Новости

27.12.2006 02:50
Рубрика: Происшествия

Бомба под карьеру

В Краснодарском краевом суде вынесли приговор восьми бывшим сотрудникам кубанской милиции

В 1996-2000 годах на территории России было совершено 17 крупных терактов против мирного населения. В апреле 1997 года произошел взрыв на железнодорожном вокзале Армавира. Пострадали 20 человек, погибли двое. Чеченские полевые командиры брали на себя ответственность за громкие преступления, накаляя атмосферу в обществе. Надо ли объяснять, в каком напряжении жил многонациональный город, расположенный на пути к северо-кавказским республикам! Осенью 1999 года, когда один за другим прозвучали взрывы в Москве, Буйнакске и Волгодонске, тревога усилилась. Кажется, ею был тогда пропитан даже армавирский воздух...

В ночь с восьмого на девятое января 2000 года спасателям пришлось эвакуировать жителей сразу трех городских многоэтажек.

Один за другим экстренные вызовы поступили из дома N 103 по улице имени Розы Люксембург, с Новороссийской, 44, и Советской Армии, 29. И везде приехавшие аварийные бригады увидели одну картину: свернутые вентили и прикрученные скотчем к газовым трубам электровоспламенительные устройства замедленного действия, состоящие из часового механизма, элемента питания и нитей накаливания. Взрывы во всех трех случаях не произошли благодаря сквознякам и жильцам, вовремя заметившим утечку газа. Как утверждают специалисты, угроза была вполне реальной.

Ровно через неделю, в ночь с 15 на 16 января, тоже в выходной день, история повторилась в доме N 33 по улице Урицкого. С той лишь разницей, что там к разгерметизированной газовой трубе было прикручено более совершенное устройство. Оно сработало, но, к счастью, от взрыва и тут спасли сквозняки и людская бдительность.

На расследование возбужденного по горячим следам уголовного дела были брошены большие силы. В Армавире работали опытные криминалисты, оперативники, специалисты прокуратуры и ФСБ из Краснодара и Москвы. Анализировалась масса версий, появлялись подозреваемые, некоторых брали под стражу, однако после проверки алиби их отпускали на свободу.

...В январе 2000 года подполковник милиции Виктор Карпенко занимал должность заместителя начальника УВД города Армавира, а через полгода он получил повышение по службе и в звании. У краевого руководства новый начальник армавирской милиции был на хорошем счету, но в народе о нем говорили всякое. И вот в конце 2004 года Карпенко неожиданно решил оставить службу в милиции и перейти на гражданскую должность. Сначала его назначили исполняющим обязанности главы администрации соседнего Курганинского района, а весной 2005 года он одержал победу на состоявшихся здесь выборах. Да вот беда: результат тут же подвергли сомнению. Не успела начаться прокурорская проверка, как в квартире новоиспеченного главы раздался взрыв. В покушении на свою жизнь отставной полковник обвинил политических оппонентов. Возбудили уголовное дело, следствие продолжалось два месяца и пришло к выводу, что все случившееся... инсценировка самого потерпевшего. Тогда всплыло, что подобный "театр" Карпенко устраивал и раньше, в бытность милиционером.

После статьи "Взорвался ради должности", опубликованной в "РГ" 23 июня минувшего года, эта история стала достоянием гласности. Однако краевые власти сделали вид, что ничего из ряда вон выходящего не произошло: Карпенко продолжал мелькать на экранах местных телеканалов, его ставили в пример другим главам.

И вдруг первого августа появилось сообщение, что глава Курганинского района добровольно ушел в отставку. К этому времени в Армавире уже начались аресты бывших его подчиненных, сотрудников одного из милицейских подразделений. Самого Карпенко взяли под стражу ровно через месяц - первого сентября 2005 года. Вскоре стало известно, что уголовное дело возбуждено по статье, предусматривающей ответственность за терроризм. Расследование велось в обстановке строжайшей секретности, и пока дело не попало в суд, выяснить какие-то детали не удавалось.

Оказалось, листовки с угрозами в адрес жителей Армавира сочиняли... в приемнике-распределителе здешнего УВД. В этом милицейском подразделении в свободное от основной работы время умельцы-самоучки мастерили и взрывные устройства, на установку которых стражи правопорядка выезжали на служебном автомобиле. А руководство "спецоперацией" шло из кабинета начальника криминальной милиции, заместителя руководителя городского УВД Виктора Карпенко. По словам подсудимого Алексея Дроботова, в начале декабря 1999 года его пригласили к руководству и сказали, что нужно готовиться к учениям, в ходе которых якобы будет проверяться бдительность граждан. При этом заметили, что все должно держаться в секрете. За работу всем задействованным в "спецоперации" была обещана награда. Его, к примеру, заверили, что получит майорское звание. Вручили пару листовок, а также литературу РНЕ и дали задание все проштудировать, а потом составить текст новой листовки. Вместе с сослуживцем Владимиром Сидельником - тоже капитаном, которому было обещано майорское звание, - они сочиняли воззвание, которое в соответствии с полученным приказом записали на магнитофон.

- Мы зашли к нему в кабинет втроем, - пояснил в суде Дроботов. - Карпенко выслушал, как идут дела, стал уточнять, когда будут готовы зажигательные устройства, и насколько они надежны. Тут я начал понимать, что речь идет не об учениях. Сказал, что может и в самом деле взрыв произойти. На что Карпенко спокойно ответил: "Теракт есть теракт, тут без жертв не обойтись. Надо делать так, чтобы все было похоже на правду". Мы поняли, что влипли, пытались от всего отказаться, но нам сказали, что отступать некуда: и листовки нашим почерком написаны, и голос остался на пленке.

...В ночь на девятое января выезжали дважды на задание. Первый раз вернулись, объяснив начальникам, что двери подъездов закрыты на кодовые замки. Их отругали и отправили назад, приказав сделать все как положено: они даже входную дверь подперли кирпичами, чтобы ее сквозняком не открыло. Но все равно на следующий день получили от Карпенко нагоняй. Тот сказал, что нужно учесть все ошибки и в следующий раз действовать наверняка.

Казалось, дом на Урицкого, где закладка производилась в ночь на 16 января, просто обречен. Но и там людей спасло чудо. В ходе судебного процесса, кстати, демонстрировали видеозапись сложившегося гармошкой от взрыва газа в подъезде дома в городе Архангельске, где было установлено аналогичное зажигательное устройство. Тогда погибли около 60 человек, вину за теракт возложили на бывшего сотрудника горгаза, затаившего обиду за незаконное, по его мнению, увольнение с работы. В армавирской истории, по версии обвинения, мотивом стали неуемные амбиции Карпенко, добивавшегося (цитата из обвинительного заключения) "...дискредитации своего непосредственного начальника за неспособность осуществления мер общественной безопасности и последующего своего назначения на его должность путем поднятия собственного рейтинга в глазах общественности и руководства ГУВД края в связи с раскрытием особо опасного преступления..." Ставилась также цель посеять панику среди населения, дезорганизовать работу органов власти и управления. Все задачи были решены: Карпенко вскоре стал начальником, а ужас и смятение в умах армавирцев, переживших трагедию, чувствовались даже спустя годы после случившегося.

Вместе с отставным полковником на скамье подсудимых оказались еще семь человек, четверо из которых честно признались и раскаялись в содеянном. Большинство подсудимых к моменту раскрытия преступления уволились из милиции, двое продолжали службу в органах внутренних дел. По их словам, в первые годы все жили в постоянном страхе, но потом успокоились, надеясь, что правда о событиях января 2000 года похоронена навсегда. Как теперь выясняется, следствие довольно давно вышло на "милицейский" след, однако часть подозреваемых ушли из жизни при загадочных обстоятельствах. Судя по всему, все члены преступной группировки находились в постоянном страхе за свою судьбу. Юрий Чернявский так и заявил на процессе: "Я и сейчас живу в кредит". В ходе предварительного следствия Чернявский упорно отказывался от содеянного, а в зале суда дал признательные показания. Слезы раскаяния не оставляли сомнения в их искренности...

Виктор Карпенко до конца все отрицал, пытаясь убедить присяжных, что его оговаривают. Не сознался он и в организации собственного покушения в апреле 2005 года в Курганинске. Однако присяжные вынесли однозначный вердикт: виновны. А достойны снисхождения только те, кто признался и раскаялся в преступлении.

Вчера суд по совокупности статей обвинения приговорил Виктора Карпенко за организацию теракта в Армавире и инсценировку собственного покушения в Курганинске - с ложным доносом, лжесвидетельством и незаконным хранением боеприпасов к 22 годам лишения свободы в колонии строгого режима, а также лишил его всех наград и званий. Остальные подсудимые за соучастие и пособничество получили от года условно до пяти лет лишения свободы.