Новости

Сближение Украины с Россией идет быстрее, чем ожидалось. Благостные репортажи об автопробеге двух президентов, бодрые телеотчеты об их переговорах в Завидове могли даже создать впечатление, что Москва и Киев окончательно сблизились и им нечего больше делить. Между тем именно на этой встрече Дмитрий Медведев и Виктор Янукович коснулись одного из наиболее спорных вопросов в российско-украинских отношениях: как провести границу в Керченском проливе? Киев считает, что линия раздела должна находиться там, где она пролегала в советские времена - между Крымской областью УССР и Краснодарским краем РСФСР. Москва же утверждает, что СССР был единой страной и никаких государственных границ между ее республиками не существовало - имелась граница административная, то есть разделение зон ответственности, и только.

Спор, конечно же, не о терминах. Дело в том, что Керченский пролив неоднороден по своей глубине. Его судоходный фарватер проходит по территории Украины, а мелководная часть - у берегов Кубани. Москва предлагает перенести границу на середину фарватера, чтобы российские суда могли свободно ходить из Черного моря в Азовское. И поскольку Азов является внутренним морем, к которому, кроме России и Украины, никто не выходит, то пускать туда корабли третьих стран, по мнению Москвы, можно будет только с согласия обеих этих стран. Чем мотивирована такая позиция, понять нетрудно: Москва опасается, что Украина может пустить в Азов военный флот НАТО.

Киев с этой позицией не согласен. "Граница должна проходить в тех рамках, которые зафиксированы еще в советские времена, - говорит член комитета Верховной рады по иностранным делам Тарас Черновол. - В соответствии с этим Коса Тузла является территорией Украины. И все суда, которые заходят в Азовское море, проходят украинскую территорию, что влечет за собой финансовые потери со стороны России. Но если согласиться с разграничением, которое предлагает Москва, Украина потеряет Тузлу. Нынешняя власть на это не пойдет".

Проблема раздела Азовского моря и Керченского пролива возникла не сейчас. Спор вокруг Тузлы впервые вспыхнул в октябре 2003 года, когда российская сторона начала строительство дамбы в Керченском проливе. Градус истерики, охватившей по этому поводу украинских радикал-патриотов, достигал запредельной отметки. Активисты из УНА-УНСО объявили мобилизацию добровольцев на войну с Россией. Украинское население подвергалось опросам о возможном военном конфликте с соседом. На заседании Совета национальной безопасности и обороны намечались меры "по предупреждению пересечения российской стороной украинской границы". Звучали официальные заявления: "Ни при каких обстоятельствах Украина не допустит соединения дамбы с островом, который является частью нашей территории". Тогдашний посол России на Украине Виктор Черномырдин заверял, что стройка остановится на российской территории. Говорил, что, отстаивая право строить на своей территории водозащитное сооружение, Россия исходит из соображений экологической безопасности. Что граница, пролегающая в Азово-Керченской акватории, достаточно условна. И что согласно российско-украинскому межгосударственному договору Керченский пролив и Азовское море - внутренние воды России и Украины. Значит, ни о каком вторжении в чужие территориальные воды тут речи быть не может.

Никчемность того скандала, напоминавшего коммунальную склоку, была очевидна всякому беспристрастному наблюдателю. Подобными же страстями сопровождался бессмысленный и нудный дележ Черноморского флота. Готовность ссориться по любому поводу и без повода долгое время была чертой специфической российско-украинской "дружбы". При этом одна из сторон значительно чаще проявляла сдержанность и великодушие, нежели другая.

Намерена ли Россия доказывать свое право на Тузлу? Представители оппозиции в Верховной раде убеждены, что дело клонится именно к этому. Бывший министр иностранных дел, депутат Борис Тарасюк заявил, что Россия стремится "фактически сделать акваторию Керченского пролива акваторией совместного государственного пользования". По его мнению, Украина тогда потеряет не только политическое влияние, но и экономическую выгоду, в конце концов "может потерять контроль и над островом Коса Тузла".

Но о территориальных претензиях России к Украине никогда речи не было, нет ее и теперь. Спор идет лишь о том, где провести границу в Керченском проливе. От того, чем разрешится спор, будет зависеть содержание "Декларации о стратегическом партнерстве", которую президенты обеих стран обещают подписать до конца нынешнего года. Многие препятствия на пути к подписанию этого документа уже устранены. После сенсационного соглашения по Черноморскому флоту и невероятных договоренностей о газовом сотрудничестве Киев сделал как минимум еще два шага навстречу Москве. Виктор Янукович отказался считать голодомор геноцидом украинского народа, отменил указы своего предшественника о присвоении Степану Бандере и Роману Шухевичу звания героев Украины.

В каком-то смысле Виктору Ющенко править было легче. Его никто не подозревал в способности предать украинские интересы в угоду Москве. Ему не надо было оглядываться на местных националистов, не было нужды доказывать свою приверженность принципам суверенитета и независимости. А вот Виктору Януковичу - приходится.

Россия надеется на сближение с Украиной. Того же ждет и значительная часть украинского общества. Но подталкивать Януковича под руку - значит только осложнять ему жизнь. Чем сильнее Москва будет давить на нового украинского президента, тем решительнее ему придется отметать подозрения в проведении пророссийского курса, тем усерднее надобно будет доказывать свою европейскую ориентацию. И хотя вопрос о вступлении Украины в Евросоюз пока не стоит в повестке дня, никуда от Запада Украина не денется - так же, как и от России не отдалится. Януковичу придется проводить двухвекторную внешнюю политику, в которой Россия, возможно, и не будет главенствовать, но неминуемо станет важным направлением.

С момента распада Союза и до "оранжевой революции" Москва искала на Украине пророссийских политиков, способных возглавить страну, и делала ставку только на них. Но пророссийских политиков на Украине нет. Так что неоткуда взяться и пророссийскому президенту. Достаточно того, что перезагрузка в отношениях между Москвой и Киевом идет хорошим темпом. И чтобы она состоялась, Москве следует как минимум отказаться от завышенных ожиданий и не требовать от Киева невозможного.

Что же касается границы в Керченском проливе... Спор о ней вполне может быть завершен каким-нибудь компромиссом. Ну, скажем, таким: Киев значительно снизит или даже обнулит тариф за прохождение российскими судами керченской акватории, а Москва, в свою очередь, пойдет на ценовые уступки по газу. Чем меньше будет идеологической риторики и чем больше реализма и прагматики, тем скорее Россия и Украина достигнут реального стратегического партнерства. А уповать лишь на то, что Виктор Янукович нам ближе, чем его предшественник, не стоит. Он-то, может, и ближе, но с его приходом тугие узлы российско-украинских отношений - газ, русский язык, граница в Керченском проливе - сами собой не развяжутся.

Власть Работа власти Внешняя политика Отношения России и Украины Колонка Валерия Выжутовича