Новости

04.02.2010 12:37

Побег из Кандагара

Текст: Светлана Брайловская (Казань)
Российские летчики рассказывают, как им удалось вырваться из талибского плена
- Я узнал о побеге буквально через несколько минут, - рассказал Тимур Акулов. - Под рукой был графин с водой, не заметил, как опустошил его целиком. Первым делом хотел обрадовать Минтимера Шаймиева, но остановился. Не отпускала мысль, что ребят могут сбить.

4 февраля в прокат выходит фильм "Кандагар", в основу которого легли реальные события.

Дерзкий побег россиян уже был описан в десятках газет по всему миру и в документальной книге. И вот спустя 13 лет история летчиков из Татарстана вновь привлекла к себе внимание. Собственный корреспондент "РГ" в Казани встретился с теми, чей побег из плена лег в основу картины.

Думали - недоразумение

Со вторым пилотом экипажа грузового самолета Ил-76 Газинуром Хайруллиным (он стал прототипом героя Владимира Машкова) мы договорились, что разговаривать будем на летном поле. Специально для этого попросили руководство казанского аэропорта и местной авиакомпании помочь нам организовать фотосъемку на борту самолета. Нам не только не отказали, напротив искренне помогли, чем могли. И даже извинились за то, что не смогли предоставить Ил-76, аналогичный тому, на котором бежал российский экипаж.

- Помните тот августовский день 95-ого, когда отправлялись в свой затянувшийся рейс? Не было предчувствия, что вам не следует подниматься в небо? - вопрос заставил пилота ненадолго задуматься.

- Как раз напротив, все шло хорошо, - выдержав паузу, ответил Хайруллин. - На горизонте - ни одного облачка. Настроение у экипажа было приподнятым, ведь маршрут знали прекрасно, поэтому не сомневались, что полет будет успешным. Правда, с нами собирался лететь один афганец, который должен был сопровождать груз. Но он почему-то так и не появился. Нам дали команду лететь без него.

На борту были ящики с патронами. Аналогичный груз экипаж перевозил не впервые. Все шло хорошо до тех пор, пока на хвост не сел истребитель, за штурвалом которого сидел пакистанский пилот, и не приказал садиться. Экипаж из Татарстана не торопился приземляться, выгадывал время. Пилоты успели передать домой, что их вынуждают сесть. Кружили долго, объяснив это тем, что нужно выработать топливо. Но уловка не сработала. Экипаж получил последнее предупреждение.

Как только самолет сел в Кандагаре, к нему ринулась обезумевшая толпа. Тогда летчикам действительно стало страшно. Первую ночь экипажу разрешили остаться на борту, но уже на следующий день их оставили спать на улице.

- Несмотря на это, мы все еще ждали, что ситуация скоро разрешится, - рассказал Газинур Хайруллин. - Все стало рушиться, когда талибы показали журналистам из Пакистана, какой груз мы перевозили. Среди ящиков с патронами они откапали один со снарядами. До этого мы не знали, что в нем. Когда же с нами встретился французский журналист, он открыто сказал, что шансов подняться в небо - нет.

На третий день всех семерых членов экипажа (в кино их только пять) - командира Владимира Шарпатова, второго пилота Газинура Хайруллина, штурмана Александра Здора, бортинженера Асхата Аббязова, радиста Юрия Вшивцева, инженеров Сергея Бутузова и Виктора Рязанова увезли в неизвестном направлении. Команду поселили в хозблоке, где бетонный пол должен был служить им постелью. Через некоторое время летчики нашли старые рулоны с тканью, разорвали их и застелили вместо простыней. Так было "мягче" спать. На вопрос, что было страшнее всего - Газинур Хайруллин не задумываясь, сказал: "Неизвестность".

- Просыпаясь утром, мы не знали, доживем ли до вечера. Это было невыносимо, но надежда на скорое освобождение еще теплилась. Она умерла после Нового года, когда обещание нас освободить, так и осталось обещанием. Тогда мы несколько дней вообще не разговаривали.


Встреча экипажа Владимира Шарпатова в казанском аэропорту. Фото:Вл. Зотов

Шокировал по-арабски

Государственный советник при президенте Татарстана Тимур Акулов отправился к талибам добровольно. Востоковед по образованию, он прекрасно понимал, с кем ему придется иметь дело, и где-то в глубине души сильно сомневался, что у него получится найти общий язык с теми, кто удерживал наших соотечественников в плену. Но не полететь он не мог.

- В первый раз я попал к талибам в составе солидной делегации, куда входил представитель министерства иностранных дел России, - рассказал Тимур Юрьевич. - Мы встретились с советом "Талибана" в Кандагаре. Уже через 15 минут нам дали понять - никакого разговора не будет, пленники - преступники, они перевозили оружие, чтобы убивать их братьев, и судить летчиков будут по законам Шариата, а это значило одно - их расстреляют. Когда мне удалось добиться слова, как представителю республики, где живут мусульмане, я заговорил по-арабски. Намеренно говорил медленно и долго, и понял, что меня не понимают. Талибы были шокированы. Тогда они пригласили своего министра иностранных дел, чтобы он перевел им. Больше часа я рассказывал им про Татарстан. Через несколько недель мне и Муниру Файзуллину - менеджеру компании, где работали ребята, разрешили навестить пленников.

Тимур Акулов считает, что видеть его экипажу было тяжело. Они не верили политикам. Но так или иначе - это была единственная возможность связаться с домом.

- То, чем их кормили, нельзя назвать едой, и в каждую свою поездку я вез им минеральную воду, соки, продукты. Но самое главное - письма от родных. А однажды взял с собой чемоданчик с космической связью. Это глава Татарстана Минтимер Шаймиев дал его, чтобы летчики могли связаться с домом. Чемодан килограммов 20 весил, но я его дотащил. Еще подарки вез охранникам и их детям, чтобы с нашими ребятами по-человечески обращались.

Сейчас Тимур Акулов корит себя за то, что не смог помочь экипажу вернуться домой к Новому году.

- В декабре было железно решено, что талибы их отпустят. Я сказал экипажу, что на праздник они уже будут в Казани. А потом сделал большую ошибку, когда рассказал об этом в МИДе. Информация дошла до министра, и он заявил во всеуслышание, что достигнута договоренность с талибами, и он лично отправится забирать экипаж. В Кандагаре о заявлении стало известно. И когда я приехал накануне Нового года за летчиками, мне сказали, что отдадут их только министру иностранных дел.


Встреча экипажа Владимира Шарпатова в казанском аэропорту. Фото:Вл. Зотов

Бежать!

- Эта мысль ни дня не оставляла нас после Нового года, - сказал Газинур Хайруллин. - Нервы не выдерживали, начались срывы. Некоторые члены команды стали провоцировать охранников. Но ни к чему хорошему это привести не могло. Какие планы мы только не разрабатывали. Наша ошибка была в том, что все сгоряча отказались работать на талибов. Позже поняли, это был шанс вернуться на свою машину.

Теперь был только один выход - попасть на борт. Члены экипажа постоянно твердили талибам, что если они хотят эксплуатировать Ил, его нужно поддерживать в рабочем состоянии. На этот раз уловка сработала. Правда, талибы подстраховались и брали в аэропорт только часть экипажа. В полном составе попасть в самолет им удалось только дважды.

- Шанс бежать представился в первый раз, когда мы собрались все вместе, но из-за лопнувшего колеса план сорвался, - рассказал Газинур Хайруллин. - О второй попытке знает весь мир. Это произошло на 378 день нашего заключения. Талибы подняли нас с рассветом и повезли в аэропорт. Как и положено, нас сопровождала охрана. Мы уже все решили, но не торопились исполнить задуманное, чтобы у стражей не возникло никаких подозрений. Каждый из нас, как обычно, занимался своей работой. В какой-то момент мы сказали талибам, система перегрелась, ведь на улице было плюс 50 и требуется перерыв в полчаса, чтобы ее охладить. Часть охраны вместе с начальником пошли в здание аэропорта. На борту оставили лишь трех своих людей, двое из которых были вооружены автоматами. Экипаж готовил побег прямо у них на глазах, а они не понимали, что мы задумали. И только тогда, когда самолет оторвался от земли, охрана засуетилась и потребовала немедленно идти на посадку. О том, что они не шутят, было ясно, когда талибы передернули затворы. Терять было нечего, и мы с Асхатом Аббязовым пошли на них с голыми руками. Нам удалось выбить оружие, а потом вместе с ребятами связать охрану. Не меньше получаса самолет летел на предельно низкой высоте, едва барханы не задевали. Подняться выше ста метров пилоты не могли, их бы сразу взяли на мушку. Немного вздохнуть смогли, когда пересекли границу Ирана.

- Это был уже знакомый коридор. Здесь самолеты авиакомпании, на которую мы работали, знали. Нас даже не спросили разрешения на полет, поинтересовались только высотой.
 

Это было 16 августа 1996 года…

 


Летчики из Татарстана в плену у талибов. Фото:из книги "За голосами в Кандагар"
как в кино

- О том, что про наш побег снимают кино, я узнал полтора года назад, - сказал Газинур Хайруллин. - Даже, если многое в фильме - художественный вымысел, пусть будет так. Мне кажется, он имеет право на жизнь только потому, что в нем есть главная мысль - сломать нас не так просто, мы все это вынесли и смогли жить дальше.

Режиссер "Кандагара" Андрей Кавун обратился за помощью только к командиру экипажа Владимиру Шарпатову (его в фильме играет Александр Балуев). Пять лет назад Кавун приезжал к Герою России в Тюмень, и летчик передал ему свои дневники, которые вел в плену, и рассказал все, как там было.

В следующий раз они встретились уже через несколько лет в Москве на съемочной площадке.

- Я надеялся, что Андрей Кавун изобразит все, что было в реалиях, - сказал по телефону корреспонденту "РГ" Владимир Шарпатов. - Но, когда увидел, что эпизоды из нашей жизни в плену, в кино представлены иначе, возразил. Но режиссер убедил меня, что это художественный фильм, а не документальный, поэтому какие-то моменты стоит опустить, а какие-то, напротив, усилить. Я согласился с ним.

По мнению Владимира Шарпатова, сцена побега в фильме представлена гораздо мягче, чем было в действительности. Но она хотя бы близка к истине.

- Про нас такое писали в некоторых изданиях, что до сих пор обидно. И выкуп оказывается за нас заплатили, и побег был наш тщательно подготовлен… Я сначала думал судиться, но потом послушался мудрых людей, которые мне сказали: "Собака лает, ветер носит!".

P.S. Первыми фильм "Кандагар" незадолго до его официальной премьеры увидели Газинур Харуллин и Александр Здор (в фильме его сыграл Андрей Панин). Владимир Шарпатов был приглашен на показ в Тюмени, Салехарде и Кургане. А вот остальные члены экипажа посмотрят фильм гораздо позже. Сейчас они находятся в командировках в разных концах света, некоторые из них перевозят гуманитарный груз в Гаити.