атомной дубинки", которую новая американская администрация не замедлила пустить в ход, все это побудило ее взять на себя единоличный контроль над всей японской метрополией.

Так и было сделано. Оккупация стала "чисто американским предприятием", а Япония превратилась в "непотопляемый авианосец" США. 

Иероглиф Ялты

РГ | Почему японцев до сих пор убеждают, что о секретных договоренностях в Ялте стало известно только после войны? Ради этого не жалеют даже репутацию своей разведки, которая славилась своим "всепроникновением".

Анатолий Кошкин | Потому что это дает возможность обелить тогдашнее милитаристское руководство страны. Если признать, что о решениях Ялты ему было известно, то на него ложится ответственность и за атомные бомбардировки США, и за вступление СССР в войну. Что же касается японской разведки, я бы не стал ее обижать.

Еще в 1985 году в Японии были опубликованы воспоминания супруги офицера разведуправления генерального штаба сухопутных сил подполковника Онодэра. Работая в годы войны с мужем за рубежом, в частности, в Скандинавских странах, Юрико Онодэра выполняла обязанности шифровальщицы, а потому знала содержание развединформации, передававшейся в Центр. Вскоре после окончания работы Ялтинской конференции от агента, поляка по происхождению, работавшего в Лондоне под псевдонимом Иванов, была получена информация о решении "Большой тройки", касавшемся Японии. "С тяжелым сердцем я шифровала сообщение о намерении СССР вступить в войну, - пишет Ю. Онодэра в своей книге, - которое затем ушло в Токио".

Нельзя исключать, что о договоренностях между Рузвельтом, Черчиллем и Сталиным японцы узнали сразу по завершении Ялтинской конференции. Уже через два дня, 14 февраля 1945 года, принц Ф. Коноэ представил императору Хирохито секретный доклад с призывом "как можно скорее закончить войну". "С точки зрения сохранения национального государственного строя наибольшую тревогу должно вызывать не столько само поражение в войне, сколько коммунистическая революция, которая может возникнуть вслед за поражением, - с беспокойством доносил он монарху. - Существует серьезная опасность вмешательства в недалеком будущем Советского Союза во внутренние дела Японии". На следующий день император принял министра иностранных дел М. Сигэмицу и услышал почти то же самое: "Дни нацистской Германии сочтены. Ялтинская конференция подтвердила единство Великобритании, США и Советского Союза". Принц Коноэ в своем докладе призывал капитулировать перед США и Великобританией, "общественное мнение которых еще не дошло до требований изменения нашего государственного строя", пока в войну на Дальнем Востоке еще не вступил Советский Союз, а министр Сигэмицу рекомендовал не полагаться на советско-японский пакт о нейтралитете.

Не укрылась от разведки и переброска советских Вооруженных сил с запада на восток, начавшаяся вскоре после крымской встречи. Вот сообщение от военного аппарата японского посольства в Москве, середина апреля: "Ежедневно по Транссибирской магистрали проходит от 12 до 15 железнодорожных составов... В настоящее время вступление Советского Союза в войну с Японией неизбежно. Для переброски около 20 дивизий потребуется приблизительно два месяца". 6 июня собрался Высший совет по руководству войной, там прозвучала такая же оценка ситуации: "Советский Союз может вступить в войну против Японии после летнего или осеннего периода".

Как же в свете всех этих фактов можно всерьез утверждать, что о содержании ялтинских соглашений японское правительство узнало якобы только после войны? Но делается это неспроста. Сторонники этой версии пытаются представить дело таким образом, будто, соглашаясь на капитуляцию, японское правительство не имело представления о договоренностях союзников по поводу будущей судьбы Курильских островов. Но тогда как объяснить тот факт, что, надеясь не допустить участия СССР в войне, оно само предлагало вернуть России ее исторические территории? Не появилась ли эта идея именно потому, что в Токио узнали, чего хочет Сталин?

Атомная эпоха

РГ | В США по случаю 60-летия Победы был проведен опрос: как американцы относятся к атомным бомбардировкам японских городов? Поразительно: и в 1945-м, и в 2005-м большинство оправдывают Трумэна и его генералов. Так, может, и правда, американские бомбы спасли жизни сотен тысяч джи-ай?

Анатолий Кошкин | "Конец Второй мировой войны был положен атомными бомбами, сброшенными на Хиросиму и Нагасаки". Нет нужды называть автора приведенной цитаты: среди западных историков, особенно американских, это расхожее мнение. Между тем история знает немало людей, авторитетно опровергающих такую точку зрения. Вот их-то и стоит назвать поименно.

У. Черчилль: "Было бы ошибочно полагать, что судьба Японии была решена атомной бомбой".

Генерал Макартур, командовавший войсками союзников на Тихом океане: "Не было никакой военной необходимости в применении атомной бомбы в 1945 году" (это признание генерал сделал пятнадцать лет спустя).

Военный министр США Стимсон: "Эти бомбы, сброшенные нами, были единственными, которыми мы располагали, а темпы производства их были в то время весьма низкими". Действительно, для обеспечения высадки десантов на Японские острова, по расчетам американских штабов, требовалось по меньшей мере девять атомных бомб. Так что Америке "не хватало" еще как минимум семи.

Наконец, и само японское командование расценило заявление президента США Трумэна от 7 августа о готовности обрушить на Японию новые атомные удары (в запасе была только одна бомба, и она через день упала на Нагасаки) как "пропаганду союзников". Вопрос об атомной бомбардировке Хиросимы даже не был обсужден на заседании Высшего совета по руководству войной. Правительство и командование скрыли от народа факт применения американцами нового оружия массового уничтожения и продолжали готовиться к решающему сражению на своей территории.

Но ситуация резко изменилась после того, как Квантунская армия, расположенная в Маньчжурии, подверглась ударам советских войск. На экстренном заседании Высшего совета по руководству войной 9 августа премьер-министр Японии Судзуки заявил: "Вступление сегодня утром в войну Советского Союза ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным продолжение войны". Известны и слова главнокомандующего вооруженными силами Японии императора Хирохито, который в своем обращении "К солдатам и матросам", не упоминая атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, указал: "Теперь, когда в войну против нас вступил и Советский Союз, продолжать сопротивление... - означает поставить под угрозу саму основу существования нашей империи".

Существует и такая версия: узнав об атомной бомбардировке Хиросимы, Сталин ускорил вступление СССР в войну с Японией, с тем чтобы иметь право голоса при послевоенном урегулировании в Восточной Азии. Возможно, это и так. Но куда больше оснований думать, что это Трумэн поспешил опередить атомными ударами вступление СССР в войну, чтобы приписать Соединенным Штатам все лавры победы и получить монопольное право на оккупацию и управление поверженной Японией. Ведь о своем вступлении в войну на Дальнем Востоке СССР объявил 8 августа - точно в соответствии с обязательством, которое было дано в Ялте: ровно через три месяца после капитуляции Германии. У американцев тем более не было оснований сомневаться в том, что Советский Союз в срок выполнит свой союзнический долг, что сам Сталин 28 мая 1945 года сообщил представителю президента США Г. Гопкинсу, находившемуся в Москве, и американскому послу А. Гарриману: "Советская армия будет полностью развернута на маньчжурских позициях до 8 августа". Так кто же кого "опередил"?

Вывод очевиден: атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки была не завершающим аккордом Второй мировой, а первыми залпами начинающейся "холодной войны". Трудно не согласиться с мнением английского ученого Блэкетта, что атомные бомбардировки были "не в последнюю очередь актом против России". Сам Трумэн не оставил никаких сомнений на этот счет: "Если бомба взорвется - что, я думаю, произойдет, - у меня, безусловно, будет дубина для этих парней".

Цена покаяния

РГ | В нашей прессе недавно мелькнул дикий термин: "Сибирская Хиросима". Оказывается, речь идет о бывших солдатах Квантунской армии, которым пришлось потрудиться в лагерях для военнопленных. А что, они должны были там отдыхать после военных трудов в Китае? Да еще требуют денежных компенсаций за свой труд...

Анатолий Кошкин | Ветераны Квантунской армии, которая в августе 1945 года капитулировала перед Красной армией, теперь объединены в так называемую "Всеяпонскую ассоциацию насильственно интернированных". "Нас правильнее называть не пленными, а интернированными, - заявляет ее исполнительный председатель Ясудзо Аоки, - ведь мы были направлены в Сибирь временно. Там мы трудились без гроша и сейчас хотели бы получить плату за свой труд". По сути дела, ассоциация требует приравнять своих членов к насильственно угнанным в фашистскую Германию на принудительные работы советским гражданским лицам, кстати, в основном молодым женщинам.

В международном праве интернированием считается принудительное задержание одним воюющим государством граждан (а не военнослужащих. - А. К.) другого воюющего государства или нейтральным государством - военнослужащих воюющих стран. После официального объявления войны Японии ее военнослужащие, попавшие в советский плен, вне всякого сомнения, являлись "лицами, принадлежащими к вооруженным силам воюющей стороны... оказавшимися во власти противника". В соответствии с международным правом статус военнопленных сохранялся за ними и по окончании военных действий.

Но постепенно статус переосмыслили: оказывается, солдаты Квантунской армии сложили оружие не потому, что потерпели поражение на поле боя и сдались на милость победителя, а потому, что подчинились приказу своего императора. Раз так, то они не военнопленные, а граждане, насильственно угнанные в чужую страну. Отсюда японское толкование "интернирования", которое теперь включено даже в школьные учебники.

Но самое поразительное: спустя полвека японскую версию о судьбе военнопленных приняла российская власть. Перед визитом в Японию в ноябре 1993 года президент РФ Б. Ельцин изрек: "Для нас, русских, преступление Сталина - это огромная черная яма, в которую была свалена вся история. Сибирские лагеря... японцы переживают почти так же тяжело, как трагедию Хиросимы. Американцы давно принесли извинения японцам. Однако мы этого не сделали..."

И в ходе своего визита Б. Ельцин принес "официальные извинения" за содержание японских военнопленных в сибирских трудовых лагерях, даже не ведая о своем заблуждении: никогда правительство США не извинялось перед Японией за варварское истребление сотен тысяч мирных граждан, жителей Хиросимы и Нагасаки. Американское понимание истории не изменилось: это были "издержки войны". Однако не ведал наш тогдашний президент и другого: оказывается, отнюдь не Сталину принадлежала идея использовать труд японских военнопленных для восстановления разрушенной войной советской экономики.

Летом 1945 года принц Ф. Коноэ, трижды занимавший пост премьер-министра страны, и его советник генерал-лейтенант К. Сакаи составили документ под названием "Принципы проведения мирных переговоров", в котором изложен перечень возможных уступок Советскому Союзу за сохранение нейтралитета. Давайте прочитаем два пункта из этого документа.

"Мы демобилизуем дислоцированные за рубежом вооруженные силы и примем меры к их возвращению на родину. Если подобное будет невозможно, мы согласимся оставить личный состав в местах его настоящего пребывания". И далее: "Рабочая сила может быть предложена в качестве репараций".

Американский исследователь Г. Бикс, обнародовавший этот документ в своем труде "Хирохито и создание современной Японии", прямо указывает: "Идея интернировать японских военнопленных для использования их труда при восстановлении советской экономики (осуществленная на практике в сибирских лагерях) возникла не в Москве, а в среде ближайшего окружения императора".

В свете этого факта покаянные речи Б. Ельцина во время аудиенции с нынешним императором Акихито, сыном Хирохито, звучали по меньшей мере нелепо.

Обвиняя Советский Союз в содержании военнопленных в трудовых лагерях, японская пропаганда в то же время весьма редко вспоминает об интернировании в годы войны в США 112 тысяч этнических японцев, из которых 78 тысяч были американскими гражданами. В феврале 1942 года по всему Западному побережью США были расклеены объявления: "Приказ всем лицам японского происхождения... Граждане США или нет подлежат депортации... Размеры и вес багажа ограничиваются тем, что может унести в руках отдельный человек или семья". Под конвоем солдат все японцы, включая детей, были вывезены и помещены в 13 концентрационных лагерях в отдаленных местностях с тяжелым климатом. И только в 1986 году апелляционным судом было признано, что японцы, до окончания войны содержавшиеся в концлагерях, "не представляли угрозы для национальной безопасности".

Тем, кто возмущается использованием труда японских военнопленных на советской территории, приходится напомнить о 700 тысячах корейцев, которых использовали на японских рудниках как рабов. А ведь это были сугубо гражданские мирные жители. Абсурдными выглядят и требования "урегулировать проблемы японских военнопленных", с которыми подчас выступают российские лоббисты интересов "Ассоциации интернированных". Эти проблемы разрешены полвека назад - Совместной советско-японской декларацией 1956 года, восстановившей мирные отношения между нашими государствами. В 6-й статье декларации записано: "СССР и Япония взаимно отказываются от всех претензий, соответственно, со стороны своего государства, его организаций и граждан, возникших в результате войны с 9 августа 1945 года". Стоит напомнить, что при заключении соглашения о прекращении состояния войны Советское правительство великодушно отказалось от всех репараций и материальных претензий к Японии. Все это лишает Японию и ее граждан юридических и моральных оснований требовать каких бы то ни было "компенсаций".