Новости

04.10.2005 02:00
Рубрика: Общество

Перемена участи

Ключевая там фраза, которую, впрочем, президент не произнес: "Ты мне попереключаешь...".

Попереключаем?..

...Аркадий Вольский, прощаясь с промышленниками и олигархами, объяснил, почему он покидает свой пост. Говорил он по бумажке: "...чтобы в наш союз влить свежую...". Остановился, задумался и сказал: "Тут написано "кровь", а я скажу: струю".

...Георгий Босс, вступая в должность губернатора в городе Калининграде, перед лицом своих товарищей и подчиненных спел старинный русский романс. (По ассоциации - черт бы подрал Лунгина с его экранизацией - вспомнился гоголевский губернатор, баловавшийся вышиванием). И спел ведь губернатор хорошо, с чувством. Мог бы оперную карьеру сделать.

...Шоумен Иван Ургант объяснил, как стать хорошим ведущим - надо быть интересным. (Прутков ему: "Будь им"). После чего его угостили эксклюзивным десертом - клубникой с перцем. Рецепт прилагался, но я его не успел списать.

...Андрей Данилко поделился своими трудностями: сейчас у его Сердючки груди поролоновые - от них ему жарко. Беседовавшая с ним Ксения Собчак проявила завидную осведомленность: "Так раньше ты подкладывал надутые презервативы". - "Да, но неудобство было в другом - они часто лопались".

...Шоумен Дмитрий Дибров на пару с Борисом Гребенщиковым решил завалить телезрителей канала "Россия" образцами "передовой эстетики" и пригласил всех "передовиков" к себе в офис на Чистые пруды. К нему уже наверняка стоит очередь.

...Шоумен Леонид Якубович на другом канале горестно воскликнул: "Что с нами происходит?".

"Ой, не говорите со мной загадками"

Якубович воскликнул не на "Поле чудес", а в документальном фильме "Василий Шукшин. Последние 24 часа".

"Последние 24 часа из жизни известного человека" - что-то вроде нового телеформата. Не так давно его героем был Андрей Миронов. Теперь Шукшин. Продолжение, я думаю, последует.

Драматургический прием понятен: сквозь призму последнего дня человека разглядывается вся его биография. Но при этом светлая жизнь инкрустирована темными обстоятельствами загадочной смерти. Так было в повествовании об Андрее Миронове. С одной стороны, клиническая картина его кончины объяснена до конца и не допускает двусмысленного толкования. С другой стороны, следуют намеки на некие таинственные знаки мистического происхождения.

Андрей собрал в целлофановый пакет свои пленки - вроде подвел итог жизни. Значит, понимал, что конец близок. Останавливается кадр с реконструированным Мироновым, дается укрупнение...

Андрей несколько часов изнурял себя на теннисном корте, завернувшись в полиэтилен, чтобы согнать вес, - значит, собирался еще пожить и поиграть в театре и в кино.

Василий Макарович умер от разрыва сердца. Это официальная версия. По слухам же ему кто-то помог умереть. Сердце было, по свидетельству вдовы, в порядке, но слишком многим он оказался неудобен. Поэтому, считает повествователь, слухи о насильственной кончине писателя не лишены оснований.

Нет, Якубович ни на чем не настаивает. И так возможно, и это не исключено. Более того, в конечном итоге понимаешь, что все эти недомолвки относительно того, как было на самом деле, не корысти ради, а токмо для пущего интереса.

Сам же интерес в том, чтобы явить нам, телезрителям, пример жизни исключительного человека. За пример - спасибо. Дело это благородное, но ведь видно, что интрига нечаянной смерти художника - всего лишь завлекательный фантик, в который завернута его жизнь. Отсюда и фальшь, несмотря на всю проникновенную искренность самого телеведущего.

Судьба шоумена в России

Хороший телеведущий - это не просто. Это - подарок, который сознает себя подарком. Или национальным достоянием. Или, на худой конец, брендом.

Леонид Якубович - и то, и другое, и третье. При этом чувствуется естественная человеческая усталость от исполнения своего долга. Надо видеть его еженедельное героическое стояние у колеса фортуны по пятницам, чтобы понять, какой это труд - улыбаться стране отеческой улыбкой сквозь усы, принимая многочисленные соления, варения, облекаясь в национальные одежды и угощаясь региональными напитками. И так на протяжении почти четверти века.

"Поле чудес", возможно, это его пожизненные галеры. Что же удивляться, если при первой возможности Леонид Аркадьевич горит желанием как-то разнообразить свою жизнь. Он и самолеты обучился пилотировать, и в Думу, было дело, баллотировался, и в комедиях время от времени снимается. И вот теперь пробует себя в роли социального моралиста. Но тут его подстерегла специфически русская страсть: пасти народы.

С телеведущими вечная проблема: пока они карабкаются на гору своей популярности, нет вопросов. Вопросы задаются потом - на вершине.

Сейчас мы наблюдаем восхождение звезды Ксении Собчак. Ей дали вести на федеральном канале программу "Звездный бульвар". Девушка она веселая, непринужденная и непосредственная. Многим кажется, что этого вполне достаточно, чтобы побеседовать со знаменитостью. Довольно, мол, преисполниться к ней почтением и приклеить к своему лицу радостную улыбку. С Андреем Данилко этот фокус прошел, а с Николаем Цискаридзе он не получился. Пока Николай делился забавными воспоминаниями о детстве и юности, улыбка ведущей красила его исповедь. Но тут он обронил фразу: "В этот год у меня умерла мама...". И как нарочно, камера продолжала держать крупный план с лицом Ксении. Она, бедняжка, улыбалась, не зная, что сделать со своей маской жизнерадостности... Попыталась ее сдернуть - улыбка лишь слегка скривилась.

В том и проблема: Ксения родилась брендом, а телеведущим ей еще предстоит стать. Как и политологическому бренду Глебу Павловскому, который в минувшую субботу дебютировал со своей авторской программой "Реальная политика".

Не было ни гроша...

О новом проекте НТВ по первому блину судить не хотелось бы. Контуры его по-своему любопытны. Формат избран сложный - игровая аналитика, занимательная политология с привлечением условно-реальных экспертов кремленолога Паркера, мисс Карандаш, мистера Монблана. Реанимированы куклы политиков. Пока все очень сыро, робко, но не безнадежно. Как там дальше повернется и чем обернется, посмотрим.

А пока хотелось бы обратить внимание на нечаянное обилие политических программ в новом сезоне. То мы все сокрушались, что после закрытия "Свободы слова", "Намедни" и "Ничего личного" все как-то на этом фронте бедно, жалко... А тут - обвал, политологическое безумие с участием Познера, Сванидзе, Пушкова, Соловьева, Брилева, Позднякова, Романовой и, наконец, Глеба Павловского...

И так каждый уикенд?

Общество СМИ и соцсети Теленеделя с Юрием Богомоловым