Новости

Рашид Нургалиев рассказал корреспонденту "РГ" о грядущих переменах в МВД

Предстоящую реформу МВД в эксклюзивном интервью "Российской газете" прокомментировал министр внутренних дел России генерал армии Рашид Нургалиев.

Он ответил на вопросы - не ограничится ли дело лишь сменой вывесок? В чем смысл и суть серьезных перемен? Насколько изменятся отношения граждан и новых полицейских? И, главное, насколько все эти новации обеспечат нашу безопасность на улицах, рынках, в общественных местах, на транспорте?

Российская газета: Рашид Гумарович, нынешняя реформа МВД - самая масштабная и радикальная. Меняется закон и даже название - с милиции на полицию. Чем вызваны, на ваш взгляд, столь глобальные перемены?

Рашид Нургалиев: Я бы предложил иную характеристику реформы - она прежде всего своевременная. И нацелена на решение нескольких принципиальных задач.

РГ: Каких?

Нургалиев: Прежде всего сегодня ставится задача придания органам внутренних дел профессиональной правоохранительной идеологии. Она сформулирована в первой статье закона "О полиции". Российская полиция призвана защищать права и свободы человека и гражданина, противодействовать преступности, охранять общественный порядок, собственность и обеспечивать общественную безопасность.

РГ: Это улучшит отношения граждан и полиции, вернет доверие к людям в погонах?

Нургалиев: Возвращение взаимного доверия между органами внутренних дел и населением - одна из самых главных задач.

Милиция традиционно была и остается силовым ведомством, наиболее часто, если не сказать постоянно, взаимодействующим с населением. Потому сегодня, в рамках реформы, мы делаем акцент на формировании партнерской модели взаимоотношений между обществом и полицией. В новом законе есть много разделов, детально регламентирующих эти отношения. А мнение населения предлагается законодательно закрепить в качестве одного из ключевых критериев оценки работы полиции. То есть, по сути, вводится гражданский контроль за ее действиями.

РГ: Кто будет оценивать общественное доверие?

Нургалиев: Независимые организации. Такая практика ведется уже сегодня. МВД несколько лет не проводит самостоятельных исследований общественного мнения, так как их результаты не всегда отражают объективную картину. Поэтому нами заключаются договоры с независимыми социологическими службами, которые и проводят различные опросы и анкетирования. Помимо объективности это добавляет результатам таких исследований профессиональный подход.

РГ: Впервые в истории российского законотворчества законопроект "О полиции" был вынесен на общественное обсуждение в Интернете. Оказалась ли для разработчиков законопроекта полезной прошедшая дискуссия? Какие предложения участников были учтены?

Нургалиев: Обсуждение, безусловно, стало полезным. Многие проблемы возникли у милиции из-за того, что она несколько утратила связь с населением. Готовя закон "О полиции", важно было с самого начала ответить на вопрос: а что ждут граждане от этого важнейшего правоохранительного органа?

Изменений по сравнению с первоначальным вариантом в нынешнем документе очень много, большинство его положений уже подверглись корректировке. Это наглядно можно увидеть, посетив сайт www.zakonoproekt2010.ru, на котором размещена версия законопроекта с внесенными правками. Очень многие предложения показались нам интересными и необходимыми, потому были включены в ту редакцию, с которой сегодня работают депутаты.

РГ: Наверное, люди предлагали как-то смягчить полицейские действия? И какова была ваша реакция?

Нургалиев: Темы поднимались самые серьезные. Вот, например, право задержанного на телефонный звонок. А не предупредит ли он сообщников, не создаст ли трудностей следователям? Пришлось глубоко работать над формулировками, прорабатывать все эти детали.

Набор в полицию будет проходить только по результатам внеочередной переаттестации. Ее пройдут все сотрудники

РГ: Ну, и как, можно будет позвонить задержанному?

Нургалиев: Сегодня редакция статьи 14 законопроекта звучит так: "Задержанное лицо в кратчайший срок, но не позднее трех часов с момента задержания, если иное не установлено уголовно-процессуальным законодательством, имеет право сделать один телефонный звонок для уведомления близких родственников и близких лиц о своем задержании и местонахождении. Такое уведомление может сделать сотрудник полиции по просьбе задержанного".

Хочу поблагодарить представителей экспертной группы разработчиков закона. Они помогли преодолеть эти "трудности перевода", и в результате мы получили наш совместный с гражданами и экспертами вариант законопроекта.

РГ: Насколько неожиданным для вас - или, наоборот, прогнозируемым - стало активное участие людей в обсуждении законопроекта? Как вы считаете, почему возник столь высокий интерес к новому закону?

Нургалиев: Мы были уверены, что законопроект вызовет повышенный общественный интерес и будет проходить активная и содержательная дискуссия. Полагаю, что в основе столь высокого интереса граждан к обсуждению лежат две причины.

С одной стороны, действительно накопился ряд проблем и в работе ведомства, и в его отношениях с обществом, которые нуждаются в разрешении. И общественное обсуждение стало тем маркером, который отметил наиболее наболевшие точки в этой сфере.

С другой стороны, сам факт столь активного участия людей в дискуссии является доказательством того, что МВД, милиция - а в будущем полиция - являются тем институтом, с которым общество готово взаимодействовать и совместно работать. То, что так много наших граждан приняли участие в обсуждении, само по себе свидетельствует о высокой заинтересованности людей в улучшении работы органов правопорядка. Люди считают полицию тем государственным органом, который принципиально важен для них лично. Они осознают, что только через взаимодействие можно повысить личную и общественную безопасность.

Стоит отметить, что за первый - 2010-й - год реформы МВД многочисленные опросы общественного мнения показали позитивный тренд в отношении общества к работе милиции. Это, конечно, отнюдь не повод рапортовать об успехах, но свидетельство того, что мы идем по верному пути.

РГ: Законопроект готовился в достаточно жесткие сроки. Первоначально предполагалось, что он вступит в силу с 1 января, затем срок передвинули, и теперь планируется вступление закона в силу с 1 марта. Не пострадает ли качество документа?

Нургалиев: Работа над законопроектом еще не закончена. В нынешнем виде законопроект задает общий вектор работы российской полиции. Мы абсолютно уверены, что он полностью отвечает современным требованиям к органам внутренних дел, правильно расставляет приоритеты в их деятельности. В том числе отталкиваясь от международного опыта.

РГ: В чем заключается принципиальное отличие законопроекта от пока действующего Закона "О милиции"? И есть ли это принципиальное различие? Что самое важное в новом законе?

Нургалиев: В рассматриваемом законопроекте сохранены те положения действующего Закона "О милиции", которые выдержали проверку временем, подтверждены решениями Конституционного суда России, Европейского суда по правам человека. Это касается, например, положений, которые регламентируют применение мер принуждения - физической силы, огнестрельного оружия, спецсредств.

Однако принципиальным отличием является то, что перед нами стоит задача создать качественно новый институт обеспечения правопорядка. Это не институт государственного принуждения, а действительно правоохранительный орган, нацеленный на защиту прав и свобод человека, обеспечивающий личную и общественную безопасность. Для достижения этих целей выстроена концепция законопроекта.

Не случайно из первой главы исключены любые иные положения, которые не связаны с достижением этой цели. В частности, упоминания о мерах государственного принуждения. Эти меры являются лишь одним из инструментов в реализации социального назначения полиции.

РГ: Что должно коренным образом измениться в работе полиции с принятием нового закона?

Нургалиев: Я бы уточнил ваш вопрос, полиции пока нет. Мы говорим об отличительных чертах создаваемой российской полиции. Это прежде всего высокий профессионализм, дисциплинированность и ответственность, умение четко и эффективно решать задачи в сфере обеспечения правопорядка и защиты граждан в интересах каждого отдельного человека. Полицейские должны понимать, что они не добиваются определенного ведомственного показателя, а помогают людям, они первыми приходят на помощь, если человек оказался в беде.

РГ: Грядущее переименование милиции в полицию вызывает дискуссии в российском обществе и имеет своих противников. Почему вы думаете, что переименование нужно и будет полезно - и для граждан, и для сотрудников МВД, и в целом для российского общества?

Нургалиев: Переименование, а правильнее - возвращение традиционного названия, является одним из необходимых элементов проводимой реформы.

Многие первоначальные претензии к самому факту переименования были уж слишком политизированы или вызваны скорее эмоциями, а не содержательными причинами. Поскольку новый закон предусматривает формирование именно современной правоохранительной структуры полицейского типа, то данное название является абсолютно логичным и адекватным.

РГ: Одной из самых болезненных тем, связанных с работой милиции, является проблема кадров. Какой эффект новый закон, на ваш взгляд, окажет на сотрудников МВД и их работу?

Нургалиев: В законопроекте "О полиции" установлены четкие критерии приема на службу. Каждый потенциальный полицейский прежде всего пройдет комплексное изучение личности, психологическое тестирование и медицинское обследование. Тем, кто поступает на службу в полицию, действующие сотрудники и руководители будут давать рекомендации, и таким образом нести ответственность за их дальнейшие действия. Подобная практика давно и успешно апробирована в российских спецслужбах. Если человек совершит проступок или правонарушение - служебное расследование коснется и его поручителей.

Набор в полицию будет проходить только по результатам внеочередной переаттестации, параметры и технологию проведения которой определит президент России.

РГ: А сегодня, до принятия закона, есть какие-то новации?

Нургалиев: Да. Например, согласно поручению главы государства, МВД приступило к формированию федерального кадрового резерва. В него включены 237 руководителей милиции разных уровней. Причем ряд назначений из числа кадрового резерва уже произведен. Ими стали новые руководители органов внутренних дел Кабардино-Балкарии, Магаданской области и Красноярского края.

В основе самой идеи федерального кадрового резерва лежит необходимость создания современной и эффективной системы ротации руководящих кадров, потребность в обновлении и постоянном притоке новых руководителей из самых перспективных офицеров МВД.

РГ: По каким критериям отбирались офицеры в кадровый резерв?

Нургалиев: По отношению к сотрудникам МВД перспективность означает не только исключительный профессионализм, но и безукоризненные моральные и высокие человеческие качества. Именно поэтому к участникам предъявляются самые высокие и жесткие требования. Это целый комплекс мероприятий. В том числе офицеры из федерального кадрового резерва для своего последующего назначения на руководящие должности, должны проходить тестирования на полиграфе - детекторе лжи, а также тесты, оценивающие их мотивацию и потребности.

В настоящее время в МВД России начата отработка методики определения кадрового потенциала руководящего состава органов внутренних дел. Для каждого руководителя выводится интегральная оценка его деловых качеств, наличия опыта работы, показателей образования и научной деятельности и т.п. Данная оценка используется при определении кандидатов на выдвижение на вышестоящую должность.

РГ: Готовы ли ваши подчиненные к работе в новых условиях? Чем будет отличаться новый полицейский от прежнего милиционера? Например, чем российский милиционер отличается от советского, люди уже сумели оценить. К сожалению, сравнение - не в пользу современных сотрудников. Насколько обновится кадровый состав полиции?

Нургалиев: Вряд ли стоит рассчитывать, что все сотрудники органов внутренних дел одномоментно станут образцовыми полицейскими. Однако многие важные шаги в этом направлении уже сделаны. И общий вектор работы представляется правильным.

Про ужесточение требований и мер, направленных на укрепление дисциплины, мы уже говорили. В законе они детально прописаны. Но уже сегодня, уверен, многие заметили, насколько в последнее время усилилась ответственность непосредственных руководителей за неправомерные действия их подчиненных. Мы не замалчиваем факты преступлений, делаем их достоянием общественности. Это демонстрирует обществу, что наши сотрудники не имеют никаких индульгенций. Напротив, спрос с них выше, поскольку они по долгу службы должны стоять на страже закона. И сегодня действия милиции являются самыми открытыми и прозрачными для общества, в том числе и для критики. Мы научились не только ее слышать, но и делать соответствующие выводы.

РГ: Высокие требования, предъявляемые к сотрудникам, останутся пустым звуком без материального подтверждения. Возрастут ли социальные гарантии, зарплата у полицейских?

Нургалиев: Безусловно. Слабая, социально немотивированная полиция и работать будет соответствующим образом. Поэтому вопросы социальных гарантий и достойного денежного содержания сотрудников МВД являются одним из приоритетных направлений государственной политики, нацеленной на реформирование ведомства.

Президент заявил, что лейтенант полиции в 2012 году будет зарабатывать не менее 33 тысяч рублей в месяц с последующим увеличением в зависимости от служебного роста и изменения выслуги лет. Уверен, что при таких условиях у сотрудников полиции появится серьезный стимул для добросовестного выполнения своих обязанностей. В настоящее время в некоторых регионах сотрудники получают втрое меньше.

Кроме этого, полицейским необходимо гарантировать права на обязательное медицинское страхование, обеспечение жильем, льготы на проезд в общественном транспорте. Два последних обстоятельства особенно важны для обеспечения эффективной работы прежде всего участковых уполномоченных полиции.

Сейчас, в соответствии с поручением главы государства, идет подготовка специального закона, где будут прописаны денежное содержание и соответствующие социальные гарантии. В том числе рассматривается и зарубежный опыт. Кстати, в других странах полицейские также не имеют самых высоких зарплат. Но их работа по защите общества и граждан стимулируется за счет пакета социальных гарантий: достойная пенсия, медицинская страховка, льготное кредитование и т.д.

РГ: Как прошло первое чтение законопроекта в Госдуме? Насколько оно оказалось интересным и продуктивным? Какие положения законопроекта вызвали наибольшее количество комментариев и замечаний со стороны депутатов?

Нургалиев: Обсуждение законопроекта в ходе первого чтения считаю конструктивным и полезным. В развернувшейся дискуссии приняли активное участие представители всех фракций Государственной Думы.

Среди вопросов, которые вызвали особый интерес депутатов, стоит отметить следующие: кадровые - от подготовки сотрудников и проблем их социальной защиты до обеспечения высокой эффективности их работы. Вопросы предупреждения внутриведомственной коррупции, оптимизации функций полиции, механизмов взаимодействия МВД с обществом.

РГ: Кстати, об обществе. Может ли контроль со стороны общественных советов при органах внутренних дел быть действенным, когда они формируются самими органами внутренних дел в установленном ими самими же порядке?

Нургалиев: Что касается деятельности общественных советов при органах внутренних дел, их создания и формирования, то эта процедура уже регламентируется Указом президента от 4 августа 2006 года N 842. В нем прописано, что общественные советы при федеральных министерствах, руководство деятельностью которых осуществляет президент, образуются руководителями соответствующих федеральных органов исполнительной власти по предложению совета Общественной палаты.

Положение об общественном совете и его состав утверждаются правовым актом соответствующего федерального органа исполнительной власти. В положении определяются компетенция и порядок деятельности общественного совета, а также порядок его формирования.

Так что здесь мы ничего нового не придумали. А только законодательно закрепили данные положения.

РГ: Кто конкретно, какое должностное лицо должно отчитываться перед законодательными собраниями?

Нургалиев: Эта обязанность ляжет на руководителей органов внутренних дел, осуществляющих руководство полицией на конкретной территории. Кроме этого, парламентарии смогут также заслушать и других должностных лиц, если в этом возникнет необходимость.

РГ: Какое структурное построение будет у полиции? В законопроекте оно не определено - в отличие от действующего Закона "О милиции".

Нургалиев: Законопроект четко определяет основные задачи и сферу ответственности полиции, обязанности, права и полномочия ее сотрудников. Именно на эту тему было много замечаний у граждан во время общественного обсуждения. Есть свое видение и у депутатов Государственной Думы. Поэтому необходимо сначала определиться с этой составляющей. И уже после того, как законопроект будет принят и одобрен, пройдет все необходимые инстанции, можно будет говорить о структуре полиции, какие конкретно подразделения будут в нее входить и за что отвечать.

В законопроекте четко сказано, что данный вопрос находится в ведении президента. Уже подготовлен проект соответствующего указа, который проходит согласование в заинтересованных ведомствах.

Отмечу лишь, что предлагаемая модель исключает деление полиции на блоки. Ее структура упрощена и не предусматривает такие подразделения, как медицинские вытрезвители при органах внутренних дел, приемники-распределители для лиц, задержанных за бродяжничество и попрошайничество, подразделения по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка. Предполагается объединение подразделений по борьбе с экономическими преступлениями и подразделений по налоговым преступлениям, а также отрядов милиции специального и особого назначения.

РГ: В ходе депутатских слушаний высказывались претензии по поводу того, что в законопроекте не регламентировано такое направление, как следствие. Даже звучали опасения, что порядка 90 процентов всех уголовных дел - а именно столько сегодня относится к компетенции МВД - некому будет расследовать. Действительно ли со вступлением в силу закона "О полиции" МВД лишится следственных подразделений?

Нургалиев: Пожалуй, это одно из самых распространенных заблуждений. Отсутствие в законопроекте "О полиции" упоминания такой функции МВД, как ведение предварительного следствия, вовсе не означает, что с 1 марта 2011 года наши следователи останутся без работы.

Если посмотреть действующий Закон "О милиции", то и там вы не найдете упоминания о наших следственных подразделениях.

Органы предварительного следствия являются самостоятельным структурным подразделением министерства и не относятся к милиции. Это видно как из специальных званий, так и из самого их названия: Следственный комитет при МВД России, Главное следственное управление при ГУВД по городу Москве и т.д. Они входят в систему юстиции и являются процессуально независимыми от милицейского начальства. Их деятельность регламентируется в первую очередь Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Поэтому говорить о том, что они в одночасье перестанут существовать, ошибочно.

Президент РФ Дмитрий Медведев, озвучивая решение о создании самостоятельного Следственного комитета, четко сказал, что следствие в органах внутренних дел, равно как и в других правоохранительных органах, пока останется без изменений.

РГ: Все чаще звучит мнение о необходимости выведения подразделений собственной безопасности из структуры МВД. Как вы к этому относитесь?

Нургалиев: Предложения о выделении подразделений собственной безопасности в самостоятельное ведомство не имеет под собой абсолютно никакой почвы. Напротив, можно с уверенностью сказать, что сегодня ДСБ является ведущим звеном правоохранительной системы, эффективно выявляющим преступления и правонарушения со стороны сотрудников органов внутренних дел.

Службы, которые контролируют состояние законности в ОВД, находясь вне системы МВД, уже давно имеются. Это и ФСБ, и Генпрокуратура.

Находясь внутри системы, подразделения собственной безопасности владеют гораздо большим объемом информации о курируемых сотрудниках. В частности, в МВД собственными силами выявляется более 65 процентов сотрудников, совершивших должностные преступления. А при выявлении фактов взяточничества - более 80 процентов.

Кроме того, имеется значительно больше возможностей для развития агентурной сети среди сотрудников органов внутренних дел и получения своевременной конфиденциальной информации, что способствует повышению качества проводимой работы.

Благодаря этому сегодня в ДСБ МВД, а также в территориальных подразделениях собственной безопасности имеется массив оперативной информации в отношении сотрудников ОВД и ФМС, сформированный и постоянно пополняемый за счет сведений, полученных как от гласных, так и негласных источников оперативной информации. Использование этого ресурса позволяет своевременно выявлять сотрудников, допустивших нарушения законности, действующих в интересах криминальных структур, и принимать кадровые решения при продвижении их по службе.

Кроме того, подразделения собственной безопасности, находясь внутри структуры ведомства, имеют доступ в режиме реального времени ко всем базам данных МВД и документам кадровых подразделений. Способны гораздо более эффективно проводить проверки по жалобам и заявлениям граждан на неправомерные действия сотрудников, так как имеют доступ ко всей служебной документации ОВД.

РГ: Успеет ли российская - пока еще - милиция провести всю необходимую подготовительную работу, чтобы изменения с 1 марта не затронули только ее наименование?

Нургалиев: Мы сделаем все от нас зависящее. А переименование, как я уже говорил, это всего лишь элемент процесса реформирования. Сегодня важно ввести в действие нормативно-правовую базу, по которой будет жить и работать полиция. Это важно и с той точки зрения, чтобы общество видело - позитивные изменения, которых граждане так ждут, необратимы.

2011 год для нас является рубежным. Именно на этот период запланированы все основные преобразования реформы. И я искренне надеюсь, что, объединив все здоровые силы общества, нам удастся достичь конечного результата - повысить безопасность и защищенность наших граждан.

Острый вопрос

РГ: Как может орган государственной власти наряду с государственными функциями выполнять и коммерческие? В законопроекте 3 из 11 направлений работы полиции связаны с рынком услуг безопасности, в том числе охрана на договорной основе.

Нургалиев: Целью деятельности подразделений вневедомственной охраны является не извлечение прибыли, а защита имущественных прав граждан и организаций. Эти подразделения содержатся исключительно за счет средств федерального бюджета, и все доходы, получаемые от осуществления охраны имущества физических и юридических лиц, в полном объеме идут в доход государства. Это прямо прописано в части 3 статьи 47 законопроекта. Поэтому разговоры о коммерческой составляющей в деятельности данных подразделений необоснованны.

Говоря о деятельности вневедомственной охраны нельзя забывать, что речь идет о важнейшей социальной функции, которую она выполняет, - государственной защите имущества. Сотрудники милиции, работающие во вневедомственной охране, имеют тот же статус, что и все остальные сотрудники органов внутренних дел. Например, в части прав на применение оружия, задержание. Они выполняют задачи по охране имущества граждан, банков и коммерческих структур, объектов государственного и муниципального управления. Посты и наряды вневедомственной охраны задействованы в системе единой дислокации, что позволяет оперативно реагировать на изменяющуюся криминогенную обстановку, предупреждать, выявлять и раскрывать преступления.

Здесь есть еще и социальная составляющая: значительное число охраняемых нами граждан - это пенсионеры, ветераны, которые ставят свою квартиру под охрану милиции, чтобы чувствовать себя под защитой государства.

Таким образом, основная задача вневедомственной охраны - это профилактика и пресечение правонарушений и преступлений, в первую очередь имущественных, а не извлечение прибыли, как утверждают наши оппоненты.

Фото: РИА Новости