Новости

24.06.2010 07:20
Рубрика: Общество

Цитадель

Накануне 22 июня стало известно имя 273-го защитника Брестской крепости. Это чеченец Элим Эрмурзаев

Из 962 погибших защитников крепости большинство - "неизвестные солдаты". Последнее имя было увековечено в 1996 году.

Рассказывает директор Мемориального комплекса "Брестская крепость-герой" Валерий Губаренко.

Российская газета: Помогают ли страны СНГ сохранению нашей общей военной святыни?

Валерий Губаренко: Договор между странами СНГ по коллективной реставрации крепости возобновлен не был. По какой причине, я не знаю. Это дела политиков.

Добровольная помощь идет, но она мизерная. Ну вот, например, прислала бабушка-партизанка сто тысяч белорусских рублей (немногим больше 1 тыс. рублей российских. - Ред.). Крупных государственных вливаний нет. Когда-то было принято решение глав правительств СНГ о ремонте и реставрации мемориального комплекса, речь шла о том, чтобы выделить не очень большие деньги (два миллиона долларов) в течение двух лет. Они поступили, но не в полной мере. Четко выполнили свои обязательства только Россия, Украина и Белоруссия. А вот такие государства как Грузия, Армения, Азербайджан вообще не дали ничего. По истечении двух лет снова было инициировано решение помочь "Брестской крепости", и тогда немного денег перечислили только Азербайджан -150 миллионов белорусских рублей (меньше 50 000 долл. - Ред.) и Казахстан - 100 миллионов (33 000 долл. - Ред.). Молдова - два миллиона (663 долл. - Ред.).

РГ: Значит, остались лишь моральные обязательства перед погибшими отцами и дедами. Россия их соблюдает?

Губаренко: Россия дает вдвое больше, чем положено.

РГ: Крепость защищали солдаты 32 национальностей. В частности, в первые часы боев здесь погиб брат Эдуарда Шеварднадзе - Акакий. Оказывали ли власти Грузии помощь "Брестской крепости"?

Губаренко: Я лично обращался к правительству Грузии за помощью. Мне ответили: "Парень, не суй свой нос, куда не следует". Грузия не выделила ни копейки на обустройство могилы своего героя. Хотя в официальном ответе они пообещали помощь, но сейчас, мол, денег нет. Более того, приехал министр строительства Грузии, походил тут, посмотрел и сказал, что, да, сюда нужны средства. Как говорила Нонна Мордюкова: "Был у меня шофер, уехал, только пыль из-под колес осталась". Ни Шеварднадзе, ни дружбы, но память о солдате-грузине осталась, несмотря ни на какие политические катаклизмы.

РГ: Крепость в 90-е годы дошла до того, что не было денег на газ для Вечного огня. Сколько нужно сейчас, чтобы нормально жить?

Губаренко: На нормальную жизнь ей дает государство Белоруссии из бюджета. Но на продолжение реставрации нам не хватает примерно 8 млрд белорусских рублей. Ремонт никогда не заканчивается, территория мемориального комплекса огромна, постоянно нужно что-то подделывать.

РГ: При обороне крепости погибло 962 человека. Сколько осталось неизвестных?

Губаренко: На днях была установлена личность 273-го погибшего здесь героя. Этого не происходило с 1996 года. Имя может быть вынесено на плиты, после того как будет подтверждено участие в обороне одним свидетелем и данными Подольского архива минобороны. Последнее имя, которое мы на днях вынесли на мемориальную доску, - это имя рядового Эрмурзаева Элима Алиевича, погибшего 24 июня 1941 года. Думаю, это не последняя установленная личность защитников крепости. У нас "в работе" еще несколько человек. Но чтобы их идентифицировать, уйдет время, потому что документов предстоит собрать множество.

РГ: Теперь понятно, откуда пошли слухи о том, что на днях были рассекречены архивы Брестской крепости и выяснилось: ее оборонял чеченский батальон...

Губаренко: Таких сведений у нас нет. Но еще в 60-е годы чеченский писатель Халид Ошаев написал книгу "Брест - орешек огненный", где привел список призванных из Чечено-Ингушетии накануне войны на службу в Брестский гарнизон. В нем 200 с лишним человек. На сегодня среди чеченских историков есть мнение, что в крепости служило около 300 их земляков. Впрочем, есть среди них приверженцы и другой цифры - 600. С другой стороны, когда после войны пробовали переписать всех воевавших и задавали вопрос, кто сражался в Брестской крепости, люди руки поднимали, хотя сражались в Брестской области, а не в самой крепости.

Сейчас у нас работает сотрудник Чеченского госархива, который не обладает сведениями о столь массовом присутствии чеченцев в крепости. Ни мы, ни другие ученые не можем сейчас сказать конкретно, сколько их было в Брестском гарнизоне накануне войны. Может, и 300, но их еще нужно найти, а пока у нас открыты и увековечены имена лишь четверых погибших чеченцев. Кроме того, из Чечено-Ингушетии ведь призывались не только чеченцы. Был татарин из Грозного, учился в Грозненском нефтетехникуме. Известны имена и нескольких русских, призванных из Чечено-Ингушетии. Защищали крепость солдаты 32 национальностей, но на плитах мемориала увековечена память только 21-й.

Здесь, в Бресте, хранится память о тех, кто отдал во имя победы свои жизни. И нам совершенно безразлично, какой они были национальности. На мемориальных плитах высечены имена более 40 россиян, более 30 украинцев, 28 белорусов, более десятка евреев... В этом году крепость посетили 280 тысяч человек: до советского миллиона еще далеко, но и перестроечные 30 тысяч мы перешагнули давно.

премьера

Музыка последних слов

В ночь с 21 на 22 июня ровно в четыре утра у мемориала "Мужество" начался концерт-реквием "Вахта памяти". Зрители, потрясенные фильмом Александра Кота "Брестская крепость", не отошедшие от жесткой правды первых дней войны, с невысохшими от слез глазами слушали абсолютно созвучную пронзительному своему настроению музыку. Только что они наполнили водой из солдатских фляжек каменную каску скульптуры "Жажда". То, что творилось на сердце, хотелось сберечь как можно дольше. Ветераны Брестской крепости, вновь пережившие свою войну, делились впечатлениями с многочисленными журналистами и молодежью. Я подошла к сыну легендарного комиссара Фомина - Юрию Ефимовичу. Это ему с матерью Фомин-Деревянко весь фильм пишет письмо: "Простите, родные, приехать не получилось..." Материалы для своей книги об отце Юрий Фомин собирал 50 лет.

Пограничники Бреста под траурный марш спускают на воды Буга венки у Тереспольских ворот, прославленных упорной обороной. Туманному рассвету над плакучими ивами крепости аккомпанирует симфонический оркестр. Звучит величественная музыка Прокофьева из симфонической сюиты "1941 год" и Шостаковича из кинофильма "Падение Берлина".

Но главным событием этой символической ночи стала мировая премьера кантаты "Брестская крепость" молодого композитора Антона Лубченко. Хор пел тексты надписей, сделанных солдатами на стенах Брестской крепости, фрагменты приказов Ставки и тексты из Евангелия. Над цитаделью плыло: "Мы умираем, но не сдаемся..."

Организатором концерта-реквиема, собравшего на одной площадке музыкантов из стран Содружества, стал Межгосударственный фонд гуманитарного сотрудничества государств - участников СНГ.

Общество История