Новости

08.02.2011 00:25
Рубрика: Общество

Чертковское везение

Граница между двумя бывшими республиками разделила жизнь в поселке Чертково надвое. Последствия этого жители ощущают до сих пор

Как живут люди одного поселка, через улицы и дворы которого пролегла граница России и Украины? Что они приобрели и что - потеряли?

Что они приобрели и что - потеряли?

Самый северный в Ростовской области район - Чертковский. Но назван он так не потому, что здесь последняя черта границы области, где с севера подступают воронежские леса, а с запада украинские меловые степи. А потому, что в девятнадцатом веке здесь жил большой человек, царский сановник и генерал, войсковой наказной атаман по фамилии Чертков, оставивший о себе добрую память начавшейся прокладкой железной дороги. Еще в те времена здесь дружно жили и русские, и украинцы.

Но 20 лет назад все резко изменилось. Жирным пунктиром пролегла по карте государственная граница. Дружественная Украина решила стать самостийной, отделившись от великой державы.

Казалось бы, чего проще: провести линию между двумя бывшими республиками. Но в реальной жизни она прошла, как говорится, скальпелем по живому, и раны эти кровоточат до сих пор. Граница до сих пор рождает множество неудобств для живущих здесь, хотя при этом она настолько условна, что корреспонденты "РГ", отойдя десяток метров от КПП, не удержались от искушения переступить государственную черту. Это оказалось очень легко, гораздо легче, чем просто от нее избавиться.

Зарубежный жених

Кристина и Роман Тимощенко стали мужем и женой несколько недель назад. Вчерашняя школьница из Чертково 18-летняя Кристина с подругами отправилась гулять в соседнее село Меловое. Там симпатичную девушку заприметил украинский хлопец Роман. И не успели родители Кристины оглянуться, как дочь уже привела в дом молодого зятя.

Но вскоре выяснилось, что международный брак зарегистрирован только на российской стороне, то есть только у молодой жены. У 19-летнего Романа отметки о женитьбе в его украинском паспорте нет: чтобы получить штамп, нужно пройти все аналогичные процедуры в украинском ЗАГСе. В Чертково же он пока нелегал, и чтобы обосноваться здесь законно, ему нужно приобрести российское гражданство. А для этого - прожить на территории России не менее пяти лет, получив сначала вид на жительство. Вида на жительство у Романа еще нет, равно как и видов на работу. Какая работа, если он не имеет регистрации, и вообще иностранный гражданин, которому, по российским законам, возможность трудиться может быть предоставлена только по квотам?

Квот в поселке Чертково тоже нет. Поэтому родителям Кристины, вдобавок к троим дочерям, котам и собаке придется пока самим содержать молодого зятя, а скоро и наметившегося внука.

Начальник районного отдела ЗАГС Елена Палеха говорит, что число свадеб в последнее время все уменьшается, еще меньше стало браков между россиянами и украинцами - всего десять процентов от общего количества, в прошлом году их было всего 222, на полсотни меньше, чем в предыдущем. Соответственно, не с чего расти и рождаемости, несмотря ни на какие государственные посулы в виде маткапитала, в этих краях люди чаще умирают, чем рождаются. Крепить российскую державу людьми приходится таким как Тимощенко, в ЗАГСе они уже объявили, что для будущего ребенка выбирают российское гражданство - все-таки в России жизнь им кажется легче.

За любой справкой - будь то свидетельство о рождении, смерти или разводе, гражданам Украины, некогда родившимся или женившимся в Чертковском районе, теперь недостаточно перейти дорогу. Нужно прийти в ЗАГС, откуда направят запрос в министерство юстиции Украины, предоставить подтверждающие документы, оплатить пошлину и ждать не менее двух месяцев. Женихам-невестам с Украины требуется перевод паспорта на русский язык, справка о семейном положении, удостоверенная нотариусом или консульским отделом.

Уехал в Петербург, приехал в Ленинград

Найдет ли Роман работу в Чертково спустя пять лет, когда получит российский паспорт, еще неизвестно. За последние десяток лет здесь закрылись основные предприятия, кормившие местное население - мясокомбинат, колбасный цех, горпищекомбинат, строительное предприятие, рельсосварочный завод.

Граница, прочерченная чьей-то равнодушной рукой, прошла прямиком по зданию мясокомбината, разделив самое производство. Приемный цех, куда пригоняли стадо, и убойный цех остались на украинской стороне, колбасный и холодильник - на российской.

Парадоксальное разделение стало притчей во языцех и предметом анекдотов. Но для исполнителей государственной воли был важен каждый метр отвоеванной у противной стороны земли, и никто не собирался его ни уступать, ни следовать простой человеческой логике.

Не до шуток стало, когда бычки из ближайших российских регионов и даже из самого Чертково не смогли попасть в убойный цех, находящийся в украинской части мясокомбината.

- Людям приходилось везти их сначала на таможенный пост - а это в обход километра два в одну сторону - простоять там очередь и только потом двигаться обратно, - рассказывает глава поселка Анатолий Нестеренко. - Конечно, большинство крестьян из других районов тут же переориентировались на другие пункты сдачи, а наши, помучавшись год-другой, совсем бросили это дело.

Не легче пришлось и украинским животноводам. Ведь готовую продукцию, выпущенную на том же мясокомбинате, но на российской стороне, приходилось оформлять по всем правилам экспорта заморского мяса.

- Мы не сидели, сложа руки, ездили в Москву, в миграционную службу. Тогда, в 1992 году, очереди там стояли неделями, - вспоминает Анатолий Нестеренко. - Вот и мы со своими проблемами: что нам делать с мясокомбинатом, если на нашей половине предприятия 70 украинцев работают без оформления, а таких специалистов с российскими паспортами нам не найти? Принимавший нас чиновник, помню, удивился: а разве так бывает? И говорит: "Ну ждите тогда. Мы вам письменный ответ дадим". С тех пор того ответа и ждем.

За время ожидания ответа из столицы чертковский мясокомбинат приказал долго жить, и лишь полуразрушенный остов здания и покосившиеся ворота с вывеской предприятия напоминают о былых временах.

Улица Дружбы народов

Еще один отголосок ушедшей эпохи СССР - большое здание, чуть ли не единственное двухэтажное в поселке, если не считать здание администрации.

- Этот дом мясокомбинат построил для своих работников. Вот как хорошо жили, - показывает на безжизненные окна глава поселения.

Увы, в какую дверь ни постучимся, никто не открывает. Большинство жильцов или уехали за неимением работы, либо, состарившись, умерли. Сам дом, в отличие от мясокомбината, полностью стоит на украинской земле, и жильцы с российскими паспортами имели здесь немалые проблемы.

Украинка Наталья, забежавшая проверить свою квартиру, рассказывает, что сумела выкупить здесь жилплощадь, что позволительно только гражданам "незалежной". Правда, водовод остался в украинском доме - российский, так что платит за воду она другой стране. И не против платить ей и за остальное - газ, электричество.

- У нас газ несусветно подорожал, шутка ли, сейчас выходит по 500 гривен за месяц - это 2000 рублей! - возмущается Наталья. Расплачиваться приходится где гривнами, где рублями. Но ей еще повезло: есть на границе дома, где российский водопровод уже выключили, а украинский не провели.

Сам глава поселка с юморком рассказывает, как единый газопровод шел сначала на Украину, на Лисичанск, потом, сделав крюк, заворачивал на Меловое, а оттуда - снова в Россию, в Чертково:

- Когда возникла острая ситуация неуплаты Украиной за газ, и российские власти хотели задвижку уже закрыть, мы не знали, что делать. Как только снижали давление, украинцы начинали воровать газ из трубы, и к нам ничего не доходило. На уровне области уже всерьез подумывали о массовой установке "буржуек". Но потом решили проблему, отрезав трубу и закольцевав ее на границе поселка.

Дом украинский, а водовод в нем - российский, платить за воду надо другой стране. Приемный цех мясокомбината украинский, а колбасный - российский

Граждане двух разъединенных государств, живущие в одном поселке, привыкли все сравнивать. Да и как тут не сравнивать, если ходят и живут буквально на одной главной здесь улице со славным названием Дружбы народов. Граница пролегла ровно посередине дороги. По нечетной ее стороне стоят украинские хаты, по четной - домики россиян. С одной стороны магазин "Хлеб", с противоположной - лавка "Хлiб". И лишь неожиданно, как гаишник из-за куста, возникает вдруг пограничный пост под указателем "Увага! Державная граница Украины".

Но местные жители не обращают на эти посты внимания, поскольку за 20 лет они отвоевали себе право беспрепятственного пересекать жирную черту. Правда, только если без поклажи и без транспорта.

Монолог бывшего россиянина

Александр Зелик, 35 лет оттрубивший участковым, проблемы, возникшие после раздела, знает как никто другой. Год назад он создал сайт хутора Меловое - 22 тысячи посещений в год! - и ответственно заявляет, что 90 процентов жителей хутора согласны с тем, что жизнь стала хуже.

- По иронии судьбы я, уроженец России, работал до развала Союза в Меловом. Там же получил квартиру. Когда Украина стала отделяться, попытался жилье обменять на "ту" сторону, но неудачно - многие хотели переехать в Россию. И вот теперь из-за квартирного вопроса считаюсь жителем Украины. А жена у меня россиянка. Отец, братья и сестра - все живут в России, дочь учится в Новочеркасске. Чтобы поехать их проведать, мне нужно каждый раз просить жену, чтобы отвезла меня на своем автомобиле, на который оформлена российская страховка. Правда, для этого ей надо получить разрешение таможни на пересечение границы. Там заплатить пошлину 200 гривен, или 800 рублей.

Поездка Александра к дочери в Россию превращается в еще одну неразрешимую задачу. В три часа ночи нужно попасть на скоростную электричку "Чертково-Ростов". До этого съездить на таможню, выписать миграционную карту, перейти снова в Украину, в Меловое, а ночью поймать электричку. Потом миграционный лист надо сдать в таможню, куда летом из-за нагрузки очереди стоят по три часа.

- Я сделал сыну российское гражданство, три года потратил на то, чтобы оформить паспорт. Хотя родился он на российской территории и жил там, когда распался Союз. И лишь потому, что я украинец, сыну не давали паспорт, - сокрушается Зелик. - Все вдруг должны были обозначиться: что ты делал 6 февраля 1992 года? Где жил? Если не был прописан в России - не россиянин. Не успел прописать ребенка - значит, он не гражданин этой страны.

Такая ситуация у многих моих знакомых. Мой друг Владимир, например, был прописан у своего отца в Чертково, его автомобиль там же на учете. А дом на Украине. Семья с детьми украинцы. В Меловом он открыл магазин, но ездить на российской машине за товаром оказалось невозможно. В результате пришлось продавать все в России, сменить гражданство.

На границе нас все пограничники знают в лицо. Но им наши проблемы не нужны. Поскольку на российской стороне бензин дешевле, подъезжаешь к пункту пропуска, но зеленый коридор тебе не дают, иногда часами стоишь в очереди. Легче взять канистру да сходить за бензином пешком. Что многие и делают. Однако больше канистры в одни руки погранцы не дадут пронести. Вез как-то гостинцы от отца из Чертково - гуся, яйца из собственного подворья, но на границе меня тормознули: нарушение санитарных правил.

Александру вторит жена Татьяна, учительница истории

- Живем с мужем в Меловом, но работаю по-прежнему в Чертково, так что в школу хожу через погранзаставу, по два раза на день. Все равно останавливают: покажите документы. Я говорю пограничнику: "Вы ж меня знаете, я каждый день хожу. А он мне: "Вы уж не обижайтесь, до нас начальство приехало, приходится всех проверять".

Кстати, есть и одно приятное преимущество. Встанешь в семь утра, позавтракаешь, причешешься, до школы дойдешь - и снова семь утра. Украинское время с московским не совпадает, и вместе с границей перейден временной рубеж. А вот на главных чертковских часах на центральной площади поселка время и не вашим и не нашим - стрелки то ли отсчитывают свое, собственное время, то ли остановились еще тогда, когда не знали, чье же время считать.

Мы вместе

По средам и субботам работает рынок в украинском Меловом, по четвергам и воскресеньям - в российском Чертково. Здесь начинается активный обмен достижениями народного хозяйства двух государств, но чтобы попасть на этот праздник жизни, нужно взять с собой не только соответствующие дензнаки, но и паспорт.

- У меня на украинской стороне и сын, и дочь, и каждый раз нужно брать с собой документы, скоро и в туалет с паспортом ходить будем, - говорит 65-летняя пенсионерка Марина Овечкина.

- У нас по статистике самый непьющий район, - шутит поселковый глава. - В областном центре дивятся, что это у нас показатели по продаже алкоголя такие низкие. Да просто потому что всю водку покупаем в Украине.

Так же скупается на "той" стороне "мануфактура", конфеты - все для россиянина кажется страшно дешевым у небогатой соседки. А украинцы с завистью смотрят на дешевый российский бензин, газ и большую, в сравнении с их 350 гривнами, среднюю российскую пенсию.

Хоть табачок и врозь, но спортивные и культурные связи двух поселков стали только крепче. Появился даже фестиваль улицы Дружбы народов - он обязательно проходит по одноименной улице. Состязания в ловкости и силе, в песнях и плясках проходят чуть ли не ежемесячно то на одной, то на другой стороне. Правда, и тут не обходится без казусов.

- В прошлом году у нас серьезная дата была - 140 лет поселку, - рассказывает Анатолий Нестеренко. - А в Меловом отличный, уникальный конный театр, мы его к себе на праздник пригласили. Но нелегально. Потому что коли официально все делать - это надо было разрешение ветслужбы Украины выписывать, два месяца согласовывать все прививки и перемещения.

- Вы представляете, что значит официально оформить полсотни артистов на выезд за границу? - возмущается начальник управления культуры Любовь Буштова. - Автобус не пропускают. Так что артисты творческих бригад всем коллективом дружно нарушают государственную границу, переходя ее лосиными тропами. "На той стороне" предпочитают закрывать на это глаза. Хотя, как рассказали постовые границы, за незаконное пребывание на территории самостийной нарушителю грозит до 850 гривен штрафа или 15 суток ареста.

- Если что и разделяет жителей Мелового и Чертково, так только непродуманная политика государственных горе-чиновников, решивших поделить неделимое, - считает Анатолий Нестеренко. - Разрезали по живому, и как ни приспосабливались все двадцать лет, все равно остались жить в мире парадоксов.

А глава администрации района Александр Данцев сказал, что вообще не понимает термин "дружба народов" применительно к россиянам и украинцам.

- Мы братья, представители одного славянского народа, а родственные связи крепче дружбы, - говорит он.

- Но мы потеряли больше, чем несколько закрытых предприятий, отличие в ценах на газ и разные пенсии для одинаково трудившихся на одних и тех же предприятиях людей, - сокрушается Нестеренко. - Вырастает новое поколение, которое уже не знает, что было. Что именно отсюда, с Чертково, началось освобождение всей Украины от немецко-фашистских захватчиков. Раньше мы ходили в украинские детсады, а украинские ребятишки бегали в наши школы, не видя никакой разницы между народами. Теперь же в украинских школах не учат русский язык. И когда я приезжаю во Львов, вижу свежеиспеченную табличку с названием улицы имени Степана Бандеры.

Общество Ежедневник Стиль жизни Филиалы РГ Юг России ЮФО Ростовская область 20 лет без СССР РГ-Фото
Добавьте RG.RU 
в избранные источники