Новости

22.07.2010 00:10
Рубрика: Культура

Счастье по имени Пушкин

Не то что перечитывать классику - жить некогда.

Но если выдается свободное время, то читаем не Пушкина, а "лидеров книжных продаж". Тоже неплохо. Но не отнимаем ли мы сами у себя счастье по имени Пушкин?

Если жизнь тебя обманет,

Не печалься, не сердись!

В день уныния смирись:

День веселья, верь, настанет.

Сердце в будущем живёт;

Настоящее уныло:

Всё мгновенно, всё пройдет;

Что пройдет, то будет мило.

Александр Пушкин.

Написано в Михайловском 19 июля 1825 года и посвящено Евпраксии Николаевне Вульф.

...А вам не слышатся в этом стихотворении каблучки Наташи Ростовой? Помните, как, пробуя в одиночестве свой чудесный голос, она ходит по зале взад и вперед, "ступая не простыми шагами по звонкому паркету, но на всяком шагу переступая с каблучка на носок, и так же радостно, как и к звукам своего голоса, прислушиваясь к этому мерному топоту каблучка и поскрипыванию носка...".

Если жизнь тебя обманет,

Не печалься, не сердись!

Это тот ритм, который так завораживает маленьких детей, когда они слушают стихи; то радостное движение, что так целительно действует на душу взрослого человека.

...Всё мгновенно, всё пройдет;

Что пройдет, то будет мило.

Когда Александр Сергеевич писал эти строки, Евпраксии, младшей дочери тригорской помещицы Прасковьи Александровны Осиповой, едва исполнилось шестнадцать. Пушкин был на десять лет старше, но и он в ту пору был каким-то особенно солнечным, детским, бурлящим, как шампанское.

Валентин Непомнящий, выдающийся наш пушкинист, считает, что Пушкина нельзя назвать ни религиозным, ни духовным писателем, но "его художественный мир... сам по себе пронизан светом божественной Правды".

И в самом деле: некоторые стихи о "духовном" оставляют весьма тусклое впечатление. В них чувствуется некая заданность. А вот Пушкин редко говорит о чем-то заоблачном, но сердце при этом озаряется. И почему-то ярче всего этот свет - не в больших его созданиях, а вот в таких стихах, как это, написанное в утешение шестнадцатилетней девочке.

Вспоминается один рассказ митрополита Антония Сурожского: "Когда-то я преподавал в гимназии. Однажды девочка лет четырнадцати сидела и весь урок плакала. Когда она выходила, я остановил ее и сказал: "Не отчаивайся никогда!.." Двадцать пять лет спустя она меня разыскала и написала письмо, что в тот день эти слова дали ей силу жить и надежду на будущее, это будущее перед ней раскрылось как победа. В тот момент я только сказал ласковое слово бедной плачущей девочке, но оно было сказано изнутри моего собственного опыта и из того, чему я научился от Христа..."

Как это перекликается с тем, что говорил Пушкин заплаканной Евпраксии. Та же вера и простота, та же ласковость и мудрость.

...В день уныния смирись:

День веселья, верь, настанет.

Как часто в молодости, разочарованные простотой Пушкина, мы надолго уходим от него. Нелепо и дико было бы задаваться вопросом: "Зачем мне воздух? Я им уже дышал в детстве..." Но никто не удивляется репликам: "Зачем нам Пушкин? Мы его уже прошли в школе..."

К Пушкину не так легко вернуться именно потому, что мы с детства избалованы его приятельским соседством. И как мы не всегда ценим наших близких, пока они рядом, так и Пушкин, мы считаем, никуда не денется. Окликнешь - и он придет. Захочется перечитать - и он всегда под рукой. Пушкин дан нам "даром" - как небо и солнце, как мама и бабушка, как сад за дачным окном.

Что надо, чтобы жить?

Совсем немного надо:

В июльский день кружить

По тихим тропам сада...

Это уже строки нашей современницы, поэта Ларисы Миллер.

dmitri.shevarov@yandex.ru

Культура Литература Календарь поэзии