Новости

22.12.2007 06:00
Рубрика: Общество

Россия как она есть

Социологи в очередной раз замерили "градус" общественных настроений

Сегодня "Российская газета" публикует самый полный отчет о крупномасштабном и во многом уникальном исследовании, проведенном учеными Института социологии РАН.

Риторический вопрос "только подумайте, что же в стране творится?!" может в России смело претендовать на роль самого частого. Вне зависимости от того, что действительно происходит и насколько эти перемены существенны. Но даже на риторические вопросы науке ответы все равно известны. Ученые из ИС РАН трижды за десять лет - в 1998, 2004 и 2007 году попытались выяснить, как себя чувствуют и кем ощущают россияне. И сравнили полученные результаты.

Исследование в очередной раз подтвердило расхожую, хоть и не особо научную истину: "жизнь на 10 процентов состоит из того, что мы в ней делаем, и на 90 - из того, как мы это переживаем". Вроде бы и "жизнь налаживается". Вроде бы растут доходы, выдаются кредиты, строятся дома и открываются школы - а покоя людям все равно нет, им хочется гораздо большего. Почему хочется? Чего именно? Ради чего? Все это социологи изложили в очередном объемном аналитическом докладе, анализируя результаты "третьей волны" замеров того, что на научном языке именуется "идентичностью" россиян. Если проще - того, кем наши сограждане себя ощущают, как оценивают свой социальный статус, довольны жизнью или нет, на какое место ставят свою страну в мире и т.д.

Дорогие политики и примкнувшие к ним чиновники! Специально для вас - новость первая, относительно радостная: четверть населения России в данный момент уверена, что в целом их жизнь складывается хорошо. Еще 63 процента в основном ею удовлетворены. Новость вторая, не лучшая: удовлетворенность россиян своей жизнью за последние три года снизилась - в 2004 году свыше трети респондентов (35 процентов) считали, что все у них складывается хорошо. Причем это - в среднем. В отдельных возрастных группах (например, среди 56-65-летних россиян в середине 2004 года было 24 процента оптимистов, а сейчас - лишь 14). И новость третья, неприятная ( но вообще, строго говоря, и не новость). Несмотря на пролившийся над страной "золотой дождь" нефтедолларов и успешное осуществление социальных нацпроектов, у нас по-прежнему столь же велик разрыв между бедными и богатыми, как в недоброй памяти 1998 году накануне кризиса. В 2, 5 раза выросла доля бедных в составе людей от 56 до 65 лет (то есть свежеиспеченных пенсионеров). Труднее стало пробиться молодежи (рынок труда "насытился" кадрами). И - главное!- сейчас все-таки не 1998 год. Люди просто не хотят "ждать лучшего будущего" и ради этого мириться с не лучшим настоящим. Им хочется хорошо жить здесь и сейчас, они искренне не понимают, почему это все же не удается. И поэтому налицо еще и новость четвертая - но о ней чуть позже, под конец этой статьи и к выборам поближе…

Чем не богаты, тому и не рады

Как водится, сначала - о деньгах. Доходы россиян за три года явно выросли. Социологи оперировали цифрой среднедушевого дохода на члена семьи, рассчитанной на основе "самооценки" респондентов. В 2004 году она составляла 4279 рублей, сейчас - 6630. Но людям важны, как показывает практика, не только их доходы, но и многое другое. Как показал сравнительный анализ, за последние три года не стало меньше тех людей, кого не устраивает материальная сторона их жизни. Среди россиян 16-65 лет число тех, кто не удовлетворен своим питанием или возможностями купить себе одежду, совпадают с данными трехлетней давности с точностью до процента. В некоторых возрастных когортах недовольство только нарастает. Так, например, среди россиян 56-65 лет оценивают свое питание как плохое уже не 14%, а 16%, по одежде наиболее яркий рост неудовлетворенности демонстрирует группа 46-55 лет (на 4%). Одновременно произошло и сокращение доли тех, кто оценивает ситуацию в этой сфере как хорошую. Всего же на 6 процентов больше людей стало выражать недовольство своим питанием, одеждой и материальным положением в целом - на 4 процента. Стало больше тех, кого не устраивает их жилье. По мнению социологов, это связано и с повышенным вниманием СМИ к этой теме в последние годы, и с бьющим в глаза неравенством в столь важной сфере. В итоге соотношение россиян, называющих свои жилищные условия хорошими и плохими составило уже не 31 процент к 15 (как в 2004 г.), а 26 к 17. Разница красноречива.

Выросло число тех, кто не мог провести досуг так, как ему хочется. Особенно недовольна молодежь в возрасте 16-25 лет. Доля удовлетворенных качеством своего досуга сократилась с 46 до 31 процента. Не могут, по их словам, хорошо провести отпуск 26 процентов молодежи до 25 лет и 35 процентов людей, которым 56-65 лет. Естественно, "бытие определяет сознание": среди людей с низкими доходами (до 2500 рублей в месяц на члена семьи) 43 процента считали свое материальное положение плохим. В группе тех, у кого на душу в семье приходилось свыше 10000 рублей, 31 процент называл свое положение хорошим и всего 7 - жаловались, что оно "плохое".

Россиянам, как выяснили социологи, не так уж и много надо для счастья: оптимисты начинали преобладать над оптимистами в тех группах опрошенных, доход которых превышал полторы "средних" ставки. Иными словами, в группе с доходами от 5001 до 7500 рублей на душу свое материальное положение считали хорошим 8 процентов опрошенных, а плохим - 18. В группе с доходами от 7501 до 10000 рублей оптимистов было уже 18 процентов, а пессимистов - лишь 10. При этом социологи отмечают: численность всех этих групп в последние 10 лет осталась практически неизменной. То есть обеспеченных не стало больше, а малоимущих - меньше. Хотя, казалось бы, должно было - учитывая и "социальную направленность" реформ, и рост цен на нефть, а вместе с ними и доходов бюджета.

Все - в дом

Правда, есть сферы жизни, которые внушают россиянам оптимизм и радость. Это в первую очередь взаимоотношения в семье (особенно группе респондентов до 45 лет), возможность общения с друзьями (в первую очередь 16-25-летним). Людям в общем и целом нравится тот регион, в котором они живут. Хотя и тут не без диспропорций. Если в Москве свой регион называют "хорошим" для жизни 60 процентов, то, например, в Архангельской области - лишь 23 процента, а 31 склоняется к мысли, что "здесь жить нельзя". Чем мельче населенный пункт, в котором обитают люди, тем меньше им нравится "малая родина".

Более-менее удовлетворены россияне и состоянием своего здоровья, негативные оценки начинают перевешивать положительные только в группе после 45 лет. Осторожный оптимизм люди проявляют и по поводу своей работы. Очень многих не устраивает уровень их личной безопасности (здесь оптимисты - в основном молодежь, а люди старше 36 лет удовлетворены ситуацией гораздо меньше).

Социологи обратили внимание на тревожный факт: едва наши сограждане выходят из студенческого возраста, они быстро осознают, что шанс получить образование для них все более призрачен. Здесь налицо "социальное неравенство" в чистом виде. Чем ниже исходный уровень образования, тем меньше шансов когда-нибудь его повысить, даже если очень сильно этого хочешь. Так, в группе респондентов с неполным средним образованием (60% которой были моложе 55 лет) об отсутствии такого доступа к новым знаниям социологам сказали 46 процентов, а в группе с высшим образованием - уже лишь 14. Препятствием на пути к знаниям становится низкий уровень дохода, невысокое служебное положение. Тем, кто трудится в госсекторе, образование получить несколько проще, чем работникам частных предприятий.

По закону джунглей

 


Мысли, чувства, эмоции - это не менее важная составная часть нашей жизни, чем материальный достаток. Хотя, конечно, первое вплотную связано со вторым. Социологи в очередной раз замерили "градус" социально-психологического состояния российского общества. Выяснилось, что по сравнению с 2004 годом стало меньше тех, кому, по их признанию, "стыдно" за нынешнее состояние страны. По сравнению со второй половиной 1990-х годов таких ответов стало вдвое меньше. Гораздо реже люди стали произносить и сакраментальную фразу "Так больше жить нельзя!" Правда, в последние годы несколько снизилось ощущение "надежной поддержки со стороны близких и коллег", но все-таки не до уровня совсем уж плачевного 1998-го.

Тем не менее, говорят социологи, и сегодня свыше трети россиян 16-65 лет устойчиво испытывают чувства несправедливости происходящего вокруг (среди всех россиян, включая самых старших, этот показатель доходит до 40%), беспомощности повлиять на происходящее, стыд за состояние своей страны и т.п. При этом никогда не испытывают этих чувств лишь от 8% до 18%. Молодежь по традиции смотрит на вещи с большим оптимизмом, чем "отцы и деды". Но и среди тех, кому меньше 25 лет, часто или иногда ощущали собственную беспомощность повлиять на происходящее 78%, а среди 26-35-летних этот показатель доходил до 87%. Почти 90% молодежи часто или иногда ощущали несправедливость происходящего вокруг, 74% - испытывали стыд за состояние своей страны, 66% - ощущали, что так дальше жить нельзя и т. д.

Малоприятно и другое. 37% россиян в целом и от 29% до 50% в различных возрастных когортах живут с устойчивым ощущением, что никого не волнует, что с ними происходит. Лишь 41% всех россиян и от 51% до 35% в разных когортах чувствуют надежную поддержку близких и коллег и уверены, что они придут на помощь, если понадобится. Вряд ли после этого следует удивляться тому, что 30% опрошенных были уверены в том, что, общаясь с ними, люди стараются извлечь выгоду из этого общения. Скорее следует удивляться тому, что 70% россиян все-таки думают, что, общаясь с ними, люди "стараются быть порядочными". "Закон джунглей", как ни печально, в российском обществе воспринимают как киплинговском оригинале, а не в знаменитом добром мультфильме. Не "мы с тобой одной крови, ты и я" - а "каждый сам за себя". Правда, все познается в сравнении. В скандинавских странах верят в порядочность окружающих 87 процентов. Зато в Америке 38 процентов полагают, что люди стараются извлечь из общения с ними какую-то выгоду.

А вот своим положением в обществе россияне скорее довольны, чем нет. Количество тех, кого их статус вполне устраивал, почти вчетверо превышало число людей, ощущавших себя ниже нужного им уровня (26 процентов и 7). Интересно, что молодежь в 2,5 раза чаще старшего поколения была довольна своим социальным и общественным статусом. Но - для справки - в 2004 году таких оптимистов было больше, хоть и ненамного. Социологи сделали вывод: чтобы быть довольным своим статусом, человек должен находиться в верхней трети социальной лестницы, состоящей как бы из десяти ступенек. Среди тех россиян, кто был однозначно недоволен собственным статусом, около половины составляли находившиеся на трех нижних ее ступенях

Человеческое измерение

Годы реформ заставили людей искать ответ на мучительный вопрос: в каком обществе им хочется жить? В итоге одни уверены, что путь к успеху лежит через личную ответственность, инициативу и внутреннюю свободу самого человека, другие - что ответственность "за тех, кого оно приручило", должно брать в первую очередь государство, иначе людям не выжить. Как выяснили социологи, соотношение "традиционалистов" и "модернистов" в российском обществе меняется. За прошедшие несколько лет доля сторонников "рыночных ценностей" не только не выросла - наоборот, сократилась, а вот сторонников "государственной помощи" стало больше. Можно говорить о своеобразном "ренессансе традиционализма", причем среди людей всех возрастов. Даже самых молодых, которые еще в 2004 году были в большей степени ориентированы на рыночные законы жизни.

В целом, как показали опросы, 47 процентов россиян тяготеют к "традиционалистским" воззрениям на роль государства и свободу личности, 20 - убежденные модернисты, а 33 придерживаются "промежуточных" взглядов. Представители всех трех групп по-разному отвечают на вопросы о праве государства, например, при необходимости ограничивать свободу прессы или оказывать давление на суд. Но в последнем случае промежуточная группа стоит скорее на позициях модернистов, чем традиционалистов. Зато 63% всех опрошенных "умеренных" россиян от 16 до 65 лет допускают необходимость ограничения свободы прессы, если она нарушает интересы государства. И для всех россиян вне зависимости от их мировоззрений кажется важнее, чтобы государство "выражало интересы общества", чем "обеспечивало условия для эффективной экономической деятельности". Что лишний раз доказывает, насколько важной люди считают социальную политику и какова может быть цена ошибок в этой сфере.

Правда, иногда в головах людей заваривается такая "каша" из порой взаимоисключающих суждений и установок, что любые западные аналитики уже попросили бы пощады и опустили руки. Закаленные отечественные социологи лишь констатируют: чисто "западная" модель взаимоотношений личности и государства в России так пока и не прижилась. Государство, считает подавляющее число наших сограждан, просто обязано работать "во имя и на благо Человека". Да и наше восприятие рыночной экономики хорошо иллюстрирует один пример. Слово "капитализм" вызывает негативную реакцию у россиян всех возрастов и мировоззрений. Даже у "идеологически незаштампованной" молодежи до 25 лет (в этой группе на слово "капитализм" негативно реагируют 58 процентов, а положительно - 41). Разве что к крупным банкам россияне в последние годы стали относиться несколько терпимее прежнего: 59 процентов считают, что они "способствую развитию России", в 1998 году так говорили лишь 44%, а в 2004 г. - ровно 50%. При этом большинство россиян считает, что частный сектор расширять, по-видимому, надо, однако все стратегически важные сферы экономики и социальной сферы должны находиться под безусловным контролем государства. Число сторонников чисто государственной собственности на электростанции и нефтедобычу доходит даже до 85% и 78% соответственно.

Равнение на… кого?

"Каркас" российской системы жизненных ценностей не меняется уже лет 15. Самая значимая для них сфера - это семья. Так говорили богатые и бедные, молодые и старые - все без исключения. О том, что семья для них "очень важна", заявили 90%-91%, и практически все остальные отмечали, что она "скорее важна". На втором по значимости месте для жителей нашей страны стоит работа (она "очень важна" для 64 процентов, "скорее важна" для 28. Друзья - безусловная или относительная ценность для 58 и 35 процентов соответственно. А вот политику очень важной назвали только 10 процентов, религию - 18 ("скорее важными" для себя эти сферы считают соответственно 26 и 36 процентов россиян). Достаточно высоко ценят наши граждане свое свободное время: в той или иной степени это отметили в сумме 86 процентов.

В детях же граждане России в первую очередь считают нужным воспитывать трудолюбие (91 процент), чувство ответственности (85,9%), доброжелательность (61,7%). Кстати, у немцев родители во главу угла ставят ответственность, в Швеции, США и Англии - толерантность и уважение к другим людям.

Очень важно для россиян "равенство" - если понимать его не как единообразие доходов, положения и условий жизни, а как равенство возможностей для проявления способностей каждого. 59% россиян в возрасте от 16 до 65 лет именно так расставили свои приоритеты, и лишь 40% сочли более важным равенство доходов и условий жизни. Кстати, в ответе на данный вопрос очень мало кто "затруднился".

И самый актуальный вопрос в преддверии выборов: отношение граждан к демократии, партиям, политической и общественной активности как таковой. Ну что тут сказать - сложное отношение. По данным опросов, в последние годы представления россиян о важности тех или иных слагаемых демократии довольно сильно изменились. По сравнению с концом 90-х резко выросло число тех, кто уверен: демократии быть не может без равенства всех граждан перед законом ( в 1998 году так считали 54 процента, в 2004 - 75, в 2007 - 74). А вот свободу печати в число "демократических приоритетов" раньше ставили 48 процентов, сейчас - только 30. Возможность свободно высказывать свои политические взгляды сейчас считают неотъемлемым признаком демократии 18 процентов против 37 в 1998-ом и 40 - в 2004-ом. Не сильно изменилось число сторонников требования независимости суда (46 процентов), свободных выборов власти (34 процента) и др. Но социологи считают тревожным симптомом то, что при сохранении значимости выборов как необходимого инструмента легитимации власти, идет заметное снижение доли респондентов, полагающих, что демократию трудно себе представить без политической конкуренции и наличия оппозиции.

А главная претензия граждан к той модели демократии, которая на практике действует в России, - низкий уровень ее эффективности. Особенно (как ни парадоксально) тех структур и институтов, которые по идее обязаны защищать интересы граждан. Как показывают данные опроса, россияне меньше всего склонны доверять политическим партиям, судебной системе, милиции, профсоюзам, Государственной Думе и Совету Федерации, прессе - как печатной, так и электронной, социальным службам. Лишь правозащитные, женские, ветеранские, экологические организации и церковь пользуются поддержкой граждан (54 и 64 процента соответственно). Наиболее же высокое доверие проявляется ко всей вертикали власти - президенту (86 процентов), правительству (52), губернаторам (60), а также ФСБ (60) и армии (56 процентов).

Кстати, в 1998 году президент Борис Ельцин пользовался доверием лишь 18% россиян, правительство - еще меньше - 15%ю Уже к 2001 году ситуация радикально изменилась: уровень доверия президенту Путину "подскочил" до 80% и затем все последующие годы держался на уровне 84%-86%. Росло и доверие к правительству. В 2007 году (впервые за все годы наблюдении) доля россиян, доверяющих правительству, хотя и не намного, превысила долю не доверяющих. Довольно заметные колебания наблюдались и в отношении российской армии. Армии, по сути проигравшей войну в Чечне, россияне скорее не доверяли. Напротив, в 2001 году, когда удалось разбить банды Басаева в Дагестане и в самой Чечне, число россиян, доверяющих вооруженным силам, достигло максимальных значений - 68%. Что же касается других институтов (Государственная Дума, Совет Федерации, милиция, политические партии, судебная система), то здесь также заметен некоторый рост, хотя эти институты по-прежнему находятся в зоне недоверия россиян. С 2001 года постоянно снижается доля россиян, активно интересующихся политикой (с 32% до 17% в 2007 году). Сегодняшняя Россия, еще недавно чрезвычайно политизированная страна, по уровню интереса к политике ее граждан уступает жителям Европейского Союза.

Как уже говорилось, это не новость и не приятная. Но выводы из нее делать все равно придется.

"Великий перелом" начинает срастаться

Итоги опроса комментирует директор Института социологии РАН Михаил Горшков

Российская газета: Михаил Константинович, судя по данным опроса, доходы у нас больше, чем прежде. А жизнью мы довольны все меньше. Отчего так?

Михаил Горшков: Прежде всего замечу, что большинство россиян своим положением в обществе скорее все-таки довольны. Но сказывается то, что, несмотря на значительный рост среднедушевых доходов - свыше 50% за последние три года, с учетом накопленной инфляции, составившей за данный период (даже если ориентироваться на данные государственной статистики) около 40%, рост этот оказывается уже далеко не столь значителен и составляет лишь чуть более 10%. В расчете на несколько лет величина эта практически незаметна и не способна компенсировать тот огромный спад текущих доходов, который происходил в 90-е годы. Доля россиян разных возрастов, живущих за чертой бедности, колеблется в диапазоне 11%-15%, достигая максимума в старшей возрастной группе. Доля мало- и среднеобеспеченных достаточно стабильна во всех группах, кроме старшей, где они составляют свыше 70%. Кроме того, по результатам опроса видно, что увеличилась доля россиян, которые испытывают негативные чувства по отношению к окружающему их миру не постоянно, а иногда, время от времени (доля тех, кого такие мысли не посещают никогда, практически не меняется). Все это свидетельствует прежде всего о том, что даже при позитивных сдвигах в социальных самоощущениях негативные чувства не уходят из обыденной жизни россиян, они стали практически повседневной "нормой".

Но общество "спасается" тем, что многие тенденции достаточно противоречивы. Так, неудовлетворенность многих людей своим материальным положением частично компенсируется, нивелируется ростом их текущих доходов. Не слишком хорошее общее социальное самочувствие все-таки демонстрирует некоторую тенденцию к улучшению. И то, что люди чувствуют если не враждебность, но равнодушие окружающих, пока еще не разрушило веру большинства россиян в человеческую порядочность и доброту. В общем, драматизировать ситуацию причин пока нет, хотя и называть ее прекрасной - тоже. Практически целое поколение россиян выросло с чувством стыда за нынешнее состояние своей страны, с чувством собственной беспомощности повлиять на происходящее вокруг, с ощущением несправедливости того, что происходит в окружающем мире. Последствия такого долгого кризиса преодолеваются тоже очень долго.

РГ: Помните пропагандистский штамп советских времен - "советский народ - новая историческая общность..." А сейчас мы - одно целое или народ распадается на "атомы"?

Горшков: Специальный раздел нашего аналитического доклада посвящен тому, что социологи называют "самоидентификацией" граждан. Иными словами - что они подразумевают, произнося слово "мы". Очевидно, что каждый россиянин внутренне включен в систему очень сложных социальных ролей и связей. Для большинства граждан сейчас не очень важно то, что они живут с кем-либо на одной территории. Зато люди дорожат своей принадлежностью к группам, отражающим духовную близость людей во всем ее многообразии. В том числе к "своей" национальности. Правда, социальная роль "россиянина" важна для 58 процентов жителей страны, все прочее ("житель своей местности", "рабочий", "крестьянин", "бедный", "обеспеченный" и т.п.) называли гораздо реже.

В целом же мы выделили 5 самых распространенных групп, к которым свыше половины россиян себя причисляют. Общность испытывают с "людьми, разделяющими те же взгляды на жизнь", с товарищами по работе и учебе, с представителями той же профессии, материального достатка и политических взглядов, со своим поколением и т.д. Это понятно. Важно в данном случае то, что за 15 лет сократилось число людей, которые себя ни к какой группе не причисляют, - тех самых "атомов", о которых вы сказали. Это означает, что люди "вписались" в новые социальные роли и группы после глобального "перелома" всей их прежней жизни в 90-е годы. На смену утраченным общностям ("мы - советский народ!") пришли новые: по уровню достатка, по политическим взглядам (за 15 лет такие группы "прибавили" более 20 процентов). Правда, подобные "роли" для европейских стран были характерны лет сто назад, в период острой классовой борьбы, но это уже другой вопрос.

РГ: Удалось ли получить в ходе исследования ответ на еще лени-голубковский вопрос - мы "халявщики или партнеры", иждивенцы или самостоятельные люди?

Горшков: В российском обществе есть и сторонники "государственного патернализма", и рыночники, и те, кто занимает промежуточную позицию. В целом же можно сказать, что население России действительно приняло рыночную модель развития страны. В то же время во всех возрастных и мировоззренческих группах наиболее распространена точка зрения, что главную роль в этом развитии должны сыграть "рабочие и крестьяне". И сама модель развития рынка, принятая массовым сознанием, имеет мало общего с современными высокоэффективными моделями рыночной экономики. Лучше всего ее характеризует термин "государственный капитализм". Россияне тяготеют к смешанной экономике с сильной регулирующей ролью государства и его доминирующим присутствием в большинстве отраслей. Только не путайте это с "тягой к уравниловке" - речь совершенно о другом. Просто надо понимать: сегодня 62 процента опрошенных признают, что без материальной поддержки со стороны государства им выжить сложно. Убеждены, что они сами смогут обеспечить себя и свою семью, в полтора раза меньше - 37%. Подтверждается старая истина: стабильная демократия должна опираться на высокий экономический уровень развития страны. Это не значит, что сейчас россияне смотрят на демократию исключительно сквозь "дыры в собственном кошельке". Просто им бы хотелось, чтобы власть, именуемая демократической, делала все от нее зависящее, чтобы "наполнить" демократические преобразования решением значимых социальных проблем. А поскольку это делается не везде и не всегда, вряд ли стоит удивляться, что значительное число российских граждан не считают реформы, изменившие их страну, "демократическими". Лишь 5% опрошенных полагают, что за последние 10 лет в России утвердилась такая демократия, которая полностью отвечает их представлению об идеальном государственном строе. В свою очередь, 29% россиян полагают, что, несмотря на серьезные издержки, российская демократия, тем не менее, уже близка к оптимальной модели. Больше, однако, тех (43%), кто уверен, что Россия сегодня так же далека от демократии, как и во времена Советского Союза.

РГ: Политикам, которые только что избраны в парламент, и лидеру, который возглавит страну в марте, есть над чем работать...

Горшков: Работы им хватит еще очень надолго.

Беседовала Екатерина Добрынина

Общество Соцсфера Социология Наука и образование РАН