Новости

По данным Совета Федерации, в стране из-за жестокости родителей ежегодно погибают 2500 детей

В самый канун Нового года минобрнауки и Институт развития социальных коммуникаций провели в Москве международную научно-практическую конференцию по проблеме жестокого обращения с детьми - первую в России, когда на таком уровне обсуждалась тема, острота которой растет с геометрической прогрессией.

Подзатыльник как особенность национального воспитания

Проблема жестокого обращения с детьми существует не только в России, но и в западных странах, экономически и социально вполне стабильных и благополучных. Что и подтвердили в своих выступлениях специалисты из Великобритании и США. Вот только у них, в отличие от нас, вся ее опасность для национального здоровья осознана давно и серьезно. Результат такого понимания - специальные законы, ювенальные суды, многочисленные государственные и общественные социальные службы, наблюдательные советы и программы по защите детей от жестокого обращения с ними и, наконец, внедрившиеся за долгие десятилетия не без помощи СМИ и кинематографа в общественное сознание поведенческие стереотипы отношения к детям. И к своим, и к чужим. Нет, конечно, как и в российской семье, в семье американской разгневанный папаша, бывает, отвешивает сыну подзатыльник. Но при этом, в отличие от российского отца, искренне полагающего, что подзатыльник - всего лишь воспитательная норма, американский отец к подзатыльнику относится принципиально иначе: знает, что он совершает непозволительный проступок, за который можно и самому получить так, что мало не покажется.

В перерыве конференции одна из ее участниц, побывавшая в США, рассказала случай. Положительный во всех отношениях отец семейства однажды дал пощечину своей четырнадцатилетней дочери, когда она вернулась с дискотеки домой глубокой ночью. Девчонка как истинная американка развернулась и прямиком побежала в полицию, где предъявила свежий синяк. Папу арестовали через несколько минут. Утром раскаявшаяся дочка с мамой пришла отозвать свое заявление. Ей было в этом отказано: по законам штата отцу-"преступнику" светило отселение от семьи и лишение родительских прав. Семье пришлось сильно потратиться на хорошего адвоката, чтобы этого не произошло.

Сюжет, на взгляд российского обывателя, согласитесь, фантастический, если не сказать возмутительный: "Подумаешь, пощечину от отца получила! Да я бы свою за такое вообще как сидорову козу выпорол, и попробовал бы мне кто что-то сказать".

И - выпорет. И никто, в самом деле, ничего такому родителю не скажет. Во-первых, дело-то житейское, семейное, внутреннее. Во-вторых, жестокое обращение с детьми в подавляющем большинстве случаев сходит с рук даже записным домашним извергам: наша семья - очень закрытый социальный институт, а дети всегда зависимы от родителей да и привязаны к ним, потому семейное насилие скрыто от посторонних глаз. Впрочем, как и жестокое обращение с детьми в детдомах, интернатах, школах, даже детсадах. Как отметил член Общественной палаты, руководитель фонда "Нет алкоголизму и наркомании" Олег Зыков, "по разным оценкам, до 97 процентов фактов насилия над детьми просто не фиксируются и не попадают ни в какую статистику". Да и с самой статистикой у нас не все хорошо. Директор департамента минобрнауки, занимающегося вопросами соцзащиты детей, Алина Левитская предупредила: форм отчетности, которые позволили бы располагать реальными данными по жестокому обращению с детьми - в семьях ли, сиротских учреждениях или в обычных детсадах и школах, - не существует. Проще говоря, официальной статистики по этой проблеме в стране на сегодняшний день нет.

Как фактически нет в отечественном законодательстве даже четких определений понятий "жестокое обращение с детьми", "насилие" и "обязанности по воспитанию и содержанию детей". Самая ходовая статья в Уголовном кодексе - 156-я "Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего". Ее применяют во всех "выявленных" случаях жестокого обращения. То есть если до смертоубийства, изнасилования или глубокой инвалидности дело не дошло (тут дети-жертвы идут по общим, "взрослым", статьям), а, скажем, когда добрая воспитательница интерната в наказание выставила подростка из дома в ночь на мороз с последующим крупозным воспалением легких или любящая бабушка напоила до беспамятства пятилетнюю внучку самогоном. Вот такие действия и носят в нашем законодательстве деликатное определение "неисполнение обязанностей по воспитанию". При этом, считает начальник отдела по делам несовершеннолетних и молодежи Генпрокуратуры России Марина Зайцева, санкции, предусмотренные 156-й статьей, "необъективно мягкие и не соответствуют степени общественной опасности таких преступлений. Как следствие, в обществе сложился стереотип безнаказанности за них".

"Кольцо насилия"

Все же данные, показывающие "индекс тревожности" проблемы жестокого обращения с детьми, на конференции существуют. Правда, у каждого ведомства свои. Например, Алина Левитская сообщила, что в одном только 2006 году органы опеки зафиксировали около 3900 случаев жестокого обращения с детьми. Более 7 тысяч детей отобраны у родных родителей при непосредственной угрозе их здоровью, а родители 50 тысяч детей и вовсе лишены родительских прав.

Для сведения: чтобы лишиться в нашей стране родительских прав, недостаточно дать пощечину своему загулявшему на дискотеке чаду, нужно творить со своим ребенком вещи куда более страшные, причем на протяжении долгого времени.

Ну а если говорить не о кризисных семьях, счет которых идет на миллионы, а о ребятах, которые живут в самых нормальных, благополучных семьях, ходят в обычный детский сад или в школу, - насколько такие дети застрахованы от жестокого обращения с ними?

То, что несчастны лишь дети в так называемых семьях группы риска, что только в таких семьях и совершается жестокое обращение с детьми, известный психолог, заведующий отделом клинической психологии Научного центра психического здоровья РАМН Сергей Ениколопов назвал мифом. И в подтверждение тому рассказал об анонимных опросах, проведенных сотрудниками центра в современных благополучных семьях. В частности, опрашивали преуспевающих матерей в возрасте около 30 лет. 90 процентов этих женщин - топ-менеджеров, начальников и замначальников структурных подразделений крупных известных фирм - признались, что по мере своего карьерного роста все чаще стали бить своих детей. Еще 50 процентов - что их стали бить мужья. С точки зрения общества, подчеркнул Ениколопов, это были совершенно замечательные семьи, с хорошим доходом, с высоким образовательным уровнем, где детям дается все. И где при этом детей бьют. Можно не сомневаться, заверил психолог, что эту воспитательную модель их дети возьмут в свою взрослую жизнь и точно так же станут воспитывать собственных детей. Специалисты называют это "кольцом насилия". И такое "кольцо" не замыкается лишь на семьях.

В ходе социсследования, проводившегося в Московском ИПП работников образования, более 40 процентов школьных учителей заявили, что в тот или иной период своей жизни являлись объектом физического или психологического насилия. Они никуда не жаловались, носили это в себе. А такое разрушает. Глубоко на подсознательном уровне заставляет человека жить в ожидании необходимости обороняться, что, в свою очередь, провоцирует в нем агрессивность. Как следствие, эффект "кольца насилия" проявляется и в школах. Впрочем, то же можно сказать и о детсадовских воспитателях, и о других специалистах, работающих с детьми. Рапространенного в других странах специального тестирования, позволяющего выявить в кандидате на педагогическую должность склонность к агрессии, в России не проводят. Мы отдаем своих детей в нормальные школы, обычные детсады и не подозреваем, что чуть меньше половины их педагогов готовы к проявлению насилия к нашим детям, в первую очередь, конечно, психологического.

Кто из нас не видел в своем дет-стве-отрочестве, как это бывает? И многие ли из нас могут твердо заявить, что никогда и ни при каких обстоятельствах не подняли руку на своего ребенка? Как в России воспитывают непослушных детей - по попке отшлепали, в угол поставили, подзатыльник дали и т.д. "Такие воспитательные меры воспринимаются как неизбежные, само собой разумеющиеся, правильные, и это укоренилось в нас, кажется, на ментальном уровне, - считает доктор психологических наук Галина Семья. - У нас своя культура, и мы долго не сможем подстроиться под те нормы отношения к детям, что нам предлагает мировое сообщество". В нашем общественном сознании не укладывается, что подзатыльник - это то же жестокое обращение, которое, кстати, подразделяется на четыре вида насилия: физическое, психологическое, сексуальное и наиболее распространенное социальное, означающее пренебрежение основными жизненными потребностями ребенка. "Нам - не только родителям, но и педагогам-профессионалам, - сказала Галина Владимировна, - даже не всегда удается различить, где меры дисциплинарного воздействия, без которых не обойтись, а где - жестокое обращение". И рассказала о любопытном случае. В

Ясной Поляне есть очень известный детдом, где за основу педагогики берут толстовскую философию. Там долго думали, как наказывать детей. Придумали: если ребенок плохо себя ведет, его оставляют в постели на сутки-двое-трое. Еду провинившемуся носят в постель, не лишая его при этом сладостей и доброжелательного отношения окружающих. Что это - дисциплинарное наказание в воспитательных целях? Или все же такое должно нами приравниваться к жестокому обращению? Ведь в принципе это тоже форма психологического насилия.

Очень большие надежды высказывались на конференции на объявленный и теперь уже наступивший в России Год семьи: может, общий его настрой поможет всем увидеть реальные размеры этой беды - жестокое обращение с детьми и насколько опасно для нации "кольцо насилия" с его воспроизводством людей, живущих в ожидании удара и готовых к агрессии?