Новости

21.02.2008 02:00
Рубрика: Культура

Булгаков в "ЖЗЛ"

Алексей Варламов завершил роман об авторе "Мастера и Маргариты"

Вчера гостем "Российской газеты" стал писатель, лауреат премии "Большая книга" за роман об Алексее Толстом в серии "ЖЗЛ", филолог Алексей Варламов. Только что он сдал в издательство "Молодая гвардия" свою новую книгу о Михаиле Булгакове. Поэтому "деловой завтрак" начался с разговора об этой последней работе.

Российская газета: Вы взялись за документальную прозу о личности, обросшей за целый век многочисленными мифами, огромным количеством литературоведческих трудов. Какой миф о Булгакове вы развенчиваете в своей книжке?

Алексей Варламов: Как это ни парадоксально, но в книге о Булгакове, наверное, единственной из всех мною пока что написанных, никакого развенчания героя не произошло. Причем это вовсе не входило в мою задачу. Не могу сказать, что я, когда садился за эту книгу, ставил своею целью идеализировать Булгакова, но, во всяком случае мне самому, было поразительно, что я открыл в личности этого человека ту высоту, которую он действительно реально занимал. И меня поразила эта высота. Я мог умозрительно представлять, что это был необыкновенный писатель, что у него была очень горькая и трудная судьба. Но как он держался, как он держал удары судьбы!

РГ: Вам не мешал массовый восторг интеллигенции, у которой за отсуствием иных кумиров, кумиром стал Булгаков?

Варламов: Мне кажется, что Булгаков в последние годы перестал быть кумиром. Особенно это связано с православными читателями Булгакова, у которых свои претензии к нему. Я - тоже человек православный, и у меня с ними много общих точек соприкосновения. Понять их логику, расставить правильные акценты, это для меня было важнее, чем выяснять отношения с интеллигентской апологией Булгакова. Для меня главным в Булгакове было то, что он человек Серебряного века.

Я и рассматриваю его как человека Серебряного века, который просто не мог не миновать всех этих искушений своего времени. К этому обязывает профессия писателя. Я себе такую формулировку в книге предложил: он отпал от Бога, потому что был писателем от Бога.

Культура Литература Лучшие интервью