Новости

02.04.2008 03:00
Рубрика: Культура

Отцы не дети

В "Табакерке" появилась инсценировка тургеневского романа

Совсем недавно театральная общественность Северной столицы ожидала появления спектакля "Отцы и дети" в инсценировке Адольфа Шапиро и постановке Константина Богомолова. Молодой режиссер должен был ставить спектакль в питерском тюзе, был представлен труппе и даже осуществил распределение ролей.

Но нежданно исчез, на звонки из театра не откликался, а потом объявил о том, что ставит тургеневский роман в собственной инсценировке в московской "Табакерке". Обо всем этом с возмущением Адольф Шапиро рассказал в последнем номере журнала "Театр".

И вот премьера в "Табакерке" состоялась (это уже вторая, последовавшая за "Процессом" Кафки работа Константина Богомолова в "Табакерке"). По ней становится ясно, что молодой, стремительно обласканный режиссер и не мог поставить "Отцы и дети" в предложенной ему инсценировке. Все, кто видел спектакль Шапиро в Таллинском городском театре, показанный несколько лет назад в Москве, никогда не забудут его тончайшей психологической вязи, сквозь которую хрестоматийный сюжет о борьбе двух поколений прорастал совсем иными смыслами. В ней спор Павла Петровича с Базаровым представал как диалог двух родных душ, по-настоящему страстных и обреченных на страдания. Юность и старость, яркая вспышка молодой мужской воли, служение идее и все размывающая, преображающая сила жизни, пронизывающая своими токами все сущее, - именно этот "чеховский" мотив жизни, текущей помимо наших представлений о ней, услышал Шапиро в романе Тургенева.

Чтобы обнаружить все это, понадобилось чрезвычайно медленное и детальное "эстонское" чтение.

Константин Богомолов никакой любви к подробностям и медленному чтению в себе не обнаружил. Точно наследник пролетарской революции, он рубит решительно, почти сплеча, хотя от этого смысловой ясности его опусу не прибавляется. У него между братьями установлены невнятные, но скрыто-враждебные отношения. В исполнении Андрея Смолякова Павел Петрович - фанатик-аристократ, которого он играет все более и более гротескно, а к финалу - едва ли не пародийно. Его претензии к Базарову, его спесивые понятия о семейной чести Константин Богомолов разоблачает в финале, отчетливо демонстрируя, что за ними стоит далеко не духовный интерес к Фенечке - братниной возлюбленной и служанке, родившей ему ребенка.

В мягком исполнении Виталия Егорова его братец Николай Петрович сыгран хоть и не пародийно, но вполне иронично. Слишком манерен, слишком рафинирован и деликатен, слишком слаб и изнежен - настоящая мишень для базаровских насмешек. И сыночек его Аркадий предстает в исполнении молодого актера Андрея Фомина более чем иронично. Изнеженный московский мальчик с манерной речью и вышколенным поведением - полная противоположность грубому любителю матерщины, мужиковатому и прямому Базарову. За что и против чего тот воюет, ясно не вполне. И все же - по убыванию иронического или пародийного напряжения - очевидно, что его персона симпатична режиссеру более всех остальных.

Итак - основной смысловой расклад если не внятен, то ощутим. Непонятно, зачем при этом все действие романа в изрядной степени перенесено в 30-е годы ХХ века и наполнено песнями из фильмов о счастливых колхозных пейзанах и пейзанках. Сам режиссер где-то уверял, что его волнует в романе Тургенева полная неосведомленность богатых относительно жизни простого народа. Но если "простой народ" представлен в спектакле Фенечкой (милая, робко-игривая в очаровательном исполнении Яны Сексте) и вечно пьяным ангелоподобным румяным мужичком-красавцем (Дмитрий Максимычев), то не вполне ясно, жизнь какого "народа" должны познавать богатые Кирсановы.

К финалу две счастливые пары - Николай Петрович с Фенечкой и Аркаша с его трепетно-манерной невестой Катенькой (так же пародийно сыгранной Натальей Костеневой) в миленьких шубках и муфточках, шапочках и штанишках веселятся на катке, окончательно демонстрируя полное игнорирование жизни "простого народа".

Видимо, жертвой этого игнорирования в спектакле "Табакерки" падает Евгений Базаров - заносчивый, желчный и агрессивно-обидчивый тип в исполнении Евгения Миллера. По Богомолову (причем, явно без особых усилий с его стороны) оказывается, что Базаров для того только и явился в тихий кирсановский рай, чтобы потискать прелестную Фенечку, вызывать смятение в доме, поиграть в дуэлянта и вскоре быстро - и не очень понятно отчего - умереть.

Ради подобных туманных манипуляций с тургеневским романом, кажется, не стоило производить столько шума сразу в двух столицах.

Культура Театр