Новости

14.03.2007 03:00
Рубрика: Общество

Врачи прописали больного на кладбище

Пациент скончался без медицинской помощи из-за отсутствия штампа в паспорте

В краевом департаменте здравоохранения, куда за комментариями обратился корреспондент "РГ", сказали, что выводы о виновности медиков делать рано: для проверки инцидента создана комиссия, которая пока не дала официального заключения. "Но вряд ли стоит вести речь о неоказании помощи пациенту, - считает руководитель департамента Сергей Алексеенко. - Его просто направили в другую больницу - по месту прописки. Мне сообщили, что мужчина находился в состоянии алкогольного опьянения. Это, похоже, могло и обострить течение болезни".

Что же произошло на самом деле? Как теперь выясняется, 44-летний Евгений Прокофьев почувствовал себя плохо на работе: он даже до заводского медпункта дойти не смог и коллеги вызвали экстренную бригаду в цех.

- Прокофьев до этого ни разу у нас на приеме не был, - рассказывает фельдшер Светлана Парканова. - Но когда мы его увидели, то сразу поняли: беда. Налицо были все признаки нарушения кровообращения: давление 190 на 120, рука и нога не действуют, жалобы на сильнейшую головную боль. Что касается "алкогольной" версии, то этого и в помине не было - мы бы сразу почувствовали запах. Евгения на носилках доставили в медпункт, несли осторожно, старались обходить каждую кочку. Здесь оказали экстренную помощь, сделали необходимые уколы, снизили давление, вызвали "скорую помощь". В машину вместе с больным села его жена Вера, которая тоже работает на заводе. Мы ей наказали следить, чтобы муж был в полном покое. Как был в рабочей одежде, так и отправили его в больницу.

"Скорая" доставила Евгения в ближайшую муниципальную клинику. Но тут оказывать помощь не спешили.

- Он больше часа на носилках в приемном покое пролежал, - вспоминает Вера. - Муж кричал от боли, но никто на это не реагировал. Наконец мне сказали, чтобы я его раздела и обмыла. Я старалась делать это осторожно, но теперь понимаю, что лучше бы тогда Женю вовсе не шевелить. Только раздела, а тут новая команда. Одевайте, говорят, пациента, в другую больницу повезете. Мы городских обслуживаем, а у него в паспорте прописка районная. Муж действительно прописан в станице Алексеевской, но работает-то он в городе! Я пыталась это объяснить, но меня и слушать не захотели. Вызвали еще одну "скорую" и забыли о нас.

До центральной районной больницы километров 15 пути - она расположена в соседней с городом Тихорецком станице Фастовецкой. Там электросварщику пришлось еще минут 40 ждать, пока освободится врач. Осмотрел он пациента и тут же направил его в реанимационное отделение. Евгений к этому времени был уже без сознания. В течение трех суток его пытались спасти, но электросварщик умер, так и не придя в сознание.

- Женя никогда не жаловался на плохое самочувствие, - уверяет его супруга. - Его бы просто к работе не допустили, за этим на заводе четко следили. В середине минувшего лета муж проходил медицинскую комиссию, и все врачи дали заключение: "Здоров". А теперь вдруг появилась версия, что он был хроником да еще пьяницей.

Вера показывает полученное только что письмо из городской администрации за подписью заместителя главы по социальным вопросам Людмилы Артюшкиной. Из ответа чиновницы следует, что случай смерти Прокофьева был рассмотрен лечебно-экспертной комиссией Тихорецкой ЦКБ, которая пришла к выводу, что поражение головного мозга больного было обусловлено тяжелым геморрагическим инсультом на фоне сосудистой патологии, гипертонической болезни и хронического алкоголизма.

- Да они просто виновных от ответа уводят, - убеждена сестра Евгения Татьяна Прокофьева. - Если бы разбирались по совести и по закону, то по крайней мере вину дежурного врача Тихорецкой больнице уж точно бы установили.

Неожиданная смерть электросварщика всполошила всех рабочих. На похоронах Евгения они говорили о бездушии медиков, их наплевательском отношении к выполнению профессиональных обязанностей.

Директор машиностроительного завода Владимир Мезин попросил своих коллег по районному депутатскому корпусу обратиться в прокуратуру с просьбой провести расследование по факту смерти Прокофьева. Однако призыв директора нашел поддержку лишь у редактора городской независимой газеты "Провинция" Анатолия Вожакова, взявшегося провести журналистское расследование. По совету Вожакова родственники еще пару недель назад написали заявление в прокуратуру. Однако там, судя по всему, тоже решили не спешить. И лишь вчера, когда вся эта история стала достоянием гласности, зашевелились.

По словам межрайонного Тихорецкого прокурора Игоря Присяжнюка, срок рассмотрения поступившего заявления не нарушен, проводится проверка, после чего будет принято процессуальное решение.

Смерть Евгения Прокофьева наступила в день рождения, ему исполнилось 44 года. У электросварщика остались трое детей, двое из которых несовершеннолетние. Друзья по работе и родственники пытались привлечь внимание к очевидному факту формализма и бездушия, однако местные власти откровенно заняли сторону медиков, для которых "честь мундира", похоже, стала дороже истины.

Общество Здоровье