Новости

08.09.2010 11:20
Рубрика: Общество

Жорес Алферов: Не всякий ученый годится в инженеры

Отчего мы побеждаем на олимпиадах и проигрываем в экономике? На риторический вопрос, заданный известным бизнесменом и руководителем проекта "Сколково" Виктором Вексельбергом, дают ответ своим примером воспитанники алферовской школы.

Первые сентябрьские дни нобелевский лауреат Жорес Алферов посвятил своим ученикам -только начинающим и тем, что уже выпорхнули из гнезда и твердо встали на крыло.

В День знаний академик вручал билеты новому набору лицеистов Физико-технической школы и перелистывал вместе с ними "Азбуку ФТШ" у себя в Санкт-Петербургском академическом университете. А назавтра устроил восьмиклассникам, их преподавателям и ректорам известных питерских вузов очную ставку с руководителем проекта "Сколково" Виктором Вексельбергом. После чего уже сам отравился с "инспекционным" визитом по адресу: Таллинское шоссе, 206, где командой его выпускников готовится к запуску высокотехнологичное производство светодиодной техники.

Материал публикуется в авторской редакции. Читать версию статьи из номера

Эту продукцию острословы поспешили окрестить "лампочками Чубайса Прохорова" (корпорация "Роснано" и группа "ОНЕКСИМ" выступили инвесторами проекта), хотя по справедливости надо бы назвать ее именем Алферова. Ведь это его фундаментальные работы в области полупроводниковых гетероструктур, отмеченные в рубежном 2000-м году Нобелевской премией по физике, дали толчок многочисленным прикладным разработкам в микро- и наноэлектронике, включая лазеры различных применений, современную аудио- и видеотехнику, мобильные телефоны, преобразователи солнечной энергии и, конечно, светодиоды.

Нынешний День знаний в этом смысле стал днем особым: с 1 сентября 2010 года в странах Евросоюза прекращен оборот ламп накаливания мощностью 75 ватт. Такие же стоваттные запрещены еще год назад. На смену им приходят более экономичные и безопасные источники света на основе светодиодов. Россия тоже встала на этот путь - по новому Закону "Об энергоэффективности" производство и продажа "лампочек Ильича" мощностью 100 и более ватт прекращается уже с будущего года, а к началу 2014-го возможен запрет и на менее мощные лампы. Первым делом должны прекратиться госзакупки морально устаревших изделий. Успеем ли до этого времени произвести и предложить российскому потребителю свои, а не китайские светодиоды и экономичные светильники на их основе? И не просто экономичные, а конкурентоспособные по соотношению "цена-качество"?

- В своем секторе рынка мы на это рассчитываем, - дали понять академику Алферову руководители фирмы "ОптоГан" и повели показывать готовые к запуску производственные помещения. Ключевые позиции в этой недавно созданной компании занимают вернувшиеся в Россию после нескольких лет работы за рубежом (в Финляндии, на Тайване, в Германии) ученики Жореса Алферова и неразлучные друзья Владислав Бугров (он генеральный директор открывающего под Санкт-Петербургом завода), Максим Одноблюдов (президент группы компаний) и Алексей Ковш (неформальный лидер этой троицы, до недавних пор сохранявший за собой стратегические позиции в компании Innolum).

Фирма с таким названием создана и зарегистрирована выходцами из России в технопарке немецкого Дортмунда несколько лет назад. А сам этот технопарк, созданный на месте гигантского металлургического комбината (остановленного по причине его нерентабельности, демонтированного и перемещенного в Китай), стал тем местом, где, по выражению Алексея Ковша, "из русских ученых делают грамотных инженеров". А из некоторых - добавим от себя - предприимчивых и хватких организаторов. Ковш и его друзья-однокурсники как раз из этого меньшинства.

О старте их светодиодного мегапроекта на родине "Российская газета" писала осенью прошлого года (см. "Вернись, Алеша!" и "Не всем до лампочки" - "РГ", 18 и 26 ноября 2009 г.). Чтобы узнать, как продвинулся проект за прошедшие девять месяцев, и оценить его перспективы, я отправился на "ОптоГан" в компании академика Алферова, договорившись об этом заранее и с ним самим, и с командой Ковша-Бугрова-Одноблюдова.

Был шанс оказаться на предпусковом объекте одновременно с Михаилом Прохоровым, который именно в этот день решил посмотреть, куда вливаются его и РОСНАНОвские миллионы (Анатолий Чубайс на новом предприятии уже побывал). Но проливной дождь, зарядивший в Санкт-Петербурге с самого утра, так усложнил дорожную ситуацию, что мы добрались к месту назначения на полтора часа позже ожидаемого. И головная боль встречающих - как соединить визит олигарха с визитом академика - разрешилась сама собой: гости благополучно разминулись.

- Прохорову у нас понравилось, - сообщили Алферову и повели удивлять только что установленным оборудованием.

- А сколько на это потратили? - перешел он сразу от эмоций к делу.

- Закупили уже на 7 миллионов евро, - отозвался Алексей Ковш. - А всего рассчитываем где-то на двадцать миллионов…

Жорес Иванович понимающе кивнул и двинулся дальше. Он радовался за ребят и одновременно завидовал: сколько новых возможностей открывается перед ними! И как много он сам еще хотел бы сделать для тех восьмиклассников, что поступили в этом году, выдержав большой конкурс, в Физико-техническую школу первого и пока единственного в своем роде Санкт-Петербургского академического университета, созданного стараниями нобелевского лауреата.

Не так давно в распоряжении всех, кто тут обучается, появились лабораторные корпуса с "чистыми" комнатами. Часть из них еще пустует - достаточного количества средств на закупку оборудования и приборов не может выбить даже академик Алферов с его недюжинными умениями. Виктор Вексельберг, когда узнал общую сумму бюджетных ассигнований на университет (всего 26 миллионов рублей в год на вузовское и послевузовское образование), откровенно недоумевал.

- Но это весь бюджет Российской академии наук на образование - он целиком сюда идет, - открыли гостю великую тайну. - А все, что сверх этого, мы по крупицам добываем из других источников…

Между тем в университете преподают 75 кандидатов и докторов наук, включая трех академиков и пять членов-корреспондентов РАН. До конца прошлого года это был Академический физико-технический университет, а с января нынешнего он объединен в единое целое (одно юридическое лицо) с Санкт-Петербургским научно-образовательным центром и Физико-технической школой (лицеем). Еще одно знаковое событие года - сравнительно молодое дитя академика Алферова и команды его сподвижников получило официальный статус Национального исследовательского университета и подобающее финансирование.

Это означает, как минимум, что традиции легендарного Физтеха, где долгие годы работал сам Жорес Алферов и набирались опыта его ученики, получают новую прописку - в учебных корпусах и научных лабораториях на улице Хлопина, 8. А как максимум - говорит о том, что в изменившихся реалиях требуются новаторские подходы. Видимо, пришла пора менять акценты и всерьез перераспределять ресурсы, если мы действительно хотим модернизировать страну и с таким прицелом готовить кадры для науки и высокотехнологических, инновационных производств. Богатый опыт академика Алферова и все более громкие успехи его учеников и последователей красноречиво свидетельствуют в пользу именно такого - "личностного" подхода, с упором на развитие существующих и перспективных научных школ.

Косвенным тому подтверждением могли бы служить и слова Виктора Вексельберга про "Сколково", когда его спросили, с какой целью затеян этот проект.

- Надо разобраться, - был ответ, - почему мы побеждаем на международных олимпиадах и проигрываем в экономике.

- Надо, - согласились с гостем. - Только быстрее разбирайтесь. И нас не оставляйте в стороне.

прямая речь

Жорес АЛФЕРОВ, академик, вице-президент РАН:

- Я не устаю цитировать замечательного английского ученого Джорджа Портера, получившего Нобелевскую премию по химии, хотя сам он по специальности радиофизик. Портер применил скоростную импульсную радиотехнику для исследования химических реакций. И в ответ на попытки разделять науку на фундаментальную и прикладную как-то сказал: "Вся наука прикладная. Разница только в том, что отдельные приложения возникают быстро, а другие происходят только через 50 или 100 лет". Та область физики твердого тела, которой занимаемся мы - физика полупроводников, полупроводниковая электроника, полупроводниковая квантовая электроника - как правило, довольно быстро давала отдачу. К примеру, первый полупроводниковый лазер на гетероструктурах при комнатной температуре заработал у нас в лаборатории в 1968 году, а в 70-м уже было освоено промышленное производство.

И сегодня я рад появлению таких компаний, как "ОптоГан". Это знак того, что в России возрождается промышленность высоких технологий. Вдвойне приятно, что во главе фирмы - выпускники созданной нами еще в 1973 году базовой кафедры оптоэлектроники - Олег Аршинов, Алексей Ковш, Максим Одноблюдов, Владислав Бугров. Это все студенты нашей кафедры, которые сегодня стали известными учеными, крупными инженерами и организаторами производства. Думаю, что они по правильной дороге поведут свою компанию и многого добьются на этом пути.