Новости

05.03.2008 07:10
Рубрика: Общество

Умом Европу не принять

Социологи попросили россиян найти и обозначить свое место в мире

Противопоставлять Россию и Европу, Россию и Запад - занятие, столь же совместимое с формальной логикой, как сравнение "головы и организма". Одно с другим связано и взаимозависимо. Наша страна занимает немалую часть европейского пространства, да и дальний, заокеанский Запад от нас не так уж далек - если чертить путь от Анадыря до Анкориджа. Однако общественное мнение и общественное сознание - вещи куда более замысловатые, чем вся география, вместе взятая. В этом еще раз убедились ученые из Института социологии РАН.

В своем масштабном исследовании они попытались проникнуть в глубь "исторического самосознания и национального менталитета" россиян, то есть прозондировать и, где возможно, выразить в цифрах наше отношение к себе самим и к зарубежным соседям. Какое место, по мнению граждан, занимает и должна занимать Россия в большом и не всегда дружелюбном мире? Чем мы можем гордиться и что вызывает стыд? Какое будущее мы пророчим нашей стране в ряду остальных государств?

При этом социологи имели возможность сравнить однотипные исследования разных лет - 1998, 2004 и 2007 годов. Различия в оценках были порой огромными.

Собственная гордость

Поэт в свое время восклицал: "Да, скифы мы! Да, азиаты!". Нынешние жители России, как свидетельствуют опросы, с большим скрипом вообще определяются, "кто они такие". Уже не монолитный "советский народ", еще не совсем "россияне", объединенные общими целями и интересами. Они больше озабочены собственными повседневными делами, нежели величием и амбициями "державы" (хотя временами им за нее и бывает "обидно"). Символы величия своей страны россияне черпают по большей части в ее "советском прошлом". Прежде всего это победа в Великой Отечественной войне (ее, как повод для гордости, назвали 67%). Еще у 61% такое чувство вызывает то, что советский народ смог восстановить страну из руин в послевоенные годы. Среди "пятерки" достижений - успехи советской космонавтики (54%) и первый полет в космос Юрия Гагарина (42%).

Более половины (56%) опрошенных гордятся российскими поэтами, писателями, композиторами. Правда, по большей части эти гении жили в XIX - начале XX веков. Свыше четверти респондентов (26%) гордятся достижениями российских спортсменов (это тоже не самая новейшая история страны).

Всего лишь у 6 процентов вызывают чувство гордости освобождение крестьян от крепостной зависимости в 1861 году, а Октябрьская революция 1917 г. и установление советской власти - у 7%. Деяния царей династии Романовых высоко оценил каждый десятый, подвиги православных мучеников и святых вызывают гордость у 6% опрошенных.

Современников любят не больше. Только 16% считают, что сегодня можно гордиться авторитетом России в мире. У стольких же россиян гордость вызывает наша система образования. Часть респондентов с уважением относятся к российской армии и достижениям отечественной медицины (14% и 12% - соответственно). Практически не оценили граждане заслуги политиков ельцинских времен. Лишь у 3% гордость вызывает период гласности и правления Горбачева. На этом фоне выделяются ответы 14% россиян, считающих одним из значительных достижений ликвидацию "железного занавеса" между Россией и остальным миром.

Правда, если сравнивать исследования разных лет, то видно: для молодых людей достижения советских времен становятся все менее значимыми, а повод для гордости они чаще отыскивают в современности.

А вот на вопрос, в какую из исторических эпох они хотели бы в России жить, 57 процентов ответили - сейчас, во времена "путинской стабильности". Мало нашлось охотников перенестись в эпохи "великих свершений и перемен": в 30-50-е годы хотели бы жить лишь 3 процента опрошенных, перед 1917 годом и во времена хрущевской "оттепели" - только по 5 процентов. Сердцам 26 процентов россиян особенно милы времена "брежневского" застоя - 70-80 гг. ХХ века.

Русские. Что это объясняет?

На вопрос, выненесенный в заглавие бессчетного количества дискуссий: "Что такое быть русским в России?" - граждане отвечают очень неоднозначно.

38% опрошенных россиян полагают, что "русские - это те, кто воспитан на русской культуре, и считают ее своей". Однако ненамного меньше и тех, кто считает главным "наличие русских родителей" (33%). 32% россиян считают, что русский - это тот, кто любит Россию, 27% - тот, кто сам называет себя русским, 20% - тот, кто имеет российское гражданство, 13% - тот, кто говорит по-русски, и, наконец, 11% - тот, кто исповедует православную веру. Как ни странно, к "голосу крови" почти в два раза чаще апеллируют жители мегаполисов (до 56 процентов).

Невозможно отрицать очевидный факт: в нашем обществе немало и крайних националистов - тех, кто разделяет идею: "Россия должна быть государством русских людей". Отрадно лишь, что за семь лет их число не выросло, так и оставшись на уровне 7-10 процентов. Иное дело - сторонники "нерадикальных" методов, которые считают, что "Россия - многонациональная страна, но русские, составляя большинство, должны иметь больше прав, ибо на них лежит основная ответственность за судьбу страны". Доля сторонников этой идеи выросла с 20% в 1998-м до 31% в 2007 году. В равной степени сократилась доля интернационалистов, которые считают, что "Россия - общий дом многих народов, оказывающих друг на друга влияние. Все народы России должны обладать равными правами, и никто не должен иметь никаких преимуществ". В 1998 году интернационалисты составляли 64% россиян, а ныне - их 48%. Тревожит социологов то, что идею "Россия - для русских" начинает поддерживать все больше молодежи. Так, среди самой младшей возрастной группы - до 25 лет - доля сторонников этого лозунга достигает 25%, а в самой старшей возрастной группе - 13%. Особенно велика прослойка националистически ориентированной молодежи среди жителей мегаполисов - 30% и граждан с хорошим материальным положением - 23%.

Какими россияне видят самих себя? Судя по коллективному автопортрету, нарисованному респондентами, мы гостеприимны (об этом сказали 83%), добры (82%), смелы (76%), терпимы (76%), обладаем чувством юмора (71%) и духовностью (67%), любознательны (65%). Но в то же время - ленивы (60%), расхлябанны (60%) и необязательны (53%). Образ, как мы видим, вполне традиционный - в духе классической литературы. Россияне уверены, что по душевным качествам мы превосходим европейцев и несколько "опережаем" братьев-славян. Особенно настойчиво люди отмечали присущую российскому народу "честность".

Из ближайших соседей весьма критично наши сограждане оказались настроены к украинцам - им почти вдвое чаще, чем "своим собратьям-русакам", приписывали такие недостатки, как хвастливость, лживость, скупость. Хотя по необязательности, неряшливости, расхлябанности сомнительную пальму первенства русские самокритично оставили себе.

Пословица "что русскому здорово, то немцу смерть" в массовой памяти, похоже, жива. По крайней мере, немцев и англичан россияне считают в чем-то схожими между собой и резко отличающимися от славян. Немцы представляются русскому человеку аккуратными (79%), пунктуальными (69%), законопослушными (61%), расчетливыми (59%), жестокими (52%), трудолюбивыми (50%). А англичане - вежливыми (58%), деловитыми (55%), законопослушными (47%), уверенными в себе (43%) и пунктуальными (41%).

До первой крови

Готовы ли мы "жизнь положить за Родину"? Смотря по обстоятельствам. Как выяснили социологи, если страна окажется на грани распада из-за очередного "парада сепаратистов", рисковать жизнью ради целостности страны готовы лишь 20% опрошенных (не готовы - 43%). Но вот если все мы подвергнемся опасности извне, то биться с внешним врагом, не щадя живота своего, готовы вдвое больше россиян - 43%. Впрочем, матросовых и гастелло у нас с годами все меньше. В последние годы число патриотов, готовых рисковать жизнью в случае угрозы как внешнего, так и внутреннего распада страны, сокращается. Среди тех, кто превыше всего ставит безопасность и целостность государства, преобладают материально обеспеченные граждане, много патриотически настроенных россиян и среди жителей мегаполисов. А приверженцы лозунга "Россия - для русских" в целом несколько чаще (не каждый пятый, а каждый четвертый) высказывали готовность жизнь положить на то, чтобы противостоять "внутреннему врагу".

Если уж биться до первой крови или последней ее капли, то надо хотя бы знать врага "в лицо". Здесь общественное мнение во все времена было единодушно: противников мы видели по большей части на Западе. С "Западом" (к которому, кроме европейских стран и США, мистическим образом причисляется и такой явный Восток, как Япония) отношения у россиян всегда были сложными - доходя от предельной открытости до угрюмой замкнутости. Как показывают данные социологических исследований, в последнее десятилетие мы к Западу сильно охладели. До конца 90-х годов ХХ века уровень симпатий к США и ведущим государствам Западной Европы в России превышал уровень антипатий не менее чем в 7-9 раз. Но события на международной арене (расширение НАТО на восток, бомбардировки Сербии, появление американских военных баз в государствах Центральной Азии, поощрение антироссийской политики балтийских стран и т.д.) сказаться не замедлили. Образ Запада в сознании большинства российских граждан прочно связан с понятием "угроза". Правда, если само слово "Запад" в 2000 г. вызывало негативные ассоциации у 53%-54% россиян, а положительные - у 46-47%, то сейчас соотношение практически равное. Несмотря на все последние обмены колкостями и пропагандистские атаки в СМИ, около 35% наших сограждан считают, что отношения РФ и Запада в последнее время улучшились (в обратном убеждено вдвое меньше). Каждый четвертый считает, что в этой сфере перемен нет.

Тем не менее старая ненависть - как и старая любовь - "не ржавеет". Особенно резкое неприятие у россиян вызывает такая составная часть "Запада", как НАТО. Если в 1998 г. только 4,4% опрошенных считали Североатлантический альянс источником реальной опасности, всего через год так думала уже половина опрошенных. Сегодня, по данным ИС РАН, слово "НАТО" вызывает положительные чувства менее чем у одного респондента из четырех, а негативные - у 76% опрошенных.

Не любят в России и Америку. Если в 1995 г. свыше 77% наших сограждан воспринимали упоминание о США вполне благожелательно и только 9% неприязненно, то в начале нового века доля первых сократилась до приблизительно 37%, а вторых - выросла до 40%. Сейчас положительно относятся к США примерно 37% опрошенных, а отрицательно - почти 45%.

При этом, кстати, чем более независимо какая-либо из западных стран ведет себя в отношениях с Америкой, тем больше симпатий она может себе снискать в России. Количество россиян, которым "нравится" Франция, превышает число не симпатизирующих ей примерно в 8,5 раза. Несмотря на нелегкую память о Второй мировой войне, достаточно уважительно и дружелюбно воспринимают Германию: счет 3:1 в пользу симпатий. Свыше 72% российских граждан оценивают нынешние отношения России с Германией как хорошие и очень хорошие, тогда как плохими или очень плохими их назвали всего 7,5%. А вот Великобритания на этом фоне несколько проигрывает. Если в 1995 г. по уровню популярности она в глазах россиян почти не уступала Франции и на 7%-8% опережала Германию, то в 2007 г. отстала от ФРГ примерно на 11 процентных пунктов.

Не простили попытки сыграть роль "противовеса" России практически "родственнице" - Украине. В рейтинге симпатий она занимает весьма скромное место, в антипатиях - необычно высокое для братской славянской республики.

Европа для жителей России кажется более близкой, чем Америка или Азия (за вычетом разве что Индии и Казахстана, к которым наши люди всегда относились благожелательно). Слово "Европа" вызвало добрые чувства у 72%, "Азия" - у 20%, "Америка" - у 30%. Интересно, что на эмоциональном уровне слово "Евросоюз" россияне воспринимали намного холоднее, чем "Европу" (соответственно - 59 и 79 процентов "позитивных" суждений). Но и неприязненные реакции на слово "Европа" стали встречаться значительно чаще (в 2000 г. они были зафиксированы у 17% опрошенных, а в 2007-м - уже у 27%).

Социологам просто грех было не поинтересоваться, в чем причина такого охлаждения отношений. Как выяснилось, люди видели ее совсем не в том, о чем так много говорят, касаясь этой темы, европейские СМИ. Их мало волновали "неевропейский" менталитет россиян, наплыв наших сограждан в Европу, несостыковки во взглядах на демократию, политика "Газпрома" и т.п. Самым главным фактором, сдерживающим взаимное сближение, до трети опрошенных называли стремление Евросоюза навязывать другим свое понимание демократии, а также расширение НАТО на Восток. Приблизительно каждый пятый упоминал нежелание Евросоюза допускать российский бизнес на свои рынки и стремление Запада "переписать историю Второй мировой войны, поставить под сомнение решающий вклад СССР в победу над фашизмом".

Между Востоком и Западом

Социологи предложили людям определить, к кому Россия ближе - к Западу или Востоку по своей культуре, экономике и национальному характеру. Место нашей страны "между двумя цивилизациями" предлагалось определить, используя 11-балльную шкалу, где слева - Запад, а справа - Восток.

В 90-е годы большинство россиян (50%-51%) отождествляли себя с Западом только в культуре. Экономика царившего в те годы "дикого" капитализма, казалась им чисто азиатским или, в лучшем случае, смешанным "евразийским" явлением (количество ответов, проставленных в четырех правых клеточках шкалы и в центральной ее части, было примерно равным и составляло в обоих случаях чуть больше 41%). Однако национальный характер россиян считали "евразийским" около 55%, скорее напоминающим "западный" - приблизительно треть, "восточным" - менее 12%. После 2004 года соотношение стало меняться.

При том, что люди в общем и целом стали демонстрировать рост национального самосознания и стремление дистанцироваться от Запада, почти все упомянутые выше оценки сдвинулись в прямо противоположном направлении. Лишь по поводу культуры мнение почти не изменилось. Зато свою экономику гораздо чаще россияне стали считать если не "евразийской" (это заявляли 40,6 процента), то близкой к западным моделям: доля тех, кто так считает, увеличилась по сравнению с 1998 г. более чем в 2 раза (с 17% до 36,4%). Сейчас не более пятой части россиян считают, что народное хозяйство страны строится по "восточным" лекалам. Но особенно сильно озадачило исследователей то, что и свой "национальный характер" россияне тоже стали чаще считать более похожим на европейский, чем на "азиатский": число тех, кто ставил галочки в левой, западной, части шкалы, в 2007 г. перевесило прочие категории.

В целом же, заставив респондентов заполнить длинную таблицу, социологи выяснили, что ассоциативный "портрет" Европы с 2002 года сильно не изменился. Несколько увеличилась доля тех, у кого она вызывает мысли об "угрозе", "угнетении", "скуке", моральном упадке", "эгоизме" и т.д. Но в числе 4-5 самых важных и частых смысловых ассоциаций, которые вызывает у россиян "Западная Европа", по-прежнему в первую очередь - "благосостояние, цивилизация, права человека, демократия, дисциплина". Образ собственной страны за то же самое время изменился куда сильнее. В 2002 г. Россия, к сожалению, ассоциировалась прежде всего с "кризисом" и "наркотиками", и только вслед за таким негативом шли "патриотизм" и "духовный мир", а потом опять - "моральный упадок". В 2007 г. первая пятерка характеристик России выглядит куда лучше: "патриотизм", "духовный мир", "кризис", "культура", "взаимопомощь". Сильно выросло число тех, у кого образ России вызывает ассоциации с "силой", "волей" и "энергией", а также "честностью", "патриотизмом", "духовным миром", "интеллектом", "гуманизмом".

В бочке меда не без ложки дёгтя. Респонденты весьма критически оценивали свою страну по таким параметрам, как, например, "демократия", "свобода", "угроза", "скука", "моральный упадок" (по сравнению с данными пятилетней давности они практически не улучшились).

Догнать и перегнать

В каких сферах Россия могла бы усилить свои позиции на мировой арене в ближайшие 10 лет? Почти 60% опрошенных безоговорочно выдвинули на первый план добычу и экспорт природных ресурсов. Остальные сферы промышленного производства и сельского хозяйства перечисляли намного реже. Правда, за последние 5 лет несколько увеличилась доля тех, кто склонен связывать усиление позиций России и с некоторыми областями промышленности. В частности, с производством вооружений. Но рост этих цифр незначителен, всего 3%-4%. Несколько больше возможностей респонденты видят в сфере науки и высоких технологий, но и здесь число оптимистов увеличилось только на 6%. При этом, увы, россияне довольно низкого мнения о возможностях нашей страны в сфере образования и культуры, хотя едва ли не главной национальной особенностью сами же называют "высокий потенциал духовности". Но и число пессимистов, считающих, что у России вообще нет возможностей и шансов для усиления своих позиций по отношению к Европе, очень невелико (чуть более 4 процентов).

Примерно 45% участников опроса выразили уверенность в том, что повышению престижа России будет способствовать подготовка к Олимпийским играм 2014 г. в Сочи и, разумеется, сами эти игры. Столько считают, что Олимпиада будет способствовать развитию физкультуры и спорта в стране. Около 30% россиян убеждены в том, что проведение Игр вызовет патриотический подъем и рост национального самосознания, почти столько же ожидают значительного притока в этой связи иностранных инвестиций и общего оживления российской экономики. Но около трети - скептики. Они заявляли, что огромные деньги, ассигнованные на Олимпиаду, могут быть частично расхищены, и их было бы лучше потратить на социальные нужды. Приблизительно столько же предсказывали, что строительство олимпийских объектов приведет к спекулятивному росту цен на недвижимость. Около 12 процентов опасались, что олимпийские стройки нанесут ущерб экологии Черноморского побережья. Впрочем, многие наши сограждане одновременно высказывали и позитивную, и скептическую точку зрения на зимнюю Олимпиаду 2014 г.

Там лучше, где мы есть

С кем мы не прочь бы объединиться? Готовы слиться с Евросоюзом лишь 10-11% наших сограждан (среди тех, кому до 35 лет, цифра на 5-8% выше). Около 13 процентов хотели бы жить в союзе Россия-Белоруссия-Украина-Казахстан, 18 процентов - во вновь объединенном СССР (так чаще говорят люди старшего возраста). Правда, почти 40% хотели бы просто жить в своей стране, ни с кем не объединяясь.

Свыше половины россиян, в том числе 40%-43% юношей и девушек, не хотели бы надолго покидать Родину, а примерно каждый пятый вообще не намерен уезжать ни при каких обстоятельствах. В то же время довольно значительная часть населения страны достаточно мобильна и готова "встать на крыло", попытав счастья за границей. Однако, судя по данным социологов, очень популярная еще совсем недавно мечта об эмиграции в Соединенные Штаты значительно потускнела. Во всяком случае, в неевропейских странах, включая СНГ, зарубежную Азию и Америку, сегодня хотели бы жить не более 3% россиян. Доля желающих переехать в страны Евросоюза составляет до 6% опрошенных (среди молодых - в 2 раза выше). Среди молодежи до 25 лет около трети опрошенных хотели бы выехать в европейские страны на учебу или временную работу.

тенденции

Путь на Запад и обратно

Чтобы сблизиться с Европой, Россия не должна "переступать через себя"

Итоги опроса комментирует руководитель исследования, директор Института социологии РАН, член-корреспондент Российской академии наук Михаил Горшков.

Российская газета: Михаил Константинович, Киплинг говорил, что Западу с Востоком "вместе не сойтись", Тютчев - что "умом Россию не понять"… Так ли в действительности глубоки различия между нашим и западным общественным сознанием?

Михаил Горшков: Если говорить о жизненных ценностях россиян, то больших различий со взглядами жителей Германии, Швеции, Великобритании, США сравнительный анализ не выявляет. Людям во всех странах примерно одинаково важны семья, друзья, свое дело, религия, политика и т.п. Разве что для наших сограждан особенно нужна работа и растет значимость свободного времени (меньше нас его ценят немцы, больше - шведы). Дело вообще не в фактических различиях. Собирательный образ любого народа в его собственных глазах и в понимании других наций формируется очень непросто, здесь действуют не только реальные причины и поводы, но и в значительной степени - мифы, стереотипы.

Как показывают наши исследования, в течение второй половины 90-х годов ХХ века в России медленно, но верно менялась система ценностей, подходов и ориентиров, образ своей страны и эмоциональная тональность восприятия других народов. Особенно сильные изменения претерпело отношение к Западу: если в начале 90-х россияне были увлечены перспективой вхождения в "сообщество цивилизованных государств" (и переноса западного опыта на нашу почву), то теперь формируется своего рода неоконсервативная волна. В массовом сознании постепенно крепнет уверенность, что западный путь для России не так уж и хорош, а ее культурно-историческое своеобразие нужно хранить и развивать. При этом явное охлаждение россиян к западному опыту и примеру обусловлено многими причинами - как расширением НАТО на Восток и агрессивной политикой США, например, на Балканах и в Ираке, так и укреплением наших собственных позиций, ростом гражданского самосознания и патриотических настроений.

РГ: Когда-то мы готовы были строить российскую демократию по западным моделям - как шить костюмы фабрики "Большевичка" по зарубежным лекалам…

Горшков: Россияне признают ценность демократии, но все-таки не рассматривают ее как предмет первой необходимости. Есть суровая реальность: доля относительно благополучного населения страны с 1998 г. устойчиво составляет 28%, а самым распространенным и типичным для России является состояние малообеспеченности (40-41%). По уровню жизни мы в таком положении, в котором население развитых стран находилось примерно в 30-40-х годах ХХ века. И как бы это ни уязвляло нашу национальную гордость, величайшие достижения российской науки и технологического развития продолжают мирно соседствовать с тем, что основная часть трудоспособного населения страны живет еще в раннеиндустриальную эпоху со всеми вытекающими отсюда последствиями для их мировоззрения.

"Горячие головы" в западном экспертном и журналистском сообществе часто твердят о том, что русские якобы "демократически невоспитуемы" с рождения. Так вот, в российском обществе демократию и правда понимают иначе, чем в западных странах. Нашим согражданам важнее прежде всего не политический, а социально-экономический ее компонент. Да и "свобода" для большинства россиян - это не столько свод политических прав и свобод, сколько "свобода-воля", стремление быть самому себе хозяином.

Но не надо преувеличивать эти нюансы. Говоря о демократии, россияне называют первоочередной целью равенство всех граждан перед законом, независимое судопроизводство, политический плюрализм, свободные выборы, включая выборы главы государства, а также преодоление чрезмерных социальных и имущественных несоответствий в обществе. Основная претензия россиян к отечественной модели демократии - низкий уровень ее эффективности, и прежде всего тех институтов, которые призваны выражать и защищать интересы граждан. Лишь 28% россиян удовлетворены тем, как "работает демократия", а 72% не удовлетворены. В этом мы сильно отличаемся от граждан ЕС, хотя и там далеко не все население довольно работой демократических институтов (в Швеции - 28%, в Великобритании - 31%, в Германии - 35%; выделяется Ирландия - 58% и Испания - 59%).

Однако, сравнивая прежние и нынешние результаты исследований ИС РАН, можно сделать вывод: социальная структура российского общества, построенная на основе оценки самими россиянами своего места в нем, приближается в настоящее время к модели, характерной для стабильно развивающихся стран: большинство населения ощущает себя представителями средних слоев, а состояние "социальных аутсайдеров" - удел сравнительного меньшинства. Чисто психологически россиянам сейчас гораздо важнее не "обрести демократию", а понять, что страна наконец выходит из затяжного кризиса. И это ощущение, судя по всему, сейчас появилось. Сопоставляя свою страну с Западом, люди понимают его многочисленные и важные преимущества, но все же не чувствуют себя "подавленными". В массе своей наши сограждане являются сторонниками повышения роли России в мире (лишь около 7% населения считает, что ей не следует стремиться ни к каким глобальным целям). Правда, расходятся в оценках "высоты планки". Чуть более трети (если быть более точным, то 34, 6%, в основном люди старшего возраста) полагают, что общей целью должно быть возвращение статуса сверхдержавы. Однако более распространенным оказался иной подход: России достаточно будет войти в число 10-15 ведущих государств мира. В пользу такой постановки вопроса высказалось примерно 45%, а в группе молодежи до 16-25 лет - свыше половины опрошенных.

РГ: Это не такая же утопия, как знаменитое "догнать и перегнать Америку"?

Горшков: Подавляющее большинство наших респондентов, вероятно, не слышали про вывод, сделанный не так давно экспертами Денверского университета, согласно которому Российская Федерация в настоящее время вышла на первое место в мире по уровню международного влияния, опередив другие ведущие страны мира, не исключая США. Оценки самих россиян намного скромнее. Тем не менее возрождающееся чувство уверенности в своих силах способствовало тому, что международный статус России в глазах ее населения за последние годы явно повысился. Так, сравнивая политический вес различных европейских государств, наши респонденты в 2002 г. поставили Германию выше России. В настоящее время их мнение изменилось на противоположное (хотя перевес очень незначительный). Превосходит Россия, по мнению наших сограждан, и Францию. Хотя заметно уступает Великобритании, не говоря уже о Евросоюзе в целом.

РГ: Так мы все-таки стремимся в Европу или хотим с ней размежеваться?

Горшков: Последние пятнадцать лет не прошли для страны даром. Изменилась Россия, стали иными и ее граждане. Расхожее мнение о том, что между РФ и Европой растет "ценностная пропасть", наши данные не подтверждают.

Наше национальное самосознание весьма противоречиво. Мы довольно настороженно относимся к различным структурам современного глобального мира (от НАТО до МВФ и ВТО), мы вовсе не стремимся влиться в Евросоюз. Россияне сейчас скорее "умеренные изоляционисты", чем сторонники интеграции с кем-либо. И все же результаты наших исследований говорят если не о стремлении, то о склонности к сближению России и Европы. Этот процесс не рождает в обществе неприятия и не вносит в него ненужной психологической напряженности. Нам для того, чтобы понять и принять Европу, все-таки не нужно "переступать через себя". В конечном счете "европейский путь" без особого внутреннего сопротивления вполне способны принять практически все группы российского общества, естественно, если он не обернется для россиян очевидными и болезненными разочарованиями. Но это уже зависит не столько от России, сколько от ее партнеров на международной арене.

Справка "РГ":

Аналитический доклад "Российская идентичность в социологическом измерении" подготовлен на основе данных трех исследований, проведенных Институтом социологии РАН (до 2005 г. - ИКСИ РАН) в сотрудничестве с Представительством Фонда им. Ф. Эберта в РФ в июне-июле 1998 г., в июне-июле 2004 г. и в сентябре 2007 г.

Опросы проводились в 71 поселении 24 субъектов РФ по двухступенчатой выборке (репрезентативной для населения РФ в целом на основании данных Росстата) среди респондентов 16-65 лет. В целях поколенческого (когортного) анализа весь массив выборочной совокупности - 2000 человек - был разбит на 5 равных групп - по 400 человек (в 1998 г. - по 600 человек, в 2004 г. - 500 человек в каждой). Возрастные градации групп: 16-25 лет, 26-35 лет, 36-45 лет, 46-55 лет, 56-65 лет. По второй модели выборки проводился квотный отбор респондентов по полу, возрасту, социально-профессиональному признаку, национальности. Для сбора первичной социологической информации во всех трех исследованиях применялся метод индивидуального стандартизированного интервью.

Настоящее исследование и аналитический доклад выполнены рабочей группой ИС РАН в составе: руководитель группы, член-корреспондент РАН М.К. Горшков, А.Л. Андреев, В.А. Аникин, Л.Г. Бызов, Р.Э. Бараш, В.В. Петухов, Н.Е. Тихонова. Научный консультант исследования - глава Представительства Фонда им. Ф. Эберта в РФ доктор Р. Крумм. Научный редактор - Н.И. Покида.

Общество Соцсфера Социология Общество Ежедневник Стиль жизни
Добавьте RG.RU 
в избранные источники