Новости

29.06.2009 03:00
Рубрика: Власть

Агенты межнациональной безопасности

могут появиться в каждой столичной префектуре

Как сделать, чтобы люди, живущие в одном городе бок о бок, с уважением относились друг к другу? А регионы, имеющие с Москвой договоры о сотрудничестве, не смотрели на нее лишь как на богатого спонсора, но и выходили со взаимовыгодными инвестиционными проектами? Вопросы непростые, но ответы на них все-таки есть. Это стало понятно в ходе "Делового завтрака" в "РГ" с председателем столичного комитета межрегиональных связей и национальной политики Михаилом Соломенцевым.

Российская газета: Михаил Юрьевич! Москву и Беларусь связывает давнее сотрудничество. Межгосударственный "молочный кризис" не разрушил это партнерство?

Михаил Соломенцев: Нет. Мы политикой не занимаемся, хватает хозяйственных вопросов.

РГ: Как председатель приемочной комиссии откройте секрет: Дом Москвы в Минске скоро войдет в эксплуатацию?

Соломенцев: Он уже готов к сдаче. Причем основные строительно-монтажные работы были выполнены еще до начала кризиса. Торжественное открытие запланировано на июль.

РГ: А зачем Москве вообще нужен свой дом в столице Беларуси?

Соломенцев: Белоруссия - главный торговый партнер столицы. В прошлом году наш взаимный товарооборот составил 5,5 миллиарда долларов. Поэтому так важно иметь нам свое представительство в Cоюзном государстве. В одной части Дома Москвы разместятся офисы как российских, так и белорусских предприятий и конференц-зал, а в другой откроются гостиница, киноконцертный зал, ресторан с русской кухней. Через это представительство будут осуществляться все связи Москвы с Минском. Любопытно, что проект здания внешне очень похож на московскую мэрию на Тверской, 13. Его автор - Юрий Григорьев, бывший главный архитектор Минска, ныне первый заместитель главного архитектора Москвы.

РГ: А какова судьба других строек, которые начинала Москва в Минске?

Соломенцев: В квартале "Московский" началось возведение первого жилого дома, готовится к закладке второй. В этом же году начнется строительство и в квартале "Лебяжий". Инвесторы проект финансируют, пошли и продажи квартир.

РГ: Москва активно строила жилье и в российских регионах - по миллиону квадратных метров в год до кризиса. А что сейчас происходит? Не заморожены объекты?

Соломенцев: Принципиальная позиция Москвы такова: доделать все, что начато - Дом Москвы в Минске, гостиницы в Ярославе, зоопарк в Великом Устюге... А новые проекты в условиях кризиса пока не начинать.

РГ: Кто из них наиболее заинтересован в сотрудничестве с Москвой?

Соломенцев: Таких много. Архангельская, Калужская, Ивановская, Волгоградская области, Карелия, Калининград, Краснодарский край. Активно дружит со столицей Якутия. С Бурятией очень хорошие отношения. Недавно впервые подписали соглашение с Камчаткой.

РГ: Какой же интерес Москвы в столь отдаленном регионе?

Соломенцев: Камчатка - уникальное место. Одна ее неповторимая природа чего стоит - вулканы, гейзеры... Там можно развивать массовый туризм, а пока он есть, лишь направленный на состоятельных людей. Чтобы изменить ситуацию, Москва может помочь острову в формировании туристической инфраструктуры. Понимаем, что на это нужны немалые деньги. Но инвесторы найдутся - отдача-то будет ощутимая.

Я считаю, что основная задача межрегионального сотрудничества - выйти на глобальное импортозамещение продовольствия. Например, в советские времена практически весь картофель, продававшийся в Москве, выращивался в Курске. Многие москвичи еще помнят, какая вкусная там картошка! Но затем ее вытеснила польская картошка, которая совсем не может похвастаться своим качеством. Почему же нам не возобновить поставки из Курска? Тем более что и куряне к этому готовы.

РГ: Вы планировали провести инвентаризацию договоров Москвы с регионами о сотрудничестве...

Соломенцев: Провели. Сейчас их порядка 250. В лидерах - около десятка регионов, которые я уже перечислил. Вывод, который мы сделали из проведенного анализа, заключается в следующем: Москве необходима концепция межрегионального сотрудничества. Такая, которая четко сформулирует ответ на вопрос: а зачем, собственно, нам нужны эти контакты со всей Россией?

РГ: Еще один простой вопрос созрел: зачем Москва уже 15 лет оказывает шефскую помощь российским флотам? Разве не дело федерального центра - забота о них?

Соломенцев: Когда 15 лет назад Москва брала шефство над флотом, в ВМФ была очень сложная ситуация. Финансирование мин обороны явно не покрывало потребностей моряков.

РГ: Да. Тогда правительство Москвы помогало, например, морякам черноморского крейсера "Москва" даже продовольствием. Сейчас этой проблемы нет. Члены московского правительства часто бывают в гостях на корабле и своими глазами видели: тарелки у матросов полные....

Соломенцев: Это так. Но ситуация все равно остается не самой простой. И потому оказание помощи флотам - принципиальная позиция столицы. Да, в условиях кризиса доходы у московского бюджета тоже убавились. Поэтому и финансирование флотов пришлось вдвое уменьшить - со 130 миллионов рублей до 70. И все-таки все, что в наших силах, мы будем делать для поддержания боевого духа как Черноморского, так и всех остальных четырех флотов России - Северного, Балтийского, Тихоокеанского и Каспийской флотилии. Акцент будет сделан на социальной поддержке ветеранов, их лечении, семей офицеров и т.д. Для поддержки офицеров, увольняющихся из рядов ВМФ, разработана специальная программа.

РГ: В середине июля столичное правительство рассмотрит дополнительные меры по борьбе с экстремизмом и ксенофобией, подготовленные вашим комитетом. Надеемся, они не будут слишком радикальными?

Соломенцев: Когда я начал заниматься национальным вопросом, прежде всего в глаза бросилось, что на местах у нас нет никакого инструмента по реализации национальной политики. Это существенный пробел. Поэтому в проекте постановления правительства Москвы мы предлагаем в каждой префектуре создать рабочие группы по межнациональным вопросам. Штаты раздувать не собираемся - хотим включить в их состав сотрудников префектур, ГУВД, соцработников. Все они предварительно пройдут специальное обучение, психологическое тестирование. Их основная задача - мониторинг ситуации в своем округе. На месте всегда виднее, кто где живет, кто с кем дружит или, наоборот, враждует. Какие в округе имеются диаспоры, национальные организации, радикальные националистические группировки... Без такой работы очень сложно влиять на ситуацию.

Это должна быть обратная связь. Комитет - рабочая группа, и наоборот.

РГ: При ГУВД Москвы создан центр по борьбе с экстремистскими группировками. Вы с ним сотрудничаете?

Соломенцев: Постоянно работаем. Причем по праздникам, когда в городе проходят массовые мероприятия, в оперативный штаб ГУВД помимо сотрудников этого центра входят и представители нашего комитета и Совета по делам национальностей. При необходимости они оперативно выезжают на места и занимаются урегулированием назревающих конфликтов. Очень результативная практика.

РГ: Милиционеры уверяют: опасности экстремистские группировки не представляют. Это так?

Соломенцев: Отчасти. Существуют политизированные националистические организации, которые пытаются вступать в диалог с властью лишь с целью засветиться, пропиариться. Эти в принципе неопасны. Наибольшая криминальная угроза исходит от небольших неконтролируемых групп.

РГ: Сколько их в Москве?

Соломенцев: Полной такой информации, к сожалению, нет. Но сидящие в глубоком подполье группировки как раз и совершают самые громкие преступления на национальной почве. Вычислять их - первостепенная задача правоохранительных органов. Наш комитет также пытается этому способствовать. В том числе и путем создания рабочих групп в префектурах, о которых я уже сказал. Я бы назвал их своего рода агентами межнациональной безопасности на местах.

Власть Работа власти Регионы Деловой завтрак