16.06.2006 01:30
    Рубрика:

    Владимир Грачев: угроза поставки в России радиоактивных металлов из Украины реальна

    Тревога, которую бьют экологи, привлекла внимание представителей законодательной и исполнительной власти. В начале июня на расширенном заседании Комитета Совета Федерации по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экологии был рассмотрен доклад экспертов независимых экологических организаций по "оценке рисков облучения населения РФ вследствие бесконтрольного ввоза украинской радиоактивной продукции". В поисках тревожной правды мы решили обратиться с вопросами к председателю Комитета Государственной Думы по экологии Владимиру Грачеву.

    Российская газета | Владимир Александрович, скажите, пожалуйста, существует ли сегодня угроза поставки на территорию России радиоактивной металлопродукции с территории Украины?

    Владимир Грачев | Такая угроза, к сожалению, реально существует. Украинское правительство практически не препятствует свободному распространению радиоактивного металла Чернобыльской зоны. Радиоактивный металлолом вывозится в промышленных масштабах и поступает на металлургические предприятия для дальнейшей переработки. Подобных предприятий на Украине очень много, и поэтому реальная угроза попадания на территорию Российской Федерации зараженной металлопродукции чрезвычайно высока. Наш Комитет неоднократно рассматривал эти вопросы, и мы обладаем достоверной информацией по данной проблеме. Кроме того, нет никаких гарантий того, что Россия может эффективно препятствовать ввозу подобной продукции. Во-первых, не все таможенные пункты пропуска укомплектованы соответствующим оборудованием. Во-вторых, наличие соответствующего оборудования на пункте пропуска не гарантирует, что оно действительно будет работать. Случаи, когда оно либо выключено, либо неисправно - обыденная практика. И третье, и самое главное: чаще всего это оборудование только способствует личному обогащению сотрудников, которые должны контролировать его работу. К сожалению, сегодня через таможню за деньги можно провезти все, ни для кого не секрет, что на таможне существует даже система негласных тарифов. Эту проблему, в частности, обсуждали на совещании прокуроров: т.е. я основываюсь не на пустых умозаключениях, а на доказанной практике работы таможни.

    РГ | Таким образом, получается, что техническое обеспечение ни в коем случае не гарантирует нам безопасности? А как насчет законодательства?

    Грачев | На бумаге у нас ввоз радиоактивной продукции запрещен. Помимо вышеперечисленных проблем есть еще ряд факторов, которые вызывают у нас обоснованную тревогу. Например, наиболее опасные, долгоживущие, альфа-излучающие изотопы плутония, вошедшие в состав металла путем коррозии, невозможно обнаружить даже имеющимися у таможенников гамма-детекторами. Поэтому нас беспокоит именно бесконтрольность распространения такой металлопродукции, как арматура, балки и особенно водопроводные трубы. Например, во всем железнодорожном составе, который пересекает границу, может быть лишь одна труба, имеющая радиоактивное заражение - обнаружить ее крайне сложно, фактически невозможно, но по этой "грязной" трубе затем пойдет вода для города, для поселка или деревни.

    РГ | И чем это грозит для жителей?

    Грачев | Загрязнение металла кажется незначительным - буквально отдельные атомы или частички радиоактивно зараженной окалины на внутренней поверхности трубы. Но они имеют свойство накапливаться в организме человека. Опасность даже не в том, что металл сильно "фонит", а в том, что мельчайшие частицы, которые попадут в организм человека, могут вызвать тяжелые онкологические заболевания. Это действительно очень серьезная проблема.

    РГ | Скажите, а существуют подтвержденные факты обнаружения зараженной продукции на стройплощадках?

    Грачев | Да, такие факты есть. Из материалов прокуратуры, докладов экологов, независимых журналистских расследований нам достоверно известны случаи обнаружения радиоактивной металлопродукции в строительстве.

    РГ | Недавно в Совете Федерации был рассмотрен доклад экологов. Скажите, те доказательства, которые приведены в этом материале, могут послужить основанием для принятия органами государственной власти реальных мер по предотвращению поставок зараженной украинской металлопродукции?

    Грачев | Я хотел бы выразить отдельную благодарность общественным организациям за то, что они подняли этот вопрос. Наш Комитет также занимался изучением данной проблемы, и мы считаем, что факты, приведенные экспертами общественных экологических организаций, являются достаточным основанием для того, чтобы соответствующие органы власти у нас в стране приняли конкретные меры по предотвращению данной угрозы.

    РГ | Какие конкретно меры могут быть приняты?

    Грачев | Самое главное - ужесточение контроля на самой границе, оборудование всех пунктов пропуска металлопродукции через границу соответствующей техникой и установление вневедомственного, внетаможенного контроля за работой этого оборудования. Далее необходимо вводить радиационный контроль на строительных площадках, особенно общественных зданий - детских садов, школ, больниц, жилых помещений. К сожалению, он у нас еще не на должном уровне. Нормы существуют, но будем откровенны, далеко не все организации, осуществляющие строительные работы, имеют необходимое оборудование для радиационного контроля и порой сознательно не заинтересованы в его наличии, а ведь трубы и металлоконструкции используются и для строительства жилых объектов.

    РГ | Для реализации этих мер потребуется время. Между тем за последний месяц на двух крупнейших металлокомбинатах Украины - на Днепропетровском и на "Запорожстали" - были обнаружены крупные партии радиоактивного металла, с уровнем радиации, в 60 раз превышающим норму в первом случае и радиационным фоном в 540 микрорентген в час - во втором. Могут ли уже сейчас быть приняты меры по временному ограничению поставок украинской металлопродукции на территорию России?

    Грачев | Не только могут, но и крайне необходимы сегодня. Я считаю, что на поставки металлопродукции с Украины должен быть наложен мораторий.

    РГ | Что вы скажете о том, что недавно МИД Украины направил письмо российской стороне, в котором доклад экологов о переработке и использовании чернобыльского радиоактивного металла назван инсинуацией, не имеющей под собой реальных оснований?

    Грачев | На мой взгляд, эти дипломаты ангажированы некими силами, которые в первую очередь вредят интересам самой Украины и ее граждан, и их работу не мешало бы проверить украинской прокуратуре.

    РГ | Кстати, недавно заместитель генпрокурора Украины заявила о нарушениях в зоне отчуждения Чернобыльской АЭС. Можно ли это считать фактическим признанием того, что Украина перерабатывает и использует загрязненный металл? То, что как раз МИД Украины отрицал в своем письме.

    Грачев | Бесспорно можно считать, потому я и склонен больше доверять правоохранительным органам, нежели дипломатам, которые в интересах политических и дипломатических ходов могут те или иные факты излагать по-разному. В прокуратуре все четко - установлено нарушение закона, возбуждено уголовное дело, точка. Загрязненный металл попадает на комбинаты Украины и с огромной долей вероятности может попасть в виде металлопродукции и в нашу страну.

    РГ | В начале июня прошло заседание Комитета Совета Федерации, на котором был рассмотрен доклад экологов, подготовленный экспертами, по окончании заседания было принято решение о выработке официальной позиции Российской Федерации, направлено письмо в соответствующие ведомства и министерства, принято решение о формировании рабочей группы, которая будет заниматься этими вопросами. А Государственная Дума и конкретно ваш Комитет по экологии планируют предпринять что-либо для разрешения проблемы?

    Грачев | Государственная Дума не раз инициировала по этому вопросу депутатские запросы, и мы направляли соответствующие письма в российские правительственные органы, которые, однако, не вызвали адекватной реакции. В ближайшее время мы поставим на Комитете вопрос о том, чтобы рассмотреть проблему существующей экологической угрозы. И, конечно, будем настаивать на том, чтобы объявить мораторий на поставку украинской металлопродукции.