Новости

15.08.2006 03:25
Рубрика: Экономика

Рейдеров из отечественной экономики выдавят

На крупных предприятиях в Москве вводится должность заместителя директора по экономической безопасности. Почему?

Однако рейдерство как экономическое явление никогда и нигде не было ликвидировано административными методами. Весьма ограниченный эффект давали и карательные меры. Только комплекс мероприятий, включающий обширную профилактическую систему действий, дает желаемый результат. Он не носит молниеносного характера, но отчетливо заметен с момента перелома ситуации.

В Москве этот "перелом" наступил на рубеже 2004-2005 годов. Чего это стоило столице, мы попросили рассказать начальника Управления правительства Москвы по экономической безопасности Александра Корсака.

Российская газета | Хотелось бы, Александр Борисович, сперва услышать цифры. Они, как правило, звучат очень убедительно. Какова статистика в сфере корпоративных конфликтов и силовых захватов за последние годы?

Александр Корсак | Пиком этого явления мы считаем 2004 год, справка о силовых захватах, происходивших тогда в Москве, напоминала фронтовую сводку о боевых действиях. 1 февраля 2004 года был захвачен мясоперерабатывающий завод "Плутос", 8 февраля - НИИ эластомерных материалов и изделий, 12 марта - Специализированное монтажно-наладочное управление-33, 8 апреля - часть фабрики "Покровское", 10 апреля произошла попытка захвата строительного предприятия "Центротранстехмонтаж", 4 июня захвачен социально ориентированный магазин "Тимур", 9 июля - меховое ателье "Барс" и так далее. В 2004 году общее число корпоративных конфликтов, недружественных поглощений и силовых захватов составило 177. В 2005 году - 117. Статистика первых семи месяцев 2006 года выглядит достаточно обнадеживающе - 55 случаев.

Если говорить о рейдерстве в целом, то нельзя не заметить, что сегодня существует очень много оценок этого явления. Без его объективного анализа невозможно говорить ни о том, что с ним делать, ни о том, какие у него есть перспективы.

РГ | Как давно вы занимаетесь этой проблемой?

Корсак | С момента создания Управления по экономической безопасности города Москвы, то есть с 18 июня 2002 года. Москва стала первым субъектом Федерации, создавшим такое специализированное управление.

РГ | При наличии МВД и ФСБ вас не смущало, что может произойти некое дублирование функций или своего рода параллелизм в работе?

Корсак | Такой вопрос был. Действительно, существует УБЭП ГУВД и Департамент экономической безопасности ФСБ. Но жизнь и реальная практика все расставили по своим местам. У нас нет никакого параллелизма, а, напротив, очень активное взаимодействие, прежде всего информационное. Основная задача правоохранительных органов - борьба с преступлениями. А наша - профилактика и предотвращение этих преступлений.

Дело в том, что в ходе реформирования экономики возникло множество явлений, которые не подпадали под юрисдикцию правоохранительных органов. Это, в частности, банкротства, вопросы инвестиционной деятельности с точки зрения надежности и добропорядочности инвесторов, которые к нам приходят, вопросы возврата долгов и кредитов, слияний и поглощений предприятий и др. Для столицы все это очень актуально, потому что Москва - крупнейший собственник и одновременно крупнейший хозяйствующий субъект. А обеспечение экономической безопасности в период формирования рыночных отношений - это прежде всего защита собственности и прав собственника.

Все действующие правоохранительные структуры представляют собой вертикали, так как ни начальник ГУВД, ни начальник УФСБ мэру не подчиняются. А наше управление, координацию и контроль деятельности которого осуществляет непосредственно мэр Москвы Ю.М. Лужков, представляет собой горизонталь.

Правоохранительные структуры имеют очень весомый плюс - они могут вести оперативно-разыскную деятельность. У нас этого права нет.

РГ | А вам было бы полезно иметь право на такого рода деятельность?

Корсак | Я думаю, что это способствовало бы повышению эффективности работы и рано или поздно, возможно, к этому придут. Что касается наших преимуществ, то их два. Во-первых, в каждом органе исполнительной власти есть выделенные сотрудники по экономической безопасности, и мы обладаем значительным административным ресурсом. Во-вторых, мы имеем доступ во все городские информационные системы. И представители правоохранительных органов часто обращаются в управление за необходимой информацией.

РГ | Эксперты считают ваш опыт работы по вопросам экономической безопасности и, в частности, по проблеме недружественных поглощений уникальным. Мне кажется, что это не только дань уважения сотрудникам управления, но и признание того факта, что Москва действительно первой из регионов страны и очень вовремя создала структуру, которая может успешно противостоять такому явлению, как рейдерство. В чем вы видите причины его возникновения?

Корсак | Начнем с того, что процесс смены собственника носит объективный характер, это общемировая практика, лишенная национальных особенностей, хотя, наверное, имеющая в некоторых случаях, скажем, территориальную специфику.

Собственники еще не осознали, что свой бизнес необходимо защищать так, как мы научились защищать традиционные виды собственности: квартиры, машины, дачи и т.п.

Можно назвать четыре причины того, что захваты компаний у нас приобрели такие масштабы, хотя, полагаю, их существует больше. Известно, что абсолютное большинство предприятий акционировалось по принципу "трудового коллектива". Принцип, с одной стороны, очень справедливый, но порождавший распыленность пакета акций и как следствие - отсутствие реального собственника. Дивиденды на предприятиях, как правило, не выплачивались, пакетами люди владели крошечными, реализовать свои акции на рынке не могли, поэтому продать их соглашались легко и быстро.

Второй момент - сверхприбыльность такого бизнеса, позволяющего иметь прибыль до 500, а в случае силового захвата до 1000 процентов.

Третье - серьезные пробелы в законодательстве, которое оказалось просто неготово к этим процессам.

Четвертая причина заключается в том, что собственники и тогда, да и зачастую сейчас еще не осознали, что свой бизнес необходимо защищать так, как мы научились защищать традиционные виды собственности: квартиры, машины, дачи и т.п.

РГ | Считается, что основной бизнес предприятия, попадающего в сферу интересов "недружественных поглотителей", лишь в малой степени занимает их самих.

Корсак | Совершенно верно. Основной интерес захватчиков - это земля и недвижимость. Особенно это касается предприятий, расположенных в центре Москвы.

Апогеем процесса стихийной скупки акций была весна 2003 года. Тогда, если помните, была сложная ситуация с фабрикой Петра Алексеева. Когда были скуплены акции предприятия, причем процесс этот шел в правовом поле, новый собственник принял решение закрыть фабрику, а на ее месте построить элитное жилье или офисный центр. Более 1000 человек могли остаться на улице без средств к существованию.

Опасность этого процесса в том, что если его не регулировать, то это приведет к сокращению реального сектора экономики. Закрыли одно предприятие - люди на улицу, второе - люди на улицу... Реальный сектор экономики - это рабочие места и стабильность налогооблагаемой базы. А налоги - это гарант формирования бюджета, более 40% которого идет на социальные нужды.

Тогда была сформулирована позиция мэра, правительства Москвы, Московской городской Думы, которая заключалась в следующем: интересы участников экономической деятельности, работающих на едином экономическом поле столицы, не должны вступать в противоречие с вектором социально-экономического развития города. Да, логично и естественно выводить из центра города промышленные предприятия, в том числе и с точки зрения более эффективного использования земли. Однако существуют процедуры вывода предприятий: можно передислоцировать производство или построить новое, трудоустроив людей.

Ситуацию с недружественными поглощениями в городе удалось нормализовать.

Очень важным было принятие городского Закона о земле от 26 мая 2004 года "Об особенностях использования земельных участков в целях сохранения научно-промышленного потенциала города Москвы". Суть его сводится к тому, что если ты стал собственником земли, на которой находится какое-то производство, то ты можешь поменять его профиль, но не имеешь права свернуть само производство.

РГ | Аналитики высказываются в этой связи, что уже идет разговор не о рейдерстве, а о цивилизованном инвесторе...

Корсак | Да, цивилизованный инвестор - девелопер, если пользоваться современной терминологией. Приобретая актив с целью получения прибыли, он учитывает и социальную составляющую, например, повышает эффективность предприятия, привлекая более квалифицированный менеджмент, перепрофилирует или перебазирует производство с учетом интересов города, создает центры переподготовки для персонала. Как это стал делать тот же "Росбилдинг" - один из самых крупных и ранее самый агрессивный игрок на этом поле. В этом случае можно говорить о положительном результате для экономики, то есть вектор деятельности хозяйствующего субъекта совпадает с вектором социально-экономического развития города.

РГ | Давайте поговорим о силовых захватах, названных мэром Москвы экономическим терроризмом.

Корсак | Очень точное определение. Террористы этого типа уничтожают не людей, а предприятия. Сам механизм силового, криминального захвата предприятия несложен. На основе представленных захватчиками фальшивых документов налоговая инспекция или служба государственной регистрации выдает легитимные государственные документы. По закону никто не обязан проверять подлинность представляемых документов. После чего "новый генеральный директор" или "новый собственник" силовым образом захватывает объект и берет его под контроль.

Рейдеры наносили удар в основном по малому и среднему бизнесу, причем нападениям, как правило, подвергались те предприятия, которые работали открыто, имели прозрачную бухгалтерию, исправно платили налоги. Эффективность действий захватчиков была обусловлена прежде всего их хорошей организованностью, отработанными схемами нападения и высокой квалификацией исполнителей. Кроме того, отсутствовала эффективная система защиты. По существу собственник остался один на один с захватчиками. Потерпевшие обращались в органы внутренних дел, прокуратуру, органы исполнительной власти, СМИ. И все эти структуры действовали разрозненно.

Сыграло свою роль и отсутствие должной реакции со стороны правоохранительных органов, которые не вмешивались в такие ситуации, рассматривавшиеся ими как "споры хозяйствующих субъектов" или "корпоративные конфликты".

То есть создавалась ситуация, когда государство оказывалось не в состоянии защитить собственников и фактически вынуждало их уходить в тень и искать защиты у таких же бандитов. В результате порождалось недоверие к власти и создавались серьезные препоны на пути решения важнейшей экономической и политической задачи - формирования среднего класса.

РГ | Один из распространенных и очень интересных вопросов на эту тему: кто же они, эти "рыцари" поддельной печати и мифического собрания акционеров?

Корсак | Их иерархия выглядит так: заказчик - организатор - исполнитель. Две последние ступени выявить достаточно легко: исполнитель вынужден действовать открыто, организатора тоже можно вычислить. Заказчик, как правило, находится или пытается во всех случаях остаться в стороне, в тени. И сейчас стоит задача не только выявлять всю эту цепочку, но и добиться того, чтобы заказчик отвечал за свои деяния.

РГ | Вы сказали, что пик силовых захватов был в 2004 году. Что было сделано в Москве и какова ситуация сегодня?

Корсак | В августе 2004 года ситуация в Москве выглядела очень напряженной. Мы имели 35 обращений по силовым захватам предприятий. В сентябре было проведено совещание у мэра Москвы Ю.М. Лужкова и создана временная межведомственная рабочая группа по предупреждению и пресечению силовых захватов. В нее вошли руководители Московской городской Думы, всех силовых структур, налоговых и регистрационных органов, общественных организаций и бизнеса. Координировать работу группы было поручено нашему Управлению.

Что это дало? Агрессоры лишились главного козыря: внезапности нападения. Это стало очевидно при попытке захватить 24 сентября 2004 года ОАО "Завод "Фили-кровля", предприятия, имеющего очень "вкусную" территорию - прямо за Бородинской панорамой. Как только поступила информация о готовящемся захвате, туда выехали силовики. В результате 40 человек были задержаны. Так же оперативно правоохранительные органы сработали и при попытке захвата предприятия ОАО "НИИ Зенит" в Зеленограде.

Был создан механизм предупреждения силовых захватов. Суть которого заключается в следующем: как только в Управление поступает информация, содержащая признаки готовящегося силового захвата, то она сразу направляется в прокуратуру города и в ГУВД Москвы. Одновременно об этом сообщается главному судебному приставу, в регистрационные, налоговые органы и Арбитражный суд Москвы: есть опасность, что может быть попытка незаконного смещения руководства или собственника организации. После такого информационного предостережения ситуация берется на контроль и осуществляется тщательное рассмотрение поданных документов.

РГ | Это работает?

Корсак | Судите сами. В 2005-2006 годах Управлением было направлено 26 таких материалов. По ним возбуждено 11 уголовных дел. За это время выявлено 6 фактов силовых захватов: 5 - в 2005 году и 1 - в 2006-м. Отмечу, что захваченное в июне 2005 года здание ОАО "Гипромез" в октябре того же года в рамках уголовного дела было признано вещественным доказательством и возвращено под контроль прежнего собственника. В ближайшее время еще два захваченных объекта будут возвращены прежним собственникам через эту процедуру. А всего за два года было возвращено 10 предприятий.

Так что совместными усилиями силовые захваты в Москве удалось максимально локализовать.

Отмечу, что средства массовой информации сыграли очень важную роль в этой борьбе в плане правильного освещения событий. Пресса отошла, хоть и не полностью, от сенсационности и попыталась дать оценку последствиям, тому, к чему могла бы привести стихийность и неуправляемость этого процесса. "Бизнесменов" от рейдерства стали называть поименно, показывать на экранах телевидения, а это оказалось для них весьма пагубным. Ведь какой нормальный предприниматель будет иметь дело с такими людьми или захочет купить проблемный объект?

То есть в Москве удалось сделать этот процесс экономически невыгодным.

РГ | А сколько всего уголовных дел было возбуждено и сколько приговоров вынесено?

Корсак | По материалам, направленным нашим Управлением в правоохранительные органы, за 2004-2006 годы было возбуждено 47 уголовных дел. Как правило, дела возбуждались по статьям 159 и 330 - мошенничество и самоуправство соответственно. Фигурировали и такие статьи, как 213 (хулиганство), 165 (причинение имущественного ущерба), 327 (подделка и сбыт поддельных документов), 126 (похищение), 179 (принуждение к совершению сделки), 112 (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью) и др.

Пока только два дела прошли через суд. В 2005 году по уголовному делу, возбужденному по факту попытки захвата ОАО "НИИ "Зенит", Зеленоградским окружным районным судом Москвы был вынесен приговор. Лица, участвовавшие в захвате, были осуждены к трем с половиной годам лишения свободы.

В апреле 2006 года Дорогомиловский суд Москвы приговорил к 5 годам лишения свободы гражданина Молчанова, обвиняемого в незаконном захвате завода ОАО "Завод "Фили-кровля".

РГ | Существует ли такая статистика в масштабе страны?

Корсак | На апрельском 2006 года съезде Российского союза промышленников и предпринимателей называлась цифра в 346 уголовных дел, возбужденных по силовым захватам и недружественным поглощениям в России в 2005 году. В суде оказалось 51 из них, вынесено 11 приговоров.

РГ | Каков ваш прогноз, Александр Борисович? Конкретно: сколько времени вы отводите на существование этого явления?

Корсак | Могу сказать, что проблема остается актуальной и мое мнение, что эти процессы будут продолжаться еще минимум 5-7 лет. Срок может быть больше или меньше, что зависит от множества причин. Прежде всего необходимо скорейшее совершенствование законодательства. Что касается Москвы, то пик, как уже отмечалось, пройден и сегодня наблюдается, если так можно сказать, стабильный спад. Но Москва - столица, и ее судьба такова, что все явления и процессы в ходе реформирования экономики проявляются здесь раньше.

РГ | Эксперты по этому поводу высказываются в том смысле, что Москва, пройдя с определенной степенью уверенности пик силовых захватов, не менее уверенно передает эстафету провинции? Вы анализировали эту тенденцию?

Корсак | Мы видим эту тенденцию и уже сегодня имеем информацию из Иванова, Рязани, Калуги, Ярославля, Красноярска, Санкт-Петербурга. Мои коллеги в Питере по этому поводу шутят, что, мол, из Москвы рейдеров выдавили, вот они и пошли в регионы, в том числе в Санкт-Петербург, только уже обогащенные московским опытом. Кстати, 3 и 4 августа Следственным комитетом при МВД России проводился семинар, посвященный теме незаконных захватов предприятий, для следователей Центрального федерального округа, на котором отмечался рост количества захватов в ЦФО.

Хотя и медленно, но мы двигаемся к цивилизованному рынку, где все большее значение будет иметь имидж компании и ее деловая репутация

Сегодня в регионах тоже приходят к пониманию необходимости создания структур, подобных московской. А мы в свою очередь готовы поделиться накопленным опытом, ведь для обеспечения экономической безопасности отдельного города и региона исключительно важно его взаимодействие с другими регионами.

РГ | Вы ищете эффективную форму борьбы, а ваш противник будет искать еще более эффективную форму контрборьбы...

Корсак | Наверное, это так. Но процесс этот естественный, и в нем необходимо опережать противника. Рейдерство может мимикрировать, искать новые формы своей деятельности и ищет, и иногда удачно. Например, известно, что на начальном этапе приватизации очень многое делалось в спешке. Отыскать сегодня в приватизационном деле нарушение, пусть мелкое, но отступление от буквы закона для специалиста - не проблема. А это повод для обращения в судебные органы и лазейка для рейдера.

РГ | Что можно порекомендовать для защиты бизнеса в этом направлении?

Корсак | Одна из важнейших, на наш взгляд, рекомендаций касается проведения полной правовой "зачистки" приватизационного дела. Нужен скрупулезный аудит, который исключил бы даже малейшие отступления от принятых норм, позволил бы исправить положение так, чтобы не было изъянов.

РГ | Если не к чему подкопаться, рейдер найдет новую лазейку...

Корсак | Это не исключено. Могу привести пример, связанный с размещением городского заказа. Как известно, вступивший в силу с 1 января 2006 года Федеральный закон "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" предусматривает создание в каждом субъекте Федерации органа, контролирующего этот процесс. В Москве эта функция возложена на наше управление. Осуществляя эту работу, мы столкнулись с новым явлением, которое условно назвали профессиональное конкурсное рейдерство. В чем его суть? Три фирмы претендовали на выполнение госзаказа, связанного с изданием справочника для иностранцев, приезжающих в нашу страну. Была определена стоимость лота, и средства должна была получить компания, предложившая наилучшие условия выполнения этого заказа. Две компании предлагают небольшое снижение первоначальной цены, а одна, появившаяся на рынке чуть более двух месяцев назад, предлагает снижение на 30 процентов. В итоге ей было отказано, так как конкурсная комиссия посчитала, что невозможно за такую сумму выполнить заказ без снижения качества. Эта компания подает жалобу, пока идет рассмотрение, компания, признанная победителем, не может заключить контракт.

Одновременно в офисе фирмы-победителя раздается звонок примерно такого содержания: мы готовы отозвать свою жалобу за определенную сумму денег. В общем, это шантаж, который можно классифицировать в том числе как новый вид рейдерства.

И все же, хотя и медленно, но мы двигаемся к цивилизованному рынку, где все большее значение будет иметь имидж компании и ее деловая репутация. В Москве создается реестр деловой репутации партнеров правительства Москвы, где накапливается объективная документально подтвержденная информацию обо всех участниках хозяйственной деятельности, вступающих в экономические отношения с городом, - участниках конкурсов, инвестиционных программ и т. д. Реестр даст в том числе возможность проинформировать конкурсную комиссию или заказчика об участниках, ведь столице нужны безупречные партнеры, так как речь идет о жизнеобеспечении города.

РГ | Не могу не спросить о планах: что в перспективе?

Корсак | Одно могу сказать, что предстоит сделать значительно больше, чем сделано. В целом это естественный процесс. Сейчас стоит новая очень серьезная задача, связанная с тем, что все государственные унитарные предприятия будут акционироваться. В ГУПах сконцентрирована огромная собственность, огромные активы, взять хотя бы Гормост, Московский метрополитен, "Мосводоканал"... Множество и менее масштабных предприятий. Так вот, уже есть факты, когда директора пытаются постепенно создавать некоторые обременения, а то и банкротить предприятия. Так вот, в соответствии с решением мэра Москвы Ю.М. Лужкова во всех крупных ГУПах вводится должность заместителя директора по экономической безопасности.

РГ | Деятельность Управления требует на сегодняшний день какой-то реформации?

Корсак | Весь этот период с лета 2002 года мы занимались в основном "горячими" точками. Но все же основа работы по экономической безопасности - это информационно-аналитическая и правовая деятельность. Наша задача - вовремя увидеть опасность, проанализировать ситуацию и внести предложения по решению проблемы, будь то инициативы по совершенствованию законодательства или другие меры.

РГ | В законодательстве всегда можно найти лазейку, считают пессимистически настроенные правоведы...

Корсак | Часто они оказываются правы. Пожалуйста, пример. Закрытое акционерное общество... Если я хочу продать свои акции, то по закону могу это сделать только внутри ЗАО. Продать не могу, но подарить могу, никого не спрашивая. Дарю одну акцию, вы становитесь с этой акцией участником ЗАО, а затем можете покупать, сколько захотите.

Говоря о важности совершенствования действующего законодательства, я не открываю никакой тайны. Причем, повторю, нужно действовать в этом направлении гораздо быстрее, чем работа идет сегодня. В прошлом году был такой удивительный случай, когда фактически был осуществлен захват предприятия в Лондоне, причем нашими, как говорится, согражданами. Так вот, в течение одного месяца англичане приняли необходимые поправки в свои законы. За месяц! А у нас вот уже почти два года все крутится в Госдуме...

РГ | Если попытаться обобщить, то за четыре года, прошедших с момента создания Управления по экономической безопасности, вам удалось решить поставленные задачи?

Корсак | Нам необходимо иметь совершенно иной, более высокий уровень аналитической работы, которого нам пока достичь не удалось. Но в целом у нас есть определенные результаты. Один из них состоит в том, что количество обращений к нам постоянно растет - и на телефон "горячей линии" (234-04-00, 631-11-77), и непосредственно в Управление. Этот факт мы считаем очень важным и значимым, нам доверяют, на нас надеются, на нас рассчитывают. А наш принцип известен: рассматривать и отвечать на каждое обращение, так как экономическая безопасность затрагивает интересы каждого.

Экономика Бизнес Экономика Москва Правительство Москвы Рейдерство в России