Новости

09.10.2007 06:20
Рубрика: Власть

Сильная Франция в сильной Европе

Президент Франции Николя Саркози дал эксклюзивное интервью "Российской газете"

Вопросы расширения торгово-экономических связей и налаживание политического взаимодействия по самому широкому кругу вопросов - такова главная цель приезда в Москву президента Франции Николя Саркози. Накануне визита глава французского государства дал интервью "Российской газете".

Российская газета: Г-н президент, традиционный, но чрезвычайно важный вопрос - как вы оцениваете современное состояние франко-российского сотрудничества и какими бы вам хотелось видеть ваши отношения с российским президентом Владимиром Путиным? Какие вопросы вы рассчитываете обсудить в Москве?

Николя Саркози: Наше сотрудничество развивается и укрепляется. Это становится особенно важно, тем более что Россия вернулась на мировую арену. Это выражается, в частности, в промышленном и технологическом обновлении российской экономики, которое позволяет нашим предприятиям совместно работать над знаковыми и перспективными проектами.

Я назову только два из них, иллюстрирующих потенциал нашего сотрудничества: разработка самолета "Суперджет 100" конструкторским бюро "Сухой" в сотрудничестве с французскими предприятиями (Snecma, Thales), запуск ракетоносителей "Союз" со стартовых площадок базы Куру в Гвиане. Это экономическое обновление открывает перспективы для инвестиций в Россию со стороны французских предприятий, но также со стороны российских предприятий во Францию. Мы приветствуем это расширение наших экономических и торговых связей, тем более, что оно основывается на критериях рыночной экономики и уважении закона.

Вновь обретенный Россией статус должен восприниматься совершенно спокойно, потому что в обмен он позволит ей нести и обеспечивать ответственность, идущую бок о бок с ее законным стремлением быть великой державой. Я ожидаю также от России крупного и позитивного вклада в урегулирование вызовов нашего времени. В этом смысл послания, адресованного российской молодежи, с которой я встречусь во время визита в Москву.

Полный этих ожиданий, я буду беседовать с президентом Владимиром Путиным о важных международных вопросах, которые нас волнуют, в частности об Иране и Косово. Со времени моей встречи с главой вашего государства на саммите "большой восьмерки" в Хейлигендамме, я знаю, что я имею дело с человеком прагматичным, любящим свою страну, свободным от позерства и догматизма. Это должно будет помочь нам найти общий язык по этим важным международным вопросам.

РГ: Многие сейчас говорят о возможности столкновения цивилизаций. Можно ли избежать такого развития событий? Согласны ли вы с тем, что процесс демократизации Ближнего Востока чаще всего приводит к приходу к власти экстремистских движений?

Саркози: На Ближнем Востоке экстремизм порождается несправедливостью, существованием застарелых конфликтов, к которым теперь добавляются новые кризисы.

Что касается столкновения цивилизаций, его не удастся избежать, заставляя все народы думать и верить одинаково. Я говорил об этом с трибуны Объединенных Наций в конце сентября: не будет мира в мире без уважения к разнообразию, без уважения к национальной идентичности, к верованиям и культурам.

Именно поэтому Франция так привержена к ООН. Поскольку ООН - это единственная площадка, на которой все государства и народы Земли, несмотря на всю разницу между ними, могут разговаривать и прислушиваться друг к другу.

Когда Франция защищает свой язык в рамках международной организации, иногда даже раздражая этим, она защищает культурное разнообразие. Самое важное - это уважение к разнообразию, историческому и культурному богатству мира. Самое важное - это принять другого во всем его отличии.

Франция и Россия имеют разную историю, даже если они и написали в ней вместе несколько великолепных страниц. Но их отношения основываются на понимании, терпимости, сотрудничестве и партнерстве.

Россия и Франция вместе обладают огромным человеческим и культурным богатством. Несколько разных религиозных конфессий сосуществуют на их земле. Именно поэтому они могут с наибольшим знанием дела выступать и активно действовать в пользу диалога между народами, культурами и цивилизациями, в пользу терпимости. Наши страны понимают, что мир не единообразен и не мог бы им быть. Они обязаны донести это послание до международной арены. Но к нам будут тем больше прислушиваться, чем больший пример мы сможем показать у себя дома. Это касается как России, так и Франции.

РГ: Недавно вы сформулировали ряд условий для сближения Франции с НАТО. Вы выступаете за создание единой Европы. Чем вызвано ваше стремление к более тесной интеграции с европейскими и трансатлантическими структурами?

Саркози: Я убежден, что нет сильной Франции без Европы, как нет сильной Европы без Франции. Возникновение сильной Европы будет эффективно способствовать установлению более уравновешенного, более справедливого и более эффективного мирового порядка. Россия заявляет о стремлении видеть многополярный мир, предоставляющий больше места странам с развивающейся экономикой. Именно потому, что Франция разделяет этот подход, она стремится, чтобы Европа стала одним из этих полюсов, действующим лицом, стремящимся и способным внести решающий вклад в международную безопасность и стабильность. Это подразумевает более глубокую интеграцию. В этом смысл наших усилий, направленных на принятие упрощенного договора. Он позволит выйти из десятилетия институциональных споров и вновь поставить на рельсы европейский проект.

Говоря о трансатлантических структурах, я сказал, что следует двигаться одновременно к укреплению обороны Европы и к обновлению НАТО и ее отношений с Францией. Противопоставлять ЕС и НАТО - абсурдно. Речь идет в общем-то об одних и тех же вооруженных силах. Франция - член-основатель обоих. В Европе существует дефицит военных мощностей, который требуется восполнить. Существует явная взаимодополняемость между двумя организациями, как это уже видно на месте, например, в Афганистане. Нужно, чтобы европейцы взяли на себя ответственность в области безопасности и обороны. Нужно также, чтобы американцы поняли, что в этом смысл истории, нужно, наконец, чтобы Россия осознала, что эти изменения ни в коей мере не направлены против нее. Мир может много выиграть от углубленного и более систематического сотрудничества между Европой и Россией, в частности, в области обороны и безопасности. Это мое глубокое убеждение накануне французского председательства в Европейском союзе во втором полугодии 2008 года.

РГ: Сегодня весь мир озабочен ситуацией вокруг ядерных программ Ирана? Считаете ли вы возможным пусть гипотетическое, но использование военной силы против этой страны в случае, если она откажется выполнять резолюции Совета Безопасности ООН. Почему вы считаете недостаточными существующие стандартные механизмы ядерного сдерживания в отношении Тегерана?

Саркози: Вы правы, утверждая, что весь мир обеспокоен. Этот кризис, безусловно, является сейчас самым серьезным из всех известных нам кризисов. Иран, обладающий ядерным оружием, не может быть приемлем для Франции. Необходимо сделать все, чтобы не дать ограничить нас катастрофической альтернативой: или иранская бомба или бомбардировка Ирана. Между смирением и войной - а два этих слова не входят в мой словарь - существует ответственная позиция: ужесточение санкций, направленное на то, чтобы вразумить Иран.

И в то же время готовность к диалогу, если Иран сделает выбор в пользу выполнения своих обязательств. Именно такая позиция была выбрана нами совместно с нашими партнерами в формате "Евротройка плюс три", и которая была еще раз подтверждена министрами иностранных дел наших стран Бернаром Кушнером и Сергеем Лавровым вместе с их коллегами в совместной декларации от 28 сентября.

Вы говорите о существующих стандартных механизмах контроля. Однако иранская ситуация - это все, что угодно, только не "стандартная" ситуация! Речь идет о стране, которая в течение почти двадцати лет скрывала от МАГАТЭ ядерную программу. Речь идет о стране, которая стремится к обогащению урана, в то время как это не оправдывается никакими заслуживающими доверие гражданскими потребностями. Именно поэтому Совет Безопасности и Совет управляющих МАГАТЭ требуют от Ирана большего, чем применение "существующих стандартных" механизмов контроля, которые, впрочем, Ираном не применяются, поскольку им не применяется дополнительный протокол МАГАТЭ.

Иран обязан приостановить свою деятельность по обогащению и переработке урана и применять дополнительный протокол, а также все другие требуемые МАГАТЭ меры прозрачности. Без этого доверия быть не может.

Иран взял на себя обязательство перед главой МАГАТЭ г-ном аль-Барадеем ответить на ряд вопросов. Это первый шаг, однако речь идет не только о том, чтобы пролить свет на прошлое. Речь также идет о приостановлении текущей деятельности и о применении резолюций 1737 и 1747 Совета Безопасности ООН. Санкции позволили достичь первых результатов, заставив иранских руководителей действовать с большей прозрачностью. Таким образом, это доказывает, что санкции заставляют режим задуматься. Никто не должен ставить под сомнение серьзность и решимость Франции по данному досье. Речь идет о защите нашей коллективной безопасности от опасности ядерного распространения. Я не уступлю в вопросе, представляющем такую большую важность.

РГ: Нередко последнее время приходится слышать мнение, что Евросоюз строит новый "железный занавес" у границ России. Насколько обоснованны, с вашей точки зрения, подобные утверждения? Готова ли Франция проводить в отношении России самостоятельную, отличную от Евросоюза, политику?

Саркози: Берлинская стена пала почти двадцать лет назад, и ни у кого не возникает намерения, как с одной, так и с другой стороны, восстанавливать какую бы то ни было стену. Впрочем, об этом важном событии у меня сохранилось дивное воспоминание о том, как у подножия стены играл виолончелист Мстислав Ростропович, словно символ возвращения величайшей русской культуры в лоно Европы.

На протяжении пятнадцати лет Россия и Европейский союз постоянно советовались, сближали свои позиции, как об этом свидетельствует создание четырех пространств, одним из которых является пространство образования. Это ежедневно ощущают российские граждане - участники обменов между учеными, вузовскими преподавателями, студентами. Имеется также недавнее соглашение между ЕС и Россией об облегчении выдачи краткосрочных виз. По последнему пункту, следовало бы, несомненно, в конечном итоге пойти еще дальше к аннулированию визового режима, однако это предполагает еще более тесное взаимодействие со всеми европейскими партнерами по всем вопросам и самым искренним образом.

Однако я не стану также утверждать, что никаких проблем нет.

К примеру, не стану скрывать от вас, что когда Россия без предупреждения прекращает подачу энергии части Европы, это подрывает доверие. Наряду с наличием точек соприкосновения существуют также и разногласия, которые французское председательство в ЕС во второй половине 2008 года постарается разрешить.

Что касается независимой политики Франции, я действительно рассчитываю проводить независимую политику, так же, как и Европейский союз, который проводит независимую политику, предполагающую компромиссы и согласованное взаимодействие. И та, и другая политика не отделимы одна от другой. И именно это лежит в основе амбициозной цели, которую я ставлю перед собой - это сильная Франция внутри сильной Европы.

Власть Работа власти Внешняя политика В мире Европа Франция Николя Саркози предъявлены обвинения Лучшие интервью