Новости

Политический доклад президента РАН на академическом форуме так и не прозвучал

Министр Андрей Фурсенко и президент РАН Юрий Осипов. Фото: Сергей Лебедев.В ожидании громкого действа зал был забит под завязку. Тем более что на собрании присутствовал глава минобрнауки Андрей Фурсенко, чье ведомство является главным оппонентом академии в спорах о том, каким быть уставу РАН.

Однако Юрий Осипов остался верен себе. Не склонный к открытой конфронтации, к громким заявлениям, он ограничился докладом об основных научных достижениях академии в прошедшем году. И было видно, что товар лицом он показывает с удовольствием. А представлять было что. Российские ученые добились впечатляющих результатов в самых разных научных дисциплинах, начиная от математики и кончая филологией.

Скажем, в Институте прикладной физики на самом мощном в мире параметрическом лазерном усилителе достигнуты рекордные показатели по пиковой мощности и длительности импульса, что позволяет получать луч фантастической интенсивности 1022 Ватт/см2. Такая техника дает возможность проводить уникальные эксперименты по изучению экстремального состояния вещества.

А в Институте ядерной физики им. Будкера Сибирского отделения построен самый мощный в мире источник террагерцового излучения - лазер на свободных электронах, который используется в самых различных областях науки, в частности, в биологии и химии. В том же институте создан самый мощный в мире ускоритель электронов для промышленности.

Много прорывных разработок выполнено химиками, например, разработана не имеющая аналогов в мире технология получения синтетической гуттаперчи с помощью высокоэффективных катализаторов, свойства которых в 10-20 раз превышают зарубежные аналоги. Российские генетики создали технологию для наработки белков шелка паутины. Этот уникальный материал предназначен как для шовных нитей, искусственных связок и сухожилий в хирургии, так и для парашютного корда и бронежилетов.

Словом, доклад президента РАН о последних научных достижениях явно указывает на то, что российская наука выходит из кризиса. И лишь в заключение своего выступления Юрий Осипов заговорил о том, что сейчас волнует всех ученых.

- Завтра, в среду, у нас самый трудный день, мы будем обсуждать устав академии, - сказал президент. - Нашей уставной комиссией проделана огромная работа. Кроме того, мы получили много замечаний. С чем-то полностью согласились, с чем-то - частично. Но были поправки, которые мы не примем ни при каких условиях. От нашей консолидации завтра зависит, каким будет устав РАН.

Любопытными цифрами дополнил доклад президента главный ученый секретарь РАН, академик Валерий Костюк. Например, помимо 30 млрд. бюджетных рублей академия получила от сдачи в аренду помещений около 1,7 млрд. рублей, а заработала на предпринимательской деятельности 11,3 миллиарда. Средняя зарплата научных сотрудников составила, в зависимости от региона, от 10,5 тысячи рублей до 13,3 тысячи. В этом году рост зарплаты продолжится, как только начнется реализация второго этапа пилотного проекта, который проходит в РАН.

И последнее. Хотя зал с интересом ожидал, что скажет министр Андрей Фурсенко, но он покинул заседание сразу же после первого перерыва. Очевидно, тоже посчитав, что все самое главное состоится в среду.

мнение

Михаил Алфимов, академик, директор Центра фотохимии РАН:

- Хочу сослаться на интересный венгерский опыт: там принят закон об академии, а весь научный бюджет разделен на две части. Одна идет на зарплату научной элиты, членов академии. Считается, что они должны быть уважаемы в обществе и получать достойные деньги. Вторая часть средств направляется на содержание институтов. Все они объединены в некую структуру, которой управляет совет директоров под руководством главного ученого секретаря. А вот он выбирается учеными из членов академии. Сам же совет директоров формируется так: 33 процента выбирают директора институтов, еще 33 - академическое сообщество и последние 33 назначает правительство.

Эта работающая схема, которая в корне отличается от того, что предложено сейчас и РАН, и минобрнауки. Ведь так называемый Наблюдательный совет, который почему-то наделили функциями президиума РАН, представляет собой странную структуру. Я не понимаю, как входящие в его состав сенаторы или думцы, у которых на своем рабочем месте дел невпроворот, будут разбираться в сложнейших проблемах науки.

Николай Лаверов, Вице-президент РАН:

- Самое главное - надо соблюсти дух закона о науке. То, что предлагается нашей академии в смысле новых управленческих настроек, нигде не прописано и на законе не основано. И это чуждо всему предшествующему опыту управления. Второй момент - планы и финансирование. Мы сознаем необходимость работать по согласованным планам и программам. И такие программы нами регулярно представляются. В связи с этим просто не могу представить, чтобы каждая отдельная тема утверждалась еще кем-то на стороне - в Наблюдательном совете или где-то еще. Это опять же противоречит закону, в котором сказано, что академия самостоятельно распределяет ассигнования.

Должен подчеркнуть, что предложения минобрнауки - это еще не предложения правительства, тут нельзя ставить знак равенства. Большинство трезвомыслящих руководителей и сейчас считают, что мы находимся на правильном пути. И поэтому убежден, что голосование на Общем собрании будет очень жестким. И единодушным.

Владимир Фортов, академик-секретарь Отделения энергетики, механики, машиностроения и процессов управления РАН:

- Те замечания, на которых настаивает минобрнауки, нарушают базовые принципы самого существования академической науки. Скажем, предлагается тех людей, кто принимает стратегические решения о направлении исследований, отделить от тех, кто их проводит. Но в фундаментальной науке так не бывает. Ведь здесь все рождается на ходу, а результат не знает никто. Поэтому принципы управления и финансирования, которые хороши в прикладной науке, для фундаментальной губительны.

Что касается идеи минобрнауки о передаче основных функций президиума РАН Наблюдательному совету, то это также нарушает принцип самоуправления академии. Ведь мы всех выбираем, от президента до младшего научного сотрудника. А нам предлагают назначать членов Наблюдательного совета. Кстати, за границей есть такие советы, в Германии я являюсь его членом. Мы заслушиваем директоров институтов, как они тратят деньги, каковы достижения и т.д., но не вмешиваемся в управление наукой.

В то же время не вижу ничего страшного в споре между РАН и минобрнауки. Это рабочее столкновение мнений. Надо искать разумные зерна и там и там.