Новости

Венецианская архитектурная биеннале предложила свои решения проблем заброшенности городов

Что бы ни решило высокое жюри Венецианской архитектурной биеннале во главе с японкой Катцуо Сейджима, обсуждая имя обладателя очередного Золотого льва, российская экспозиция под названием "Вышний Волочек. Трансформации. Фабрика. Россия", подготовленная кураторами Григорием Ревзиным, Павлом Хорошиловым и Сергеем Чобаном (комиссар российского павильона Василий Церетели), безусловно, станет одним из главных событий мирового архитектурного чемпионата 2010 года.

И потому, что она предлагает остроумное решение проблемы, общей для всех постиндустриальных стран, в которых умирали моногорода, когда оттуда уходило машинное фабричное производство. И потому, что эта экспозиция просто светится замечательным утопическим пафосом. И потому, что социальная утопия становится своего рода практическим предложением власти, от которого трудно (хотя и возможно) отказаться. И, наконец, тем, что именно архитекторы формулируют новое видение развития общества, которое может и должно формироваться и за пределами мегаполисов, где качество жизни ухудшается год от года.

Хотя когда попадаешь в первый зал экспозиции, еще не понимая общего замысла ее авторов, то все вышесказанное просто не может прийти в голову. В пустом пространстве, напоминающем фабричный цех второй половины ХIХ века, откуда вынесены все станки, крутится черно-белая кинолента режиссера Дмитрия Веникова и оператора Романа Васянова о современном житье-бытье Вышнего Волочка, которому, судя по всему, до нынешнего головы - Олега Меньшикова, - мягко говоря, не слишком везло с мэрами.

В нем угадывается исчезающая красота природы и ветшающей храмовой архитектуры, но его главная тема - умершие, разрушенные фабричные здания, с выбитыми стеклами, вывезенными - на металлолом - станками, пугающе пустыми пролетами цехов, где некогда кипела жизнь. Вышний Волочек - один из 934 городов России с населением меньше 100 тысяч человек, жизнь которого в последние полтора столетия зависела в основном от текстильного и отчасти стекольного производства. (Для справки: всего в нашем отечестве 1098 городов, и только в 164 из них население больше 100 тысяч человек. В них живет около сорока процентов граждан нашей страны. Цифры эти не до конца точны, потому что некоторые города мигрируют то в сторону искусственного увеличения населения, то в сторону реального его уменьшения, но разница в подсчетах - не десятки, но единицы городских поселений.)


Экспозиция "Фабрика. Россия" в российском павильоне на Венецианской архитектурной биеннале - проект реконструкции Вышнего Волочка. Фото:Валерий Кичин

У Вышнего Волочка в советское время была своя фабричная слава, но в русскую историю он вошел не этим. Василий Осипович Ключевский, как справедливо вспоминают создатели экспозиции, в предисловии к своему "Краткому курсу русской истории" назвал Вышний Волочек "важнейшей гидрографической точкой Европы". Не стану утомлять читателей увлекательнейшими анекдотами о том, как на протяжении столетий формировался этот великий путь из бассейна Невы в Волгу, сколько денег было украдено в пору создания Вышневолоцкой водной системы в ХVIII столетии, тем более что после создания Мариинской водной системы (ныне Волго-Балтийский канал) она утратила свое общероссийское значение. Но даже спустя два столетия каналы, плотины, искусственные озерца создают неповторимый пейзаж города и его окрестностей, словно сопротивляясь руинированию фабричных построек и индустриального жилья второй половины минувшего столетия.

Нужно постоять не менее двух минут в этом темном, как бы разрушающемся фабричном пространстве с мерцающим киноэкраном, свидетельствующим о печальной убогости настоящего, чтобы вздрогнуть от восторга, войдя во второй зал экспозиции, полный солнца и живописного праздника. Деревянные мостки, переброшенные через сверкающую гладь каналов, сделанных из стали, позволяют рассмотреть живописную панораму, которую создала замечательная бригада петербуржских живописцев. Ученики Е. Моисеенко и А. Мыльникова Светлана и Сергей Курбатские, Ольга и Андрей Васильевы, Петр Чесноков, Наталья Маковецкая, самым веселым образом соединяя традиции итальянской и русской изобразительной традиции, воплотили замысел авторов панорамы - художника Василия Федотова (их бригадира) и архитектора Татьяны Цехомской. Живущие в окрестностях Вышнего Волочка, они подарили русскому городскому ландшафту солнечную тональность Адриатики - созданная ими панорама легко рифмуется с венецианскими окрестностями, стоит только распахнуть двери павильона, открывающиеся на морской берег. Питерскому академизму не вредит легкая прививка лубочности, напротив, она делает его по-провинциальному человечнее.

Эта панорама, которая являет некие "выбранные места" вышневолоцкой реальности, может показаться праздничной утопией, пластическим аттракционом, некоей среднерусской фантазией о Городе солнца, если бы не представленные в третьем зале прагматичные архитектурные и инженерные решения, предложенные пятью мастерскими - московскими и петербуржскими. Евгений Герасимов, Владимир Плоткин, Сергей Скуратов, Сергей Чобан и Сергей Кузнецов, пригласившие к сотрудничеству известного дизайнера Алену Ахмадулину, и Никита Явейн не просто предлагают пять отдельных проектов, меняющих предназначение фабрик, но общими усилиями создают трансформации городской среды, предлагая старому городу совершенно новую жизнь. Конгресс-центр и гостиница, театр фольклора и выставочный зал, мастерские традиционных ремесел, причал для яхт и моторных катеров, центр текстильной промышленности, в который входит фабрика по пошиву модной одежды всемирно известных дизайнерских домов, музей и жилье для рабочих, техно-развлекательный парк "Познание мира"... Все это продуманно и сделано по-настоящему талантливо и практично. И это не утопия - благодаря скоростным поездам и строительству современного шоссе между Москвой и Петербургом Вышний Волочек получает реальные шансы на лучшее будущее.


Внешний вид российского павильона. Фото:Валерий Кичин

Все разговоры о провинциальной отсталости отечественной архитектуры, лишь уродующей современные столицы, на этой экспозиции безусловно теряют свою правоту. Нужно было найти провинциальный город, в проектировании объектов которого не действуют те условия международных конкурсов, проводящихся в России, что по существу являются дискриминационными для российских мастеров, чтобы наши архитекторы продемонстрировали настоящий мировой класс. Речь идет о том, что сегодня для участия в конкурсе на тот или иной звонкий объект необходимо уже иметь опыт в проектировании чего-то сходного. Поэтому выбирают Фостера, Фостера и еще раз Фостера, которого я, как и все здравомыслящие люди, справедливо считаю великим, но не единственным мэтром архитектуры.

Смелость и новаторство российской экспозиции заключается не только в цеховой полемике. Она состоит даже не в вызове современной бюрократии, ведь глядя на эту красоту среднестатистический российский гражданин сразу начинает думать о том, сколько чиновничьих преград надо будет преодолеть и сколько денег украдут при реализации этого проекта - больше или меньше, чем в ХVIII столетии. Создание таких городов (а у каждого из них должно быть свое предназначение и свой облик) потребует нового социального моделирования, нового уровня представлений о развитии России, реализованных в качественной федеральной целевой программе. Ведь этот проект по существу - социальное Сколково. Если мы сумеем создать полноценную и достойную жизнь в почти тысяче малых городов России, мы действительно сможем сохранить страну не только в близком, но и далеком будущем.

...Чуть не забыл - в исторической части Венеции живет около 60 тысяч горожан, а во всей "большой Венеции" - 125 тысяч, которые принимают ежегодно 24 миллиона туристов. Чем Вышний Волочек хуже?

Тем временем

Дмитрий Медведев, как сообщает пресс-служба Кремля, поручил оказать необходимую помощь пострадавшим и выплатить компенсации, а также восстановить работу дома престарелых в полном объеме. Кроме того, глава государства поручил Следственному комитету при прокуратуре провести тщательное расследование по данному инциденту.