24.05.2010 23:46
    Поделиться

    Почвам Черноземья поставили неутешительный диагноз

    Как спасти чернозем и восстановить плодородие почв

    Даже в Центрально-Черноземном районе "царь почв", эталонный чернозем сегодня - скорее легенда, чем реальность.

    Служа человеку, почвы, которые считаются лучшими в мире, теряют плодородие. Их настоящее и будущее обсудили ученые и практики на совете экспертов, организованном "РГ" в столице Черноземья.

    Участники совета экспертов:

    - Константин Стекольников, заведующий кафедрой почвоведения Воронежского государственного аграрного университета (ВГАУ);

    - Александр Харитонов, декан землеустроительного факультета ВГАУ;

    - Александр Черемисинов, заведующий кафедрой мелиорации земель ВГАУ;

    - Михаил Лопырев, профессор ВГАУ;

    - Дмитрий Щеглов, заведующий кафедрой почвоведения Воронежского госуниверситета;

    - Александр Новичихин, заместитель директора по научной работе НИИ сельского хозяйства Центрально-Черноземной полосы им. В. В. Докучаева;

    - Алексей Свиридов, начальник отдела экологии НИИ им. В. В. Докучаева;

    - Александр Богданов, глава крестьянско-фермерского хозяйства;

    - Владимир Паршиков, кандидат сельскохозяйственных наук.

    Пашня в овраге

    Российская газета: Состояние российских черноземов вызывает у ученых все больше опасений. Почему?

    Алексей Свиридов: Диагноз нашим почвам поставил сто лет назад выдающийся ученый Василий Докучаев. Он же определил оптимальное для них соотношение леса, луга и пашни. Но в последние полвека приоритет отдавали пашне. Любой ценой… Старшее поколение наверняка помнит лозунг конца 50-х-начала 60-х годов: "Найдем воронежскую целину!" Распахали все склоны - помню, трактор едва не переворачивался. Урожаи были поначалу неплохие, а затем снизились. Мы начали вносить минеральные удобрения, применять вредные гербициды и пестициды. И опять вернулись к идеям Докучаева…

    В Воронежской области распахано около 80 процентов сельхозугодий. Ландшафт разрушается, поступление в почву свежей органики замедлилось. Но, кстати, замедлилась и деградация чернозема. Гумусный слой размыт до "скелета" - полностью он не растворится, но и хорошего урожая не даст. Чтобы восстановить плодородие, нужны удобрения, нужен правильный севооборот - чтобы не сажали годами на одном поле подсолнечник или свеклу…

    Владимир Паршиков: В конце 80-х в Черноземье проводили беспрецедентные для нашей страны работы по оценке состояния пашни: снимали ее с воздуха и из космоса. Воронежская земля рябая, больная - лоскутное одеяло. На урожай "работает" около трети площади… Экономисты говорят: на черноземах можно собирать 50-60 центнеров зерна с гектара! На деле показатели куда ниже. Но почему так происходит, никто не анализирует. Мы пробивались со своими справками ко всем секретарям обкомов и всем губернаторам. Нас благодарили, и только. Говорят о развитии сельского хозяйства, заказывают за огромные деньги стратегию развития области - а в основу планирования кладут отчеты, таблицы и снимки двадцатилетней давности.

    Михаил Лопырев: Проблеме у нас уделяют ненормально мало внимания. В Америке в 30-е годы шло активное разрушение почв - так всюду были плакаты: "Гибнет земля - гибнет нация". А в школах решали задачи: если смыло пять тонн почвы, то сколько "смыло" булок?

    Испытание капустой

    Дмитрий Щеглов: Чернозем заслуженно пользуется репутацией лучшей почвы мира. Он сформировался в особых условиях - как известный сорт винограда в Шампани… Сама по себе эта почва очень стабильна, образующие ее факторы идеально сбалансированы. Но мы нарушаем этот баланс. Ведь каждый тип почв возник под специфической растительностью. Темно-серая лесная - под лесом. Каштановая - под сухой степью. А мы везде сеем, грубо говоря, пшеницу. Почва реагирует - в каждом случае по-своему. Вот почему одни ученые пишут, что содержание гумуса уменьшается, другие - что увеличивается, третьи - стабилизируется…

    Александр Черемисинов: Для эталонного чернозема требовались определенные климатические условия и естественная растительность, которая играла роль регулятора - менялась каждый год. А человек избрал регулятором почву. Стал через нее воздействовать на растительность - с помощью агротехники, удобрений, химикатов… "Навязывать" чернозему завозные культуры. Например, капусту, которая, будучи родом из Средиземноморья, требует 90-процентной влажности. У чернозема же при влажности выше 65 процентов нарушается вся микробиология. Поэтому мы можем рассматривать его либо теоретически, как эталон, либо реально - как средство производства. В Америке любую почву под сельхозкультурами определяют как агрозем - напичканный удобрениями, он подходит для всего…

    Паршиков: Здоровая почва - здоровые люди. Где на наших черноземах можно получить экологически чистый урожай? Наши данные говорят о том, что…

    Константин Стекольников: …такой территории нет.

    Фермерская модель

    РГ: Вот уже 30 лет фермер Богданов реализует на "тяжелых" черноземах докучаевские идеи. Дает ли это эффект?

    Александр Богданов: К такому земледелию, по эколого-ландшафтной системе, нас подтолкнула сама жизнь. Район засушливый - значит, нужны пруды: вокруг них чаще идут дожди, больше росы. Ветром и водами сносит громадное количество чернозема - нужны лесополосы. Простой пример. В 2008 году по области прошла буря. У нас из 700 гектаров сахарной свеклы выбыло 100, а могло бы - все 600. В соседнем хозяйстве верхний слой почвы снесло на метр с лишним, у нас - на 15 сантиметров. Сосед банкрот, мы на плаву. Только вот для обслуживания лесополос нужны крепкие лесхозы. Иначе никто ни за что не отвечает. Вообще работать "по науке" выгодно: зерновых я собираю на 5-6 центнеров с гектара больше, чем в среднем по области. В прошлом году получилось по 67 центнеров с гектара! А главное, повышается содержание гумуса в почве - залог будущего плодородия.

    РГ: Какие стимулы нужны собственнику земли, чтобы он всем этим озаботился?

    Богданов: Надо нормативно установить возможности для контроля и поощрения земледельцев. Экономические условия должны заставить людей заниматься сохранением почв. А дальше - вопрос совести и чести…

    Черемисинов: …и профессионализма. Вот в нашем вузе готовят почвоведов. Но где нынче они востребованы в сельхозпроизводстве? Почвоведение "проходят" и будущие агрономы - по верхам. В итоге сеют прибыльный подсолнечник на полях с большим уклоном, это недопустимо! Оправдываются: "А как же мы долги отдадим? Как кредиты вернем?" Когда человек неумело водит машину, он ее разбивает и выбрасывает. Но землю-то не выбросишь… Кто будет восстанавливать наш чернозем после горе-пользователей? Нужно кредитовать на особых условиях тех, кто умеет работать на земле.

    Экономисты говорят: на черноземах можно собирать 50-60 центнеров зерна с гектара! На деле показатели куда ниже. Но почему, никто не анализирует

    Спасти и сохранить

    Александр Новичихин: Проблема снижения плодородия преследовала человечество всегда. В нашей стране урожайность сельхозкультур до середины прошлого века оставалась низкой, на уровне 1913 года. Потом за счет внесения органических удобрений показатели несколько выросли. А существенное повышение началось после 1963-го, в эпоху химизации. Параллельно развивалось животноводство - то есть и органические удобрения вносили. Потеря гумуса замедлилась.

    Стекольников: Позвольте возразить. Химизация не принесла ожидаемого результата. В последнюю советскую пятилетку, на пике применения минудобрений, средняя урожайность зерновых по области составляла 17,8 центнера с гектара. Это мечта сталинских времен. В четверти хозяйств урожайность сахарной свеклы была ниже ста центнеров с гектара! К концу перестройки почти треть воронежских почв оказалась подкисленной, вымывался кальций. Конечно, земли пришлось известковать, теперь площадь кислых почв вчетверо меньше. Но мораль ясна: заставь дурака молиться…

    Черемисинов: Сегодня даже в пределах одного поля встречаются совершенно разные почвы. Что делать? Определять наиболее однородные территории и применять там новые технологии. А больные участки мелиорировать.

    Свиридов: 12 процентов гумуса в черноземе, как при Докучаеве, нам не нужно. Достаточно сохранить 6-7, но чтобы в почву постоянно поступало свежее органическое вещество.

    Новичихин: Закон природы: сколько веществ вынесли с урожаем, столько надо вернуть. Без этого никакая система земледелия не сработает. В предыдущие 10-15 лет валовые сборы сельхозпродукции снизились раза в полтора. А все потому, что мы брали из почвы больше, чем отдавали: минудобрений вносили на порядок меньше прежнего, про органику и говорить нечего…

    Стекольников: В каждом селе было 2-3 животноводческих комплекса. Теперь - разруха. Надо их восстанавливать. Не столько ради навоза (невыгодно возить его на поле дальше трех километров), сколько ради потребления зерна. Мы производим больше, чем съедаем.

    Новичихин: Что до минудобрений, то увеличить их использование не позволяет цена. На покупку и внесение одного килограмма уходит 17 рублей 10 копеек. Один килограмм дает прибавку в размере 4-5 килограммов зерна. Чтобы компенсировать затраты на применение удобрений, килограмм должен стоить минимум четыре рубля. На деле - 2-3…

    Стекольников: Так что давайте или повышать цены на сельхозпродукцию, чтобы было выгодно вносить минудобрения, или увеличивать дотации. Пока земледелец живет хуже, чем горожанин, мы никуда не двинемся.

    Где власть употребить

    Александр Харитонов: Еще один аспект: сельхозпредприятия перестали заказывать проекты организации территории. Практически не осталось хозяйств, для которых разработаны системы земледелия. Те, что их имели, распались на более мелкие, и все схемы надо разрабатывать заново… Чтобы получить участок под дом, надо представить проект. Чтобы взять под сельхозпроизводство, не нужен даже элементарный бизнес-план. А уж какая вакханалия творится с перераспределением земель! В эту сферу пришло много неспециалистов, которые не отличают пашню от пастбища. Понятия "землеустройство", "контроль землепользования" выходят из оборота. При кадастровой оценке земель не учитываются качественные характеристики почв. В этом контексте разговор о сохранности черноземов, увы, неактуален…

    Щеглов: Нам нужна государственная служба охраны почв - как во всех развитых странах. Чтобы она вела систематический мониторинг состояния пахотно-пригодных земель. В СССР это делали каждые 20 лет, после 1985 года прекратили - а изменения-то страшные. Взять территорию "эталонной" Каменной степи, где почти век следуют докучаевской системе. Все называют тамошние почвы обыкновенными черноземами. А они уже солонцеватые…

    Стекольников: В Штатах человек получает землю на пять лет, под залог. Срок вышел - почвенная служба проверяет этот участок. Сохранил плодородие - пользуйся дальше. Ухудшил - землю отберут и восстановят за твой счет. Других способов сберечь почвы нет и не будет. Нам нужен аналогичный закон. По Крылову: "…чтоб там речей не тратить по-пустому, где нужно власть употребить".

    P. S.

    В Воронежской области принят закон об обеспечении плодородия земель сельхозназначения. Правила их рационального использования предписывают аграриям вносить определенное количество удобрений, охранять пашни от эрозий, вести научно обоснованный севооборот, не увлекаться выращиванием "вредного" для почв подсолнечника (хотя в регионе официально решено увеличить его производство)… Также "не допускается существенное снижение плодородия почв". За нарушение - штрафы от двух до ста тысяч рублей (для разных форм собственности). Ну а власти согласно закону уполномочены содействовать благим начинаниям земледельцев.

    Поделиться