Новости

12.11.2009 18:08

Грамота.ТВ

Можно ли с телеэкрана говорить по-русски правильно?

Анна Прохорова -  автор программы "В центре событий" на канале ТВ Центр, стала в этом году победительницей Всероссийского конкурса работников электронных СМИ "За образцовое владение русским языком в профессиональной деятельности".

До этого Анну признавали самой грамотной ведущей по итогам интернет-голосования на сайте "Грамота.ру". В интервью "РГ" она рассказала, почему боится за русский язык на ТВ и как избежать ошибок в эфире.

Анна Прохорова: Мне ни за одну мою программу, вышедшую в эфир, не стыдно с точки зрения русского языка. Я всегда прошу каждого  корреспондента писать грамотно. Не допускать того, чтобы в тексте были не расставлены запятые или слово "километр" писалось с двумя "л", а корова через три "а". Я не принимаю оправдания "опечатался", ведь наши тексты выкладывают на сайт в Интернете, их берут для телетекста. Нужно иметь уважение и к зрителю, и к читателю.

Российская газета: То есть ТВ должно служить примером русского языка?

Прохорова: Телевизионщик должен грамотно писать, даже при том что по устной речи нельзя определить, сколько запятых в предложении. При произнесении ошибки не заметны, можно написать "кому-либо" без дефиса, никто этого не услышит. Поэтому корреспонденты на ТВ часто считают, что самое важное - выстроить текст по смыслу. Я же своих сотрудников активно призываю всегда писать грамотно. И сама стараюсь следовать этому правилу. Даже эсэмэски пишу со всеми знаками препинания, что очень удивляет моих подруг.

РГ: В чем основная сложность с русским языком на телевидении? В произношении фамилий, имен собственных, быть может? Часто ли вы сверяетесь со словарем?

Прохорова: Очень редко. Мне помогает филологическое образование. Я не русист, а романист, но русский язык на филфаке МГУ всегда преподавали очень хорошо. Основная проблема любого телевизионщика, говорящего в кадре, в том, что разговорный язык отличается от литературной нормы. В устной речи много вводных слов. Я за собой знаю эту болезнь слов-паразитов ("как бы", "потому что"), она пока для меня неизлечима.

Из общих проблем тележурналистов - работа на прямых включениях. Особенно когда,  выслушав твою заготовленную речь, ведущий из студии просит ответить на уточняющий вопрос - могут случиться неожиданности (смеется).  Ведь нужно  быстро проговорить мысль, правильно построив фразу. Впрочем, разговорный стиль и в репортаже - это всегда вопрос, требующий уточнения. Иногда и у нас во время подготовки программы случаются "теологические" диспуты, допустимо ли то или иное разговорное выражение в конкретном репортаже.

Еще одна проблема - русский язык плохо преподается в школе. В силу очень большого количества причин: и дети не хотят учиться, и сказывается зараза компьютерных текстовых редакторов, которые автоматически правят ошибки. Зачем учить, с какой буквой пишется "жи" - "ши"? Более того, многие современные школьники даже ручку правильно держать не умеют. Молодым людям физически тяжело писать от руки. Но я точно знаю, что человек, который не умеет писать и не любит читать,  не умеет правильно говорить.

РГ: Как вы подбираете персонал? Проверяете соискателей на грамотность?

Прохорова: Когда мы набирали себе бригаду, то просили соискателей написать текст. Два человека подготовили журналистский материал на одну и ту же тему. Один из них написал неудачный текст, но правильный с точки зрения русского языка. Второй написал хорошо с точки зрения журналистики, но неграмотно. Много было ошибок и в грамматике, и  в пунктуации. Получилось как в классическом  "Казнить нельзя помиловать", где от постановки запятой зависит смысл высказывания. Мы дали ему второй шанс, он собрался и написал все правильно, получил место в бригаде, а мы - отличного корреспондента. Но сам факт показателен: человек идет искать работу, связанную с языком, и его не волнует уровень знания предмета.

Если говорить о выпускниках школ, которые ищут работу, не связанную с языком, то их грамотность еще более слабая. Мы просто теряем это поколение. Французы, как мне кажется, поступают более разумно. Во Франции есть институт защиты языка. Например, специалисты из этого института придумали свое, французское название для компьютера, клавиатуры, веб-сайта. Они из русского языка взяли слово "спутник", оговорив это заимствование огромным количеством пояснений - почему нужно было взять именно это слово. Во Франции делается все для того, чтобы сохранить язык, и у них можно многому поучиться. Мы же стремимся, к примеру, отказаться от буквы "ё", а язык - это не та сфера, в которой стоит идти на упрощения.

РГ: То, что тележурналисты должны более ответственно относиться к языку, понятно. Но есть ли еще некие слабые моменты в русском языке на телевидении?

Прохорова: Отсутствие грамотной редактуры. Высококлассных редакторов сейчас осталось очень мало. Мне повезло, я застала еще редакторов, которые работали на программу "Время" в советский период. Они знали русский язык в совершенстве. Сами могли еще и профессоров поучить. Сейчас руководство многих каналов не видит особой необходимости в штате квалифицированных редакторов. Хотя их работа важна не только с точки зрения сокращения текста до нужного размера, причем так, чтобы сохранить главное, но и как работа со стилем. Редакторы могут в нужный момент остановить автора, если он говорит неправильно, подсказать ему, как нужно.

РГ: Как еще одну причину общего падения грамотности часто называют то, что школьники, молодежь перестали читать книги.

Прохорова: Безусловно. А если и читает, то Владимира Сорокина или Виктора Пелевина. Эти авторы - прекрасные стилисты, они сознательно играют со словом. А вот молодой читатель берет нормы из модного романа (и хорошо, если из Пелевина, а не, к примеру, из Минаева) и автоматически переносит их в свою речь. И, конечно, обилие нецензурной лексики или лексики, близкой к нецензурной, в модной литературе подменяет занимательность сюжета эпатажностью формы.

РГ: Есть ли случаи, когда отступление от нормы допустимо на телевидении?

Прохорова: На мой взгляд, нет. Так уж случилось, но телевизор стал источником, из которого люди черпают информацию, основы поведения, морально-этические нормы. И это при том что телевидение у нас в первую очередь развлекательное, и во вторую - информационное. И только потом - образовательное. Учитывая, что население сейчас читает мало, канал "Культура", на котором все с точки зрения русского языка безупречно, практически не смотрит, не слушает аудиоспектакли, не ходит на классические постановки в театры, - нормы языка, которые закладывает телевидение, становятся общими.

Дети смотрят телевизор, поэтому то, что они слышат с экрана, они переносят в свою повседневную жизнь. "Дядя из телека" становится для них учителем русского языка. Поэтому, на мой взгляд, нормы русского языка должны соблюдать всегда и везде. Исключение составляют передачи для совсем маленьких детей, в которых говорят на языке упрощенном. И, возможно, молодежные юмористические программы, в которых можно себе позволить игру со словом. Но когда эта игра переходит из очень узкого сегмента на все - это неправильно.

РГ: Анна, кто для вас образец среди телеведущих в плане владения русским языком?

Прохорова: Безусловно, советские дикторы - Анна Шатилова, Игорь Кириллов, вся та плеяда. Громадное уважение вызывает человек, который и в жизни говорит высоким литературным языком. С точки зрения манеры ведения, надеюсь, что у меня есть своя, и не хотелось бы быть чьим-то клоном. Хотя, когда я только начинала работать на телевидении, для меня был примером Александр Невзоров. Мне очень нравилась его манера подачи новостей, притом что и русский язык у него очень хороший.

Мне всегда был интересен Леонид Парфенов. Он очень щепетилен в плане русского языка. Если он использовал просторечные выражения, то всегда выделял их голосом, показывая, что это не он так говорит.

Люди старше двадцати пяти на телевидении гораздо бережнее обращаются со словом, они четко понимают, что это часть их профессии и их имиджа. Хороший русский язык в кадре - это проявление уважения к себе и к зрителю.  Главная цель телевидения - не идти за зрителем, а вести его за собой. В лучшую сторону. Если же идти на поводу у публики, то мы докатимся до гладиаторских боев на потребу плебсу. Очень хочется верить, что этого не произойдет.