20idei_media20
    27.01.2010 00:18
    Рубрика:

    Михаил Швыдкой: На генетическом уровне сохранилась память о невраждебности общей культурной среды

    Старинный как театральное дело анекдот: увидев двух актеров, радостно поздоровавшихся перед началом репетиции, третий мрачно спросил: "Против кого дружите?"

    Во время Первого форума российской и азербайджанской общественности, который 23 января нынешнего года завершился в Баку (а он проходил под патронатом президента Азербайджана Ильхама Алиева и при участии руководителей администраций президентов России и Азербайджана Сергея Нарышкина и Рамиза Мехтиева соответственно), эта мизантропическая фраза все время крутилась где-то в подсознании. И прежде всего потому, что потребность в этом событии была по существу определена не политической целесообразностью, не требованиями текущего момента, но давними и прочными дружественными связями, которые никто из участвовавших не хотел обрывать. То обстоятельство, что за три дня, проведенные в Баку, мы все вместе сумели отметить три дня рождения - тележурналиста Михаила Дегтяря, бизнесмена и публициста Юрия Кобаладзе и первого заместителя генерального директора ИТАР-ТАСС Михаила Гусмана, - вовсе не умалило серьезного значения форума, а напротив, лишь проявило истинную подоплеку произошедших событий.

    В Баку собрались давние друзья, личные отношения которых не зависели от конъюнктуры межгосударственных отношений. А она была разной за минувшие девятнадцать почти лет, прошедших после самороспуска СССР. Но как бы ни складывалась внутриполитическая жизнь России и Азербайджана, какими бы интересами двух стран ни предопределялись те или иные внешнеполитические решения, - личные, семейные, профессиональные связи, сложившиеся в советские еще времена, никогда не прерывались. Понятно, что неразрешенный по сей день азербайджано-армянский конфликт, который временами обострялся до кровопролитных сражений, создает неизбежный трагический фон, отбрасывающий свои тени и на российско-армянские, и на российско-азербайджанские отношения, но помимо военно-политических интересов и решений всегда остро ощущалась необходимость расслышать боль каждого народа и каждого человека. Чужую боль, которая для друга неизбежно становится его болью.

    Всемирная отзывчивость русской литературы, о которой немало написано за минувшие сто пятьдесят лет, определялась всемирной отзывчивостью самой русской жизни, жизнью русской интеллигенции, пусть и уязвленной, ущемленной советской историей. И в постсоветское время, когда для России наступили непростые времена нового самоопределения в пространстве и времени, - эту важнейшую миссию всемирной отзывчивости русская культура должна нести на своих плечах, как бы ни складывалась экономическая или политическая жизнь страны. Духовный изоляционизм невозможен для русской, российской культуры, как и для российской жизни как таковой, - он равен смерти, что, увы, не раз доказывала отечественная история. Другой вопрос - не разучились ли мы слушать и слышать, есть ли у нас силы и желание ощутить какую-то иную боль кроме своей. Способны ли мы примирить это многоголосие болей, не растеряв друзей, которыми всегда дорожили. Все это непростые вопросы.

    Девятнадцать лет назад новая Россия столкнулась с теми проблемами, которых не знала Российская империя - ни в досоветском, ни в советском обличии. Нас раздирали привычная имперская ответственность за окружающих, с которыми мы столетия были связаны пуповиной общей государственности, и желание сосредоточиться только на своем, личном, мучающем только нас самих, живущих в новых пределах Российской Федерации. Впервые за всю историю российской государственности за пределами России оказалось двадцать пять миллионов человек - этнических русских и тех, кто считал себя носителями русской культуры, которые не привыкли к тому, чтобы о них говорили как о национальном меньшинстве.

    Но даже в те годы, когда Советский Союз раскололся вдребезги, мы по-прежнему волновались за наших друзей в Киеве, Минске, Тбилиси, Баку или Ереване... И после распада Советского Союза, когда каждая новая страна сосредоточилась на своих проблемах, связанных со строительством национальных государств, пытаясь разобраться с национальными комплексами и амбициями, заново сочиняя собственную историю, - поколения людей, объединенных общим опытом, общей работой и человеческой дружбой старались сохранить те связи, которые достаточно жестко разрывали политики. Тогда продолжение контактов с Россией и прежде всего с русской культурой многие национально озабоченные политики из новых стран рассматривали почти как государственную измену, предательство собственных интересов. И тенденция эта жива и поныне, хотя два десятилетия раздельной жизни должны были укрепить уверенность в том, что никакого общего государства - по крайней мере в среднесрочной перспективе (а я думаю, что и долгосрочной тоже) - не предвидится. Но сегодня очевидно, что мы научились общаться, проживая в разных государствах, которые не только прощаются с советским прошлым с разной скоростью, но и совсем неодинаково представляют свое будущее. Накануне приезда в Баку мне довелось за два дня побывать в Узбекистане, Туркменистане и Киргизии, и я в очередной раз убедился в том, что количество общих рецептов, которые можно прописать бывшим советским республикам, не так уж и велико. В гуманитарной сфере возникло немало различий - и прежде всего в системе образования. Появились новые партнеры (и, быть может, друзья) за пределами постсоветского пространства. Мир открылся в своем многообразии, и это породило немало надежд и иллюзий. Иллюзии с годами рассеивались, надежды, правда, продолжают жить.

    Но удивительным образом, чем больше открывалось возможностей, тем больше обострялась потребность сохранения того лучшего, что связывало нас в минувшие эпохи. Кто переведет грузинскую поэзию лучше Пастернака или Ахмадулиной? Кто сегодня возьмется издавать в России великую прозу Гранта Матевосяна или Максуда Ибрагимбекова? С кем можно посидеть на кухне и обсудить как в старые времена все проблемы мировой политики? С кем, наконец, - пусть простят меня абстиненты, - можно по-братски выпить и спеть общие песни? Как бы сложно и уродливо мы ни жили, на генетическом уровне сохранилась память о невраждебности общей культурной среды, которая складывалась столетиями. Среды, где любви и товарищества всегда было больше, чем зависти и подлости. Об этом мы и говорили все дни и ночи, проведенные в Баку, - выдающиеся врачи и знаменитые писатели, руководители самых влиятельных в наших странах газет, журналов и радиоканалов, ректоры крупнейших вузов, известные тележурналисты, кинорежиссеры и продюсеры, любимые артисты и музыканты. Говорили открыто и честно, пытаясь расслышать друг друга, - даже тогда, когда не могли согласиться с услышанным. И именно на этом форуме, который может стать постоянной площадкой для обсуждения общих проблем и рождения новых совместных проектов, - не только для России и Азербайджана, - мы еще раз ощутили роль интеллигенции в жизни наших народов. Ее способность выразить то, что по разным причинам не выскажет политик любого масштаба и уровня. И ее умение дружить так, что дружба эта никогда не будет враждебной миру.

    Поделиться: