Новости

Вот и все. Заявление об уходе подписано. Знаменитый, легендарный и проч. и проч. "Театр на Таганке" погиб. Его основателю никто не сказал cпасибо. Сказали: "Жалко, Юрий Петрович, что вы не желаете, чтобы в вашем театре, кроме вас, был еще один начальник: директор. Ну, не хотите, как хотите. Жаль, конечно, но - до свидания".

Стало абсолютно ясно, что у департамента культуры Москвы и у его руководителя Сергея Худякова есть четкая позиция: при конфликте труппы с руководителем права труппа. Эта позиция доказана уже в трех случаях. Коллектив всегда прав... Жизнь каждого отдельного человека и человечества в целом доказывают, что вывод этот не всегда справедлив. Ну, да что поделаешь?

Да Бог с ним с департаментом культуры. Поскольку руководители московских театров по поводу этой позиции не возмущаются, значит, она их устраивает. И ладно. Как говорится: лишь бы не было войны. Войны между чиновниками и творцами.

Меня гораздо больше интересуем мы. Не артисты, которые теперь, наверное, празднуют победу. Не даже сам Любимов, который ведет себя как русский богатырь - и хочет ответить на обиду спектаклем по Достоевскому. Мы с вами. Наша реакция на ситуацию с Таганкой. То, как она проявила нас, зрителей. Мне интересна Таганка не как театральный скандал, а как зеркало.

У меня лично по поводу скандала с Любимовым есть один категорический императив: ученики никогда не должны воевать с учителем. Другими словами: учитель не может сделать ничего такого, чтобы ученики с ним воевали. Равно как нельзя никогда воевать с родителями. Родители дали тебе жизнь и тем навсегда заслужили прощения от всех грехов. Родители вывели на дорогу жизни, учитель научил по ней идти - они неприкосновенны. А если этот учитель, к тому же, гениальный режиссер, создавший свой дом, то вообще никаких разговоров быть не может.

У меня лично по поводу скандала с Любимовым есть один категорический императив: ученики никогда не должны воевать с учителем

Казалось мне. Я ошибся. Оказывается, есть множество других категорических императивов, куда более понятных. Сразу должен заметить: не хочу никоим образом утверждать, что я-де такой нравственный, а все другие - нет. Ни в коей мере. У меня - и не только у меня, а у многих людей, как правило, представителей интеллигенции - оказался такой взгляд, а, как я понимаю, у большинства народонаселения - другой. Бывает. Как говорится, не сошлись во взглядах.

Может быть, особенно печальным для меня оказалось то, что для нас возраст человека - это не повод для уважения, а повод для издевательства. Мы не восторгаемся тем, что человек в 93 года руководит театром, борется, строит планы... Нам привычней говорить про него всякие оскорбительные вещи. Надеюсь, что Юрий Петрович не читает Интернет, иначе бы он узнал массу гадостей о своем возрасте.

Только что я закончил книгу под названием "Прочистите ваши уши. Многослов-3: первая философская книга для подростков". Я писал ее вместе со своим двенадцатилетним сыном, и сын задавал мне темы книги. Однажды он попросил меня: "Напиши про то, почему надо уважать взрослых. Ведь они делают массу глупостей, а их все равно требуют уважать". Я подумал и написал про то, что взрослого человека надо уважать уже хотя бы за то, что он больше страдал. За страдания его, которым полна жизнь любого человека. Что уж говорить о старике? Стариков надо уважать хотя бы за то, что они прожили и пережили больше, чем мы. Но нам, похоже, проще иронизировать над ними, забыв, что если старость - это наказание, то оно приходит ко всем, кто доживет.

Мы категорически не приемлем того, чтобы жена работала вместе с мужем. В современном театре, нацеленном на приобретение прибыли (а без этого он погибнет), разделение функций худрука и директора возможны только при условии полного доверия между ними. В противном случае, худрук не может ничего: ни начать новый спектакль (директор скажет, мол, слишком дорого); ни материально поощрить или наказать артистов (директор может дать деньги, а может не дать); ни организовать гастроли (директор скажет: невыгодно). Поэтому предложение Любимову взять в театр неизвестного ему директора выглядит фарисейским. Ну, да Бог с ним.

Любимов взял свою жену исполнять, по сути, функции директора. Возможно, она вела себя бестактно и властно: допускаю это. Она хотела обеспечить Любимову нормальную жизнь в театре.

Такое не прощается. Жена? Сиди дома. Замечу, что никто и никогда не сказал супруге режиссера спасибо за то, что Любимов - гордость отечественного искусства - находится в такой прекрасной творческой и физической форме. Жена начальника, которая к тому же этому начальнику помогает - враг по определению.

При столкновении личности и коллектива народонаселение всегда будет стоять за коллектив. Может быть, годы советской власти сказываются, может быть, наша всегдашняя раздражительность по отношению к ярким личностям. В нас живет невероятное желание показать человеку, что он - такой же, как мы. Желание восторгаться гением у нас, как правило, возникает после его смерти.

В этой ситуации отразилось еще и наше неумение уважать героев своей страны. В бесконечных спорах, которые я веду о Любимове и на своем форуме, и по телевизору, и по радио, я все время говорю о нем, как о национальном достоянии. И вдруг, в какой-то момент я понял, что для огромного количества молодых (и не очень) людей Любимов - это просто очень старый (говорю мягко) человек со вздорным характером. Многие даже не знают, как Юрия Петровича в свое время лишили гражданства. Не подозревают, что, если бы не Театр на Таганке, многие из нас сегодня были бы другими. Не ведают, что Высоцкий пришел на Таганку никому не известным артистом, который не ужился в двух театрах, и только благодаря Любимову раскрылся как невероятный театральный талант.

Удивительно, но каждое поколение у нас начинает жить так, словно до них ничего не было! Молодые люди не знают, кто такой Сахаров, туманно представляют себе, что сделал Солженицын для понимания истории нашей страны. Мне кажется, очень трудно будет жить стране, в которой каждое следующее поколение не стоит на плечах предыдущего, а как бы висит в безвоздушном пространстве. Трудно это - в безвоздушном пространстве висеть.

Не хочется, правда, выглядеть пожилым занудой, но все-таки кажется, что-то неверное в том, что нет уважения к старшим, нет уважения к живущим гениям... На чем, скажите, будем строить уважение к современникам?

Удивительное дело! Когда возник Интернет, и каждому представилась возможность абсолютно безопасно писать все, что вздумается, - на страницы Интернета вылились (и продолжают литься) потоки зла и брани. Не доброты, замечу, - злобы. Может быть, конечно, Интернет служит для некоей психологической разгрузки, но все-таки то, что нам злыми быть естественней, чем добрыми, по-моему, неправильно.

Вот и по поводу Любимова - невероятное количество брани, злобы и истерики. Как будто отыгрывают люди на нем какие-то свои комплексы.

Таганка Любимова ушла в прошлое. Мы с вами остались. Тут. Какие есть. Вот она в чем проблема...

Культура Театр Колонка Андрея Максимова Конфликт в Театре на Таганке