Новости

14.02.2008 02:00
Рубрика: Власть

Мобильник для тюрьмы

Верховный суд поддержал юриста Шухардина, запретив отнимать у адвоката в сизо телефон и диктофон

Что можно, а что нельзя защитнику брать с собой на свидание в следственный изолятор?

Ответить на этот вопрос просто: можно то, что разрешит начальник сизо. Или тот чиновник тюремного ведомства, который его замещает. Юристу правозащитной организации Валерию Шухардину, когда он собрался навестить своего подзащитного, такой ответ не понравился. Шухардин - человек грамотный и знает, что есть Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов. И там все запреты и разрешения подробно перечислены. Но, по его мнению, запреты из инструкции плохо согласуются с нашими основными правами и свободами. А Конституция и законы - выше и важнее внутренних инструкций. С этой мыслью Шухардин пошел в Верховный суд.

Сегодня "Российская газета" публикует решение главного суда страны, которое нужно знать и адвокатам, и арестантам, и их родственникам.

Валерий Шухардин в своем иске в Верховный суд написал, что был в изоляторе у подзащитного и у него изъяли цифровой диктофон, а также велели сдать мобильник. А эта процедура нарушила его права как защитника. Потому он не согласен с пунктом 146 Правил внутреннего распорядка сизо, по которому при свидании защитнику запрещено приносить с собой и пользоваться диктофоном и мобильным телефоном без разрешения тюремного начальства.

На суде были представители Генпрокуратуры и министерства юстиции. Они с Шухардиным не согласились. При этом представитель минюста напомнил, что у нас есть специальный Закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых". И инструкция для следственного изолятора, о которой идет речь, написана по этому закону и ему не противоречит. Суд, разбираясь с иском Шухардина, подчеркнул, что тот пункт, против которого выступает защитник, ставит возможность свиданий обвиняемого или подозреваемого с адвокатом в зависимость от решения начальника сизо, что неправильно.

Кстати, не только Верховный, но и Конституционный суд уже разбирался с Законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления". И там тоже речь шла о похожих коллизиях. Поэтому, записал в своем решении Верховный суд, ссылки представителей разных заинтересованных в таких инструкциях ведомств на то, что запрет адвокатам вызван заботой о тайне следствия и тем, что арестант воспользуется "техническими средствами" и помешает установлению истины, не может быть основанием для отказа. Проще говоря, суд сказал так: всем, кому положено следить за порядком и тайнами, - следите. Но свидания адвокатов с подзащитными записаны в Правилах внутреннего распорядка, которые всего-навсего - внутренняя инструкция. Она ограничивает записанные в законе права защитника на оказание арестанту квалифицированной юридической помощи. А по нашим законам права защитника не может отменить никакая внутренняя инструкция.

Исходя из таких соображений Верховный суд в своем решении записал: заявление Шухардина надо удовлетворить и признать пункт 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов не действующим в том месте, где говорится о свидании обвиняемого или подозреваемого с защитником.

Это решение главного суда страны уже действует, потому что вступило в законную силу.

Зону отключат от связи

Новый законопроект предлагает сажать тех, кто принесет арестантам телефон в тюрьму

По инициативе минюста в Госдуму внесен законопроект, предлагающий фактически приравнять мобильные телефоны для арестантов к водке, наркотикам, оружию.

Любой, кто попытается передать заключенному трубку или сим-карту, в будущем рискует сам стать арестантом.

Тюремная контрабанда и сегодня запрещена. Но если за доставку наркотиков могут назначить реальный срок, то за водку, телефоны или, скажем, запеченный в хлеб напильник только оштрафуют. На несколько сотен рублей.

Проблема в том, что иногда для нарушителя игра стоит свеч. Допустим, когда в Санкт-Петербурге создали спецблок в сизо "Кресты" для особо опасных преступников, криминальные авторитеты предлагали тюремщикам до десяти тысяч долларов за доставку телефона в камеру. Это зарплата инспектора за пять-шесть лет. Легко ли устоять перед соблазном?

В результате полностью перекрыть нелегальные каналы не удается. Некоторое заключенные умудряются даже заниматься преступным промыслом прямо из-за решетки. Проблема, кстати, не только российская. В Латвии несколько лет назад группа арестантов названивала из тюрьмы случайным абонентам и угрозами вымогала деньги. Наши заключенные, надо сказать, действовали более деликатно и с выдумкой: они обманывали, представляясь, например, инспекторами ГАИ.

Теперь законопроект предлагает ввести наказание до пяти лет лишения свободы за передачу осужденным мобильных телефонов, сим-карт, а также денег, спиртных напитков и документов, удостоверяющих личность. А тому, кто несет на зону оружие или наркотики, законопроект предусматривает ужесточить наказание - до восьми лет неволи вместо нынешних пяти.

Но совсем от связи с внешним миром арестантов не отключат. В каждой колонии существуют междугородные переговорные пункты. Принцип работы как на обычном телеграфе: заказывай разговор, плати деньги, говори. Есть только один недостаток (с точки зрения некоторых арестантов): все разговоры прослушиваются. Поэтому посекретничать не получится.

документ

Решением Верховного суда РФ от 31 октября 2007 года признан недействующим пункт 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 14 октября 2005 г. N 189, в части установления данного порядка проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником с момента вступления решения суда в законную силу.

дословно

"Гражданин, считающий, что принятым и опубликованным в установленном порядке нормативным правовым актом органа государственной власти нарушаются его права и свободы, гарантированные Конституцией Российской Федерации, законами и другими нормативными правовыми актами, вправе обратиться в суд с заявлением о признании этого акта противоречащим закону полностью или в части" (часть первая статьи 251 ГПК РФ).

Власть Работа власти Госуправление Происшествия Правосудие Тюрьмы