Новости

28.04.2011 09:53
Рубрика: Общество

По следам цезия

Медики заглянули за радиоактивный барьер

Исследовав сотни тысяч жертв радиации, брянские врачи смогли ответить на вопрос, нужно ли ждать новых волн заболеваний. На вопросы корреспондента "РГ" ответил главный врач Брянского клинико-диагностического центра Александр Силенок.

Российская газета: Александр Васильевич, что произошло со здоровьем населения за 25 лет после Чернобыля? Насколько подтвердились мрачные прогнозы?

Александр Силенок: Сказать, что здоровье улучшилось, я, к сожалению, не могу. Заболеваемость населения юго-запада Брянской области, который подвергся радиационному заражению, превышает среднеобластные показатели на 30-40 процентов. Но уровень онкологической патологии не выше, чем в целом по России. Кроме одного показателя - рака щитовидной железы. Действительно, этот недуг имеет тесную связь с облучением, особенно пострадали дети. Сейчас, однако, он встречается не чаще, чем в других краях. Но у людей, которые на момент аварии были детьми, мы и сейчас находим эту болезнь. Причем уровень заболеваемости раком щитовидки у всего населения области в 3,5 раза выше, чем в целом по России. Это говорит о том, что практически все брянцы "хлебнули" радиоактивного йода. Сейчас юго-западные районы загрязнены цезием, йод давно распался. Департамент здравоохранения и областные власти предпринимают немало усилий, чтобы ослабить критичность положения. В районах проводится выявление заболеваний щитовидной железы. Кроме того, у нас работает бригада Красного Креста, она осматривает ежегодно 15 тысяч человек. Эндокринологи заняты первичным осмотром во всех поликлиниках. В результате мы своевременно диагностируем рак железы и практически не находим запущенных случаев, что позволяет успешно лечить пациентов. После операции они получают гормональную терапию и наблюдаются у наших эндокринологов в течение 10 лет. Смертность в связи с этим заболеванием не увеличилась, качество жизни людей не страдает.

РГ: Тем не менее уровень общей заболеваемости населения радиационных районов выше, чем среднеобластной. С чем вы это связываете?

Силенок: Здесь целый комплекс факторов. Малые дозы радиации, как доказано учеными, влияют на состояние сосудистой стенки. Она уплотняется, растут заболевания, связанные с системой кровообращения - гипертония, ишемия, сосудистые патологии головного мозга. Влияет и стресс. Люди считают, что живут в опасных условиях, что им недостаточное внимание уделяет государство. Стресс во время острой фазы вызывает выброс гормонов, и если он затягивается, то опять-таки страдает сосудистая стенка.

РГ: Значит ли это, что менее мнительные люди меньше подвержены и заболеваниям?

Силенок: В какой-то степени да. Кроме того, нельзя забывать, что изменились условия жизни. После Чернобыля распался Советский Союз, сломался экономический уклад, люди потеряли работу, а сельским хозяйством на радиационных территориях можно заниматься с ограничениями. Лесные дары требуют проверки. Изменение уклада жизни тоже влияет на заболеваемость. И еще. Надо иметь в виду: болезней нет там, где их не ищут. Население чернобыльских земель постоянно проходит диспансеризацию. Можно сказать, что никто в России не проверяется так часто, как эти люди. Обследуются ежегодно 130 тысяч человек, в том числе 40 тысяч детей. Мы выявляем заболевания на ранних стадиях, и, конечно, на статистике эффект скрининга не может не отражаться.

РГ: Возвратимся к радиационному йоду. Известно ли, кто и какой силы удар испытал весной 1986 года? Ведь пострадали также Орловская, Тульская, Калужская области.

Силенок: Сейчас уже сложно оценить тот удар. И нас заботит другое. Исследования показали, что облученные чаще, чем другие, болеют остеопорозом - вымыванием кальция из костей. Но материала для глобальных выводов пока недостаточно. Пристально изучаем ситуацию с заболеваемостью молочной железы. Пока каких-то изменений по сравнению с чистыми территориями не находим. Беспокоит общая заболеваемость детей, связанная с теми факторами, о которых я говорил. Кроме того, раньше по чернобыльской программе ребят из радиационных районов регулярно вывозили в чистые места на месяц или два. Сейчас средств для оздоровления недостаточно. К сожалению, из-за слабой информированности либо наплевательского отношения к своему здоровью население употребляет фрукты и овощи с зараженных радиацией садов и огородов. Несут из леса "светящиеся" грибы и ягоды. У людей нет стремления к здоровому образу жизни. Редко кто занимается физкультурой и отказался от курения и алкоголя. Концепция новой федеральной чернобыльской программы делает акцент на реабилитацию территорий, строительство лечебных учреждений. Потребуются средства и нашему диагностическому центру, так как оборудование с 1993 года значительно износилось. Сейчас государство дает нам деньги только на информирование населения.

РГ: Каким образом сейчас попадает в организм радиация?

Силенок: Проникает в качестве внешнего источника облучения, а также с пищей. Радионуклиды могут попадать и с воздухом. Поэтому мы так боялись, что загорятся чернобыльские леса. У нас есть отдел, который занимается изучением влияния радиации на хромосомы и клетки человека. Сейчас наблюдаем более пятисот человек. Ежегодно к нам обращаются около 60-80 тысяч жителей радиационных территорий.

РГ: Некоторые японцы, пережившие бомбардировку Хиросимы, отличаются долголетием. Есть ли в радиационной зоне люди, на которых радиация не оказала существенного воздействия?

Силенок: Японские хибакуси живут до 90 лет и дольше. Там великолепное медицинское обслуживание, некоторые перенесли уже четыре-пять операций по поводу онкопатологий, найденных на начальной стадии. У нас же даже некоторые ликвидаторы уклоняются от диспансеризации. Но потом именно из этой группы выявляются люди с запущенными заболеваниями.

РГ: Согласны ли вы с тем, что сегодня жители даже самых загрязненных деревень не нуждаются в переселении?

Силенок: После аварии нужно было переселять часть жителей области. К сожалению, эвакуация проводилась с запозданием. Но сейчас уже произошло естественное снижение радиационного фона. Надо думать о том, чтобы у людей была хорошая работа и достаток. Тогда они смогут покупать чистые продукты, укреплять свое здоровье. Но с поставарийным стрессом трудно бороться. Он повлиял даже на детей. Исследователи заметили, что белорусские ребята, рисующие мир, используют очень много темных красок. Ведь Белоруссия в свое время объявила себя пострадавшим государством, люди почувствовали себя бедными и несчастными. Конечно, это было ошибкой. У нас после аварии стали платить за потенциальный риск. Еще нет заболевания, но вот получи деньги: а вдруг заболеешь. Во всем мире поступают иначе. Если ты заболел - получи деньги на оздоровление. Сейчас мы, напротив, должны внушать людям оптимизм, не забывая при этом о медицинском обслуживании.

РГ: Прогнозируете ли вы новые волны заболеваемости?

Силенок: Предполагался рост числа лейкозов, но его не случилось. Поэтому склоняюсь к мысли, что самое страшное уже позади. Хотя, должен сказать, ежегодно мы выявляем у взрослых 230-245 случаев рака щитовидной железы.

РГ: Удалось ли справиться с йодной недостаточностью?

Силенок: Есть соответствующие федеральная и областная программы. Благодаря им на хлебокомбинатах, в детских учреждениях проводится йодирование хлеба и других продуктов. Беременным женщинам дают специальные препараты, всех новорожденных сразу обследуем на врожденный гипотиреоз. Ежегодно выявляется три-четыре случая, но это естественный уровень. В целом население недостаточно употребляет продуктов, содержащих йод.

РГ: Насколько крепок иммунитет брянцев, которые живут в зоне радиации?

Силенок: Параметры иммунитета очень разнообразны. Поэтому нельзя серьезно относиться к рекламе препаратов, которые якобы повышают сопротивляемость организма. Чтобы выявить снижение иммунитета, надо провести сложное и дорогостоящее обследование. Можно и нужно применять поливитамины - весной и осенью в течение месяца. Полезны в микродозах адаптогены - элеутерококк, женьшень. Оценить же сейчас в целом уровень иммунитета всего населения области нельзя, для такого исследования потребуются громадные средства.

РГ: Полезным ли оказалось сотрудничество с зарубежными медиками?

Силенок: Вместе с французскими учеными мы проводим исследования, цель которых понять причину нарушений сердечного ритма у детей. Влияют ли на него малые дозы радиации? Французы поставили нам оборудование, а наши специалисты снимают кардиограмму у ребят из чернобыльской зоны, проводят УЗИ сердца. На сегодня обследовано 8300 детей, но выводы пока делать рано, хотя у 60 ребят выявили очень серьезную патологию сердца. Двое прооперированы по поводу нарушения сердечного ритма, семнадцать ребят направлены в Москву на дальнейшее обследование. Программа будет работать еще два с половиной года. А совместно с американскими учеными мы должны установить, как влияют малые дозы радиации на развитие рака молочной железы.

РГ: Чему, на ваш взгляд, научил Чернобыль, а что осталось недооцененным?

Силенок: Мы теперь имеем достаточный опыт, чтобы бороться с последствиями таких аварий. Но стоит еще раз вернуться к принципам проектирования и безопасной эксплуатации атомных станций. Без этого источника энергии не обойтись, однако нужно тысячу раз просчитать, где строить эти объекты и что сделать, чтобы они никогда при любой нештатной ситуации не угрожали здоровью человека.

Общество Здоровье Филиалы РГ Центральная Россия ЦФО Брянская область Авария на Чернобыльской АЭС
Добавьте RG.RU 
в избранные источники