Новости

05.10.2010 00:40

Деньги против денег

Рубль пока не пострадал от девальвации азиатских валют
Текст: Елена Кукол

В конце этой недели Международный валютный фонд и Всемирный банк обсудят на совместной сессии попытки разных стран девальвировать свои национальные валюты, чтобы подстегнуть рост экономики.

А в ноябре этот вопрос вынесут на саммит "большой двадцатки" в Сеуле. Причиной стали масштабные интервенции ряда центробанков для ослабления курсов нацвалют. Некоторые аналитики уже назвали это началом глобальной валютной войны.

Однако опрошенные "РГ" эксперты считают такие страхи преувеличенными, а возможности МВФ и Всемирного банка воздействовать на валютную политику стран ограниченными.

Представители минфинов и центробанков разных стран могут использовать сессию МВФ и Всемирного банка как площадку для переговоров, поясняет зав-отделом международных рынков капитала Института мировой экономики и международных отношений РАН Яков Миркин. Но урегулирование конфликтов интересов в двусторонних отношениях будет решаться скорее на основе рыночных механизмов, нежели станет предметом договоренностей, полагает эксперт. Международные договоренности, по его мнению, возможны в плане предупреждения спекулятивных атак на некоторые валюты со стороны крупных институциональных инвесторов: могут быть установлены требования к стандартам деятельности таких игроков - раскрытию информации, ее прозрачности.

Впрочем, на самом деле на сессии МВФ и Всемирного банка, скорее всего, речь пойдет о долларе и евро, считает директор Центра экономических исследований Московской финансово-промышленной академии Сергей Моисеев. Вопрос в том, являются ли резервные валюты переоцененными или, наоборот, недооцененными?

Через ослабление своих валютных курсов разные государства пытаются подстегнуть вялый экономический рост, повысить конкурентоспособность своего экспорта и улучшить торговые балансы. В течение последних недель к массированным валютным интервенциям прибегли крупные азиатские игроки - Япония, Южная Корея, Таиланд, сдерживать курс своей валюты собирается Сингапур. Тревогу по этому поводу первым забил министр финансов Бразилии Гвидо Мантега, который заявил, что мир ведет "международную валютную войну".

Но главная интрига разворачивается вокруг валютных взаимоотношений двух крупнейших экономик мира - США и Китая. Дело в том, что курс китайской валюты до сих пор регулируется не рынком, а устанавливается финансовыми властями Поднебесной. Американцы убеждены, что Китай получает преимущества на мировом и американском рынках за счет недооцененного юаня. По их мнению, юань нужно укрепить минимум на 20 процентов в течение двух лет. Палата представителей конгресса США уже одобрила законопроект, позволяющий вводить компенсационные таможенные пошлины в отношении товаров из тех стран, которые манипулируют курсом национальной валюты. Буквально за несколько часов до этого Народный банк Китая выпустил заявление, что он будет постепенно повышать гибкость обменного курса нацвалюты.

Теперь все задаются вопросом: на сколько американцы сумеют "прогнуть" юань. Если его курс действительно укрепится, китайские товары станут дороже и в России. Теоретически это могло бы помочь в конкуренции отечественным производителям. Впрочем, Китай давным-давно не завозит в нашу страну плюшевых медведей и тапочки, поясняет Моисеев. Сейчас значительную долю в поставках занимает бытовая техника, на этом рынке конкуренцию китайцам составляют Таиланд, Южная Корея. К тому же даже если Китай пойдет на некоторое повышение курса юаня, скорее всего, оно составит 2-3, максимум 5 процентов, прогнозирует Моисеев. Подсчитать, на сколько при этом могут подорожать китайские товары, сложно: в основном российско-китайская торговля идет за доллары, так что линейной зависимости нет.

Заметим, что о возвращении к реформе курсовой политики, приостановленной в 2008 году на фоне кризиса, китайский ЦБ заявлял еще летом этого года. Но уверенный рост юаня власти КНР считают губительным для экономики Поднебесной. Ревальвация юаня к доллару будет означать повышение его курса к евро и другим валютам, поясняет Миркин. В том числе и поэтому власти Поднебесной в последнее время так бьются за перевод торговли с другими странами в юани. В этом случае Китай, по словам эксперта, сможет получить все те преимущества, которые есть у эмитентов международных валют. Но для этого курс юаня должен быть рыночным, а не контролироваться жестко, как сейчас, говорит Миркин.

Между тем от того, как будут себя вести китайский юань и японская иена, во многом будут зависеть и валютные курсы других азиатских стран. Основной конфликт двусторонних интересов находится во взаимоотношениях США - Китая и США - Японии, поясняет Миркин. Другие азиатские валюты являются ведомыми, их курсы будут меняться вслед за юанем и иеной, говорит эксперт. Но с Японией дело обстоит проще. Японский рынок сильно подвержен влиянию государства, но курс иены рыночный, поясняет Миркин. На Китай США и дальше будут пытаться оказывать давление, власти Поднебесной - объяснять, почему невозможна ревальвация юаня. Но договориться им будет сложно, изменить ситуацию может только ребалансировка американской экономики. Для этого надо менять складывавшуюся годами модель, когда США подпитывались импортом и жили в долг, поясняет Миркин.

Курс рубля, скорее всего, будет автоматически меняться по отношению к доллару в зависимости от курса евро и азиатских валют, прогнозирует эксперт. Но именно доллар, говорит он, является для нас ключевым индикатором. Россия, по словам Миркина, хорошо живет, когда американская валюта слабеет - начинают расти цены на нефть, металлы, зерно, цены на акции. И наоборот. А курс рубля к доллару, в свою очередь, зависит от цен на сырье.

В то же время вряд ли страны действительно готовы включиться в "валютную войну", полагают эксперты. Это имеет непредсказуемые последствия и может привести к неконтролируемой спирали девальвации и инфляции, поясняет Моисеев. Это может привести к изменению потоков капитала, а объем финансовых рынков имеет сейчас гораздо большее значение, чем товарных, говорит эксперт. Уровень глобализации и взаимная зависимость экономик столь высоки, а нежелание войти в следующий мировой кризис настолько сильно, что вряд ли правительства и центробанки стран хотят крупных валютных потрясений, убежден Миркин.