Новости

30.09.2009 00:40
Рубрика: Власть

Шагом марш к прокурору

Сергей Фридинский: Завтра прокуратура открывает по всей стране 76 консультационных пунктов для новобранцев

С 1 октября - в день начала осеннего призыва в армию - все военные прокуратуры в регионах начнут прием будущих молодых солдат и их родителей.

Главный военный прокурор РФ Сергей Фридинский рассказал "Российской газете", чем и как смогут помочь призывникам юристы в погонах.

Российская газета: Сергей Николаевич, дважды в год военные прокуратуры становятся скорой юридической помощью для тысяч призывников.Есть ли реальная польза от таких приемов?

Сергей Фридинский: Конечно. Будущие солдаты и их родители получат ответы по вопросам призыва и прохождения военной службы. Кроме того, мы готовы разбираться с любым заявлением о противоправных действиях работников военкоматов, других должностных лиц. По каждому такому факту будет организована проверка. Если сигнал подтвердится, реакция прокуратуры не заставит себя ждать. С завтрашнего дня в 72 городах России заработают 76 наших консультационных пунктов.

РГ: В этом году ребята пойдут служить в армию всего на 12 месяцев...

Фридинский: Если быть точным, на такой срок молодых людей призовут уже в третий раз. Пересмотр временных рамок начался еще в 2007-м. Тогда армия перешла от двух до полутора лет службы. А затем - и к одному году.

Замечу, что переходный этап потребовал от нас особого внимания. Ведь в воинских коллективах собрались солдаты и матросы разных периодов службы.

Не скрою: были опасения, что это вызовет рост некоторых видов правонарушений. Но они, к счастью, не оправдались.

РГ: Неужели "старики-разбойники" вдруг стали дисциплинированными?

Фридинский: Я это связываю с тем, что командование частей, военные прокуроры и общественные организации стали действовать более скоординированно. Мы активизировали в гарнизонах правовую и предупредительную работу, запустили программу адаптации призывников. Словом, серьезно занялись профилактикой правонарушений. К примеру, в ходе прошедшего накануне единого дня правовых знаний военные прокуроры работали более чем в полутора тысячах воинских частей и учреждений. И это дает результаты.

РГ: Все так просто: встретились, поговорили, и дедовщина исчезла?

Фридинский: Было бы преувеличением говорить, что нынешний уровень правопорядка в войсках нас полностью устраивает. Но уже на протяжении двух лет количество насильственных преступлений постепенно снижается. За 8 месяцев этого года в сравнении с аналогичным периодом прошлого мы зарегистрировали на 13 процентов меньше "неуставных" нарушений и на 11,5 процента меньше превышений должностных полномочий, связанных с насилием. Сократилось количество лиц, пострадавших от таких преступлений. Во многих воинских частях неуставных проявлений нет вообще.

РГ: При таких темпах не боитесь остаться без работы?

Фридинский: Мы бы рады. Но работа не только в этом. Да и говорить о победе над дедовщиной пока не приходится. Поэтому работы военным прокурорам хватает. Каждый случай насилия над военнослужащим тщательно изучается. Материалы проверок направляем в военные следственные органы. Там возбуждают и расследуют уголовные дела. В итоге виновных привлекают к ответственности. Например, в этом году за нарушение уставных взаимоотношений осудили более 800 военнослужащих.

РГ: От каких преступлений чаще всего страдают новобранцы?

Фридинский: Надо иметь в виду, что доля правонарушений по отношению к молодым солдатам не слишком велика - это 15 процентов от общего числа преступлений. Если говорить о содержании, то здесь лидируют неуставные взаимоотношения. Причем как со стороны старших призывов, так и со стороны военнослужащих-контрактников. Один из видов преступлений - вымогательство у молодого пополнения денег и ценностей. Встречаются также факты рукоприкладства. К кулакам обычно прибегают те, кто хочет подчинить себе молодых солдат. Пример - недавнее происшествие в Калужском гарнизоне. Там избили более десятка военнослужащих по призыву. Солдатам пришлось сбежать из части и обратиться в военную прокуратуру. По данному факту мы организовали проверку. Уже возбуждено и расследуется уголовное дело. Виновный, несомненно, понесет наказание.

РГ: Получается, что молодые солдаты могут найти защиту только за воротами КПП?

Фридинский: Не совсем так. Главное, что должны знать новобранцы, - в армии есть механизм их защиты. В него включены все должностные лица - от командира отделения до командира воинской части. Они обязаны поддерживать уставной порядок, создать призывникам нормальные условия службы, обеспечить дисциплину в казарме.

На это же направлена работа органов военной прокуратуры. Военные прокуроры регулярно работают в войсках, читают солдатам и офицерам лекции, беседуют с ними, ведут личный прием. Особое внимание сейчас обращаем на готовность воинских частей к приему и размещению молодого пополнения.

РГ: Почему же механизм защиты призывников дает сбои?

Фридинский: Все верно. Не было бы сбоев, не было бы правонарушений. Наша задача в их профилактике и устранении нарушений закона. Помните, в начале года на Балтийском флоте и в Приволжско-Уральском военном округе были массовые простудные заболевания среди новобранцев? С этими случаями мы досконально разбирались. Прокурорской проверкой было установлено, что командиры не выполнили свои обязанности. Они нарушили санитарно-эпидемиологические нормы при размещении личного состава, проигнорировали элементарные медицинские и гигиенические мероприятия. Попросту говоря, молодых солдат заморозили.

Виновные должностные лица привлечены к ответственности, в том числе к уголовной. Кроме того, мы добились, чтобы все помещения, где живут призывники, соответствовали уставным требованиям. Чтобы такое не повторялось впредь, я дал указание проверить готовность воинских частей к приему молодых солдат еще до прибытия туда пополнения.

РГ: Сергей Николаевич, после окончания весеннего призыва Генеральный штаб сообщил, что в войска набрали более 20 тысяч ранее судимых солдат. Неужели нельзя отказаться от их призыва?

Фридинский: Пока не получается. Ведь по Закону "О воинской обязанности и военной службе" не подлежат призыву на военную службу граждане, отбывающие наказание, и те, кто имеет неснятую или непогашенную судимость. Также нельзя брать в армию лиц, в отношении которых ведется дознание или предварительное следствие, и фигурантов уже переданных в суд уголовных дел.

На службу призывают молодых людей, уже не имеющих судимости. Но прошлое не стирается. И именно об этом идет речь. Но количество новобранцев, которые ранее имели проблемы с законом, не превышает 8 процентов от общего числа призывников. Командование принимает меры, чтобы эти люди не попадали в одно подразделение. Однако издержки случаются.

Кстати, в прежние годы судимых призывников тоже было немало. Но и тогда, и сейчас они не оказывают существенного влияния на уровень криминогенности в подразделениях, хотя в первые месяцы службы этим солдатам командиры и военные прокуроры уделяют повышенное внимание.

РГ: В последнее время в СМИ нередко сообщают о солдатских конфликтах на национальной почве.

Фридинский: По всем таким случаям были проведены проверки. Ряд из них закончился возбуждением уголовных дел. Но совершенно очевидно, что в основе происшествий лежали "разборки" на бытовой почве. Кто-то из солдат не желал убираться в казарме, кто-то не хотел идти на хозяйственные работы. Были попытки неподчинения младшим командирам. Возникали драки, но национального "подтекста" мы там не обнаружили. Речь скорее нужно вести об издержках воспитания.

Возьмем случай в Алейском гарнизоне Сибирского военного округа, которому в СМИ пытались придать характер межнационального конфликта. Мы установили, что ЧП произошло по вине нескольких военнослужащих, которые избивали солдат младшего призыва и вымогали у них деньги. Теперь эти "вояки" несколько лет проведут за решеткой. А командиры, не сумевшие пресечь казарменный "беспредел", по требованию военных прокуроров отстранены от своих должностей.

РГ: Не секрет, что проявлению дедовщины способствует правовая безграмотность призывников.

Фридинский: Это, к сожалению, так. Мы давно говорим, что молодым людям надо обязательно готовиться к военной службе. Читать уставы, изучать "военные" законы. Многое призывники могли бы почерпнуть в школе или другом учебном заведении. Но там не всегда серьезно относятся к преподаванию основ военной службы. На такие просчеты реагируем и мы, и работники территориальных прокуратур. Требуем от соответствующих руководителей устранения "военно-образовательных" нарушений закона.