Новости

20.03.2008 05:58
Рубрика: Происшествия

Садовая оборона

Застреливший вора копейчанин вышел на свободу, но 11 месяцев в СИЗО не прошли даром
Текст: Илья Изотов (Альбина Золотухина, Копейск-Челябинск)

Суд пересмотрел приговор Василию Кирякову, ранее осужденному за умышленное причинение вреда здоровью, повлекшее за собой гибель человека. Смертельный выстрел признали превышением пределов необходимой обороны. Вчера Василий Киряков, освобожденный из-под стражи прямо в зале суда, впервые после годичного перерыва побывал на родном садовом участке вместе с корреспондентом "РГ".

Возвращение

Подходя по запорошенной снегом тропинке к знакомой садовой калитке спустя год после драматических событий, 54-летний Василий Киряков едва сдерживает эмоции. (О событиях в копейском саду "Кировец" "РГ" писала вы выпуске от 6 февраля 2008 года - "Битва на грядке").

- Адвокат вообще мне пока не советовал показываться в саду, - признается Василий Александрович. - Мало ли что - нервы могут не выдержать. Пока сидел в СИЗО, сердце стало пошаливать, зрение упало… Но места я себе дома не нахожу. Постоянно все эти события в голове прокручиваю, а ночью просыпаюсь каждые двадцать минут.

Черная как уголь немецкая овчарка Бэт встречает хозяина явно недружелюбным лаем, злобно оскаливается, то и дело пытаясь ухватить Кирякова за руку. "Бат! Бат!" Нет, не узнал любимый пес - забыл за год. Сын Василия Александровича студент Иван закрывает собаку в доме, от греха подальше. И садовод начинает в тысячный, наверное, раз пересказывать свою историю…

Ровно год назад, 23 марта, Василий Киряков, как обычно, ночевал в своем садовом домике. В половине первого проснулся от подозрительного шума. "Сначала подумал - кошки, но шум был такой, словно рота бежит. Я понял, что пришли грабить". Возле двери у Кирякова стояла в чехле старая охотничья одностволка. Вооружившись ею и приведя курок в боевое положение, хозяин вышел на улицу. Воры бойко сдирали с крыши бани оцинкованные листы профнастила. "Да сколько можно, все уже разворовали!" - крикнул он непрошеным ночным гостям. В ответ последовали мат и угрозы: "Ты молчи, а то грохнем, снегом завалим, и будешь до весны подснежником".

- Меня всего трясло, - вспоминает Киряков. - Но выстрелить я хотел в сторону. Было совсем темно. Попал в человека. Один из воров сразу же убежал, а второго я заметил только некоторое время спустя: не мог заснуть, переживал случившееся. Вышел на улицу, а он раненый лежит. Я хотел вызвать скорую, но тот упрашивал: "Никуда не звони, старый. Я только что с зоны, опять посадят". 23-летний Фанис Баязитов действительно был судим за убийство и семь лет провел в колонии.

Киряков оказал раненому первую помощь - перевязал рану на ноге, которая, как оказалось потом, стала смертельной. Дробь попала в артерию левой ягодицы, и грабитель скончался от потери крови. Но Киряков до сих пор жалеет, что не вызвал скорую в ту злополучную ночь.

Справедливость

Своей вины садовод не отрицал, был арестован, а затем осужден решением Копейского городского суда на четыре года лишения свободы. Как писала "РГ", история Василия Кирякова получила широкий резонанс - общественность сочла приговор слишком суровым. Садоводы начали посылать письма во все инстанции, пикетировали здание суда, пытались доказать, что Киряков защищал не столько имущество, сколько свою жизнь. Адвокаты добились пересмотра дела.

Но при новом рассмотрении суд все же не признал тот факт, что жизни подсудимого во время конфликта угрожала какая-либо опасность. Если в адрес садовода и были угрозы, то, по мнению суда, только словесные. Киряков защищал свою собственность, но превысил меры необходимой обороны. Суд также учел положительные характеристики и возраст садовода, а также то, что ранее Василий Киряков не был судим и пытался оказать потерпевшему помощь. В итоге он приговорен к 11 месяцам и 19 дням лишения свободы. Именно столько Киряков уже провел за решеткой после ареста, поэтому и был освобожден прямо в зале суда.

Пожилой садовод заплакал, выслушав приговор. Он уже просил прощения у родных убитого. Правда, родные потерпевшего - им Киряков в качестве компенсации должен будет выплатить сто тысяч рублей и 15 тысяч за похороны Баязитова - намерены опротестовать решение суда и добиться приговора по прежней статье - "Умышленное причинение вреда здоровью, повлекшее за собой смерть человека".

- Деньги я, конечно, выплачу, - рассуждает Киряков. - Я даже готов взять на воспитание двухмесячного ребенка Баязитова…

Осмысление

Василий Киряков проработал на машиностроительном заводе 33 года. Уважаемый в коллективе человек. Последние годы он начальник хозяйственного отдела предприятия. Уже 10 лет не берет в рот ни капли спиртного, мечтает еще и курить бросить. Успехи Кирякова-управленца заметило заводское начальство, предложило ему на базе хозяйственного отдела создать экспериментальную воспитательную площадку. Не секрет, что многие освободившиеся из мест заключения - а таких в шахтерском Копейске немало - начинают адаптироваться к жизни на свободе именно под присмотром Кирякова. Умеет он найти общий язык с судимыми. Удивляется теперь, что это не удалось в ту мартовскую ночь.

- Чисто по-человечески я к этому парню теперь не чувствую зла. Жалею, что взялся за ружье, но если б мне не угрожали, этого бы не было…

В ближайший понедельник Василий Киряков, сам в роли подопечных зэка, собирается выйти на работу - сейчас формально необходимо, чтобы прошли 10 дней, отведенные законом на возможное обжалование нового приговора. Сослуживцы, как и весь минувший год, поддерживают своего коллегу чем могут. Например, недавно завод помог Кирякову запастись дровами для садового домика - несмотря на все пережитое, отказываться от своей привычки жить на свежем воздухе он не хочет. Общественные защитники осужденного садовода заявляют, что не намерены останавливаться на достигнутом.

- С одной стороны, человек на свободе. Но я считаю, надо обжаловать приговор, - говорит общественный защитник садовода депутат Копейского собрания депутатов Вячеслав Павлов. - В частности, укажем на неправомерные действия прокуратуры во время расследования, потому что допущено много грубых нарушений. Будем добиваться полного оправдания Кирякова.

Во всей этой истории больше всего удивляет, как равнодушно российская правовая система перемалывает человека, решившего всего лишь защитить свое имущество и здоровье. Уже на стадии следствия прокуратура просила Кирякова пойти по пути наименьшего сопротивления.
- Следователь все говорил: "Давай мы напишем все как надо, а ты подпишешь. Отсидишь полтора года с учетом раскаяния и выйдешь на волю". Я тогда не знал, что речь идет о статье "Умышленное причинение вреда здоровью".

И долгие месяцы в следственном изоляторе - в камере, где вопреки всем международным стандартам на 24 сидельца всего 12 мест. Спать в СИЗО приходилось по очереди, но здесь-то сокамерники отнеслись к Кирякову с пониманием, можно даже сказать, с сочувствием. Потом суд, лишивший свободы на четыре года.

Суд, безусловно, действует согласно букве закона. Но параллели возникают неизбежно. Почему высокопоставленный прокурорский работник, неумышленно застреливший друга на охоте во время пьяного застолья, на период следствия остается на свободе, с обязательством о явке, а потом получает год лишения свободы условно с испытательным сроком два года. А простой садовод, на чью безопасность посягнули преступники, немедленно отправляется за решетку. Не говорит ли это о существовании двойных стандартов? Почему в одном случае подбирается квалификация преступления, предусматривающая наказание "меньше меньшего", а в другом - по максимуму? И почему не учитывается масса мелких жизненных деталей и обстоятельств, из которых и складывается целостный портрет человека. Не секрет, что в первую очередь идут в расчет сугубо протокольные биографические данные: характеристика с места работы, наличие несовершеннолетних детей, отсутствие судимости.

Прокуратура думает о "красивой" отчетности, возможности отрапортовать наверх об оперативном раскрытии тяжкого преступления. Судьи - о соблюдении закона. Но закон, как всегда, допускает массу толкований, и вполне может получиться так, что преступник становится потерпевшим, а жертва наглых грабителей - убийцей. Понятия "закон" и "справедливость", как это ни парадоксально, начинают противоречить друг другу. Человек на правоохранительном конвейере уже не субъект конституционного права, чье достоинство должно быть выше всего. Система подходит к гражданину априори с обвинительной точки зрения: виновен, и точка. Но, с другой стороны, тот же судья или прокурор может в любую минуту оказаться в аналогичной ситуации. Да и сама правоохранительная система мало что сделала, чтобы честный, порядочный человек чувствовал себя на своем садовом участке в полной безопасности.

Извинений за 11 месяцев, проведенных в невыносимых условиях СИЗО, Кирякову ждать не стоит. То, что простому смертному с помощью общественности удалось добиться смягчения приговора и вместо абсолютно реального срока в четыре года он получил без малого год и уже вышел на свободу, видимо, следует воспринимать как манну небесную и снисхождение гуманной системы. Но кто довел ситуацию с произволом безнаказанных сборщиков лома до высшей точки накала? Те же законодатели, которые вот уже два десятка лет не могут ужесточить наказание за металлический вандализм. Та же милиция, которая не в состоянии проконтролировать все нелегальные пункты приема лома. И суд, который не слишком-то часто выносит суровые приговоры охотникам за ломом, руководствуясь мягким по отношению к преступникам Уголовным кодексом. За пробелы государственной машины вынужден отвечать простой человек… Хорошо еще, что судебно-правовая система все чаще начинает учитывать фактор общественного мнения. Трудно даже предположить, каким бы было решение повторного суда, если б не громкие публичные выступления южноуральских садоводов.

МНЕНИЯ

Наталья Борохова, адвокат, автор детективов:


- Закон предлагает нам - если нашей жизни или нашему имуществу, угрожает опасность, действовать адекватно опасности. Но чаще всего решения надо принимать немедленно. В стрессовой ситуации редко кто может трезво и разумно взвесить все обстоятельства.  Поэтому если с вами такое произошло, надо сразу обращаться к адвокату, не дожидаясь, пока вас арестуют, даже если до ареста дело не дойдет. На самой ранней стадии адвокат подскажет, как правильно себя вести. А вообще подобные дела - не такая уж редкость. Были случаи, когда садоводы оставляли в домике отравленную водку и воры погибали на месте. А потом за это получали реальный срок.

Геннадий Вольф, председатель профсоюзного комитета Копейского машиностроительного завода:

- Во-первых, бросается в глаза очевидный контраст между первым судебным решением, определившим наказание в четыре года и последним - 11 месяцев. Разница в четыре раза! Этот люфт наводит на мысль об ошибке при принятии решения. Во-вторых, удивляет, что родственники убитого грабителя выступают в роли пострадавших. Похоже, все перевернулось с ног на голову в нашем обществе.

Алена Вериго, пресс-секретарь Челябинского областного суда:

- История Василия Кирякова, безусловно, вызывает сочувствие. Представителям суда говорить подробно о юридических аспектах дела сейчас рано, поскольку у сторон есть право обжаловать второй приговор. Ситуация сложная и с юридической точки зрения: в деле нет очевидцев, кто помимо подсудимого мог бы обстоятельно рассказать о случившемся, а человеческая жизнь все же прервалась.

Утверждать, что отмены областным судом первого приговора удалось добиться только с помощью общественности, не верно. Судьи, рассматривающие дело, не вправе руководствоваться мнениями, которые выражаются в любой форме вне судебного процесса: учитываются только мнения, высказанные в судебном заседании в порядке, определенном процессуальными нормами. Вышестоящие судебные инстанции на то и существуют, чтобы исправлять возможные ошибки. В 2007 году областным судом были изменены или отменены 16 процентов из обжалованных приговоров, это около 900 дел, и по другим делам здание суда никто не пикетировал.

Если сравнивать два уголовных дела - в отношении садовода и сотрудника прокуратуры, - следует указать, что ситуации разные. Не оправдывая прокурорского работника, напомним: доказано, что он не собирался стрелять в приятеля (он не предвидел, что в патроннике находящегося в боевом состоянии пистолета имеется патрон, считая, что патронник разрядили участники охоты, стреляя днем). А садовод сам признает, что стрелял умышленно, зная, что ружье заряжено. Человек, который стреляет умышленно, несет большую ответственность, отсюда разная квалификация преступлений. В отношении сотрудника прокуратуры в суд не поступало ходатайства о заключении обвиняемого под стражу, а Василий Киряков подозревался в совершении особо тяжкого преступления, поэтому суд избрал такую меру. Кроме того, следует учесть, что второе дело рассматривалось в особом порядке (право ходатайствовать о таком порядке есть у обвиняемого, который признает свою вину, в этом случае суд назначает меньший срок наказания). А главное значение в суде имеет мнение потерпевших (родственников убитого), которые в первом деле настаивали на строгом наказании, а в случае с сотрудником прокуратуры просили не наказывать подсудимого. Так что вовсе не чины и не должности влияли на судебные решения.

Между тем


В Заксобрании готовится законопроект о новых правилах приема лома черных и цветных металлов. Так совпало, что комиссия, в которую вошли депутаты, садоводы и скупщики металлов, начала свою работу в начале февраля. Как раз в те дни, когда дело Василия Кирякова было направлено на пересмотр. Связывать эти два факта не стоит, однако металлические изделия чаще всего крадут с садовых участков. Общественность, выступавшая в поддержку Василия Кирякова, требовала ужесточить меры по защите имущества садоводов. Комиссия работает до 1 апреля, после чего специалисты проанализируют всю полученную информацию и предложат свои варианты решения проблемы. Одна из самых крайних мер - введение госмонополии на прием цветного лома.

Происшествия Преступления Криминал Происшествия Правосудие Суд Филиалы РГ Урал и Западная Сибирь УрФО Челябинская область