Новости

21.07.2011 00:09

Блюз для гитары и терапевта

Хью Лори представил премьеру, в которой неожиданно объединил рок-музыку и историческую прозу

Этого обаятельного англичанина знает даже больше людей, чем они думают. Ведь именно он сыграл роль доктора Хауса в культовом телесериале. А теперь издал и свой дебютный альбом - Let Them Talk.

Абсолютно не в традициях Доктора Грегори Хауса.

В этого циничного и саркастичного красавчика безропотно влюблялись женщины. И вряд ли они полагали, что в свободное время знаменитый Хью Лори играет корневой, тягучий и душевный блюз одинокого и невезучего мужчины-романтика. Звезды кино и раньше старательно карабкались на эстрадную сцену. Особняком стоят имена Мэрилин Монро и нашего Андрея Миронова - их диски люди слушают и безотносительно от успехов актеров в кино. Остальные вряд ли могут похвастаться тем, что преуспели в обоих жанрах одинаково ударно. Даже Брюс Уиллис, поющий рок-н-роллы, и колесящий по миру с собственной грандж-группой Киану Ривз, да и гротескно ломающий стереотипы хип-хопа Гоша Куценко вряд ли продавали бы столько билетов на концерты, не будь у них за спиной ролей в кассовых блокбастерах.

Английский мачо Хью Лори долгое время не заявлял о своих песенных амбициях. Время от времени играл на фортепиано - то в сериале "Дживс и Вустер" (в России его не показывали), то в группе Band Of TV, салонно, вычурно и кичливо. Но главным для него было все-таки кино. Еще до "Доктора Хауса" Хью снимался в фильмах "Опасные связи", "Разум и чувства", "101 дaлматинец" и других. Был удостоен нескольких престижных премий "Эмми", двух "Золотых глобусов". А по результатам 2010 года оказался самым высокооплачиваемым актером на американском телевидении. Но только после окончания всех сезонов "Доктора Хауса", похоже, набравшись от этой роли желания терапевтически лечить не только тела, но и души, неожиданно ворвался в число главных звезд мирового блюза. С дебютным альбом Let Them Talk ("Пусть они говорят"), спетым низким, чувственным, очень густым и вязким, как мазь Вишневского, голосом.

Таким он не выписывал рецепты в сериале. Наверное, Хаус-Лори научился так петь, утешая, убаюкивая пациентов по фильму или нервно затягиваясь сигаретой после операции, чтобы затем взорваться эмоциями и объяснить окружающим, что шансов еще предостаточно, несмотря на сомнения и мучения. Блюз и эпизодически южное буги (техасское, где-то эпизодически даже в традициях ZZ Top) - основные стилевые направления этого альбома. Удивительно теплого, согревающего, бодрящего и жарящего по нотам, несмотря на обилие минорных гармоний. И имеющего безусловный терапевтический эффект.

Вряд ли Хью Лори сам добивался именно этого. Начиная с первого трека, в котором он сыграл на рояле размашисто темперированную интерпретацию, где заметны влияние и отдаленные мотивы Summertime Джорджа Гершвина, наверное, по сей день - одной из главных композиций в мировом джазе. Или в народном американском фолк-блюзе Battle Of Jericho, где он уже гортанно и гневно пел-наговаривал, бравурно подыгрывая себе на акустической гитаре. Под аккомпанемент еще двух мандолин, банджо и надрывный женский бэк-вокал, парящий где-то на дальнем плане с немытыми сковородками. А то и в блюз-канкане Swanee River - с разбитным гаерским фортепиано и жалующимся о чем-то своем безутешно-неистовыми скрипочками... Но, наверное, слишком уж Хью Лори породнился с образом, освоенным в "Докторе Хаусе". И в итоге ушел от салонности и нарочитого шика в подаче материала в сторону консервативного нью-орлеанского блюза и предельной искренности и брутальности треков. Так доктор утешает своих пациентов в том, что все у них будет хорошо, и не может не утереть их слезы, даже зная, что у него самого в это время на кухне раскалилась плита, а жена собирает чемодан, намереваясь уйти.

Из этих полутонов, взбалмошных ритмов, творческих союзов (на отдельных треках актеру-музыканту подпевают Том Джонс, Ирма Томас и даже гуру нью-орлеанского ритм-энд-блюза Доктор Джон, что, безусловно, уже комплимент!) и вырос этот альбом Let Them Talk. Равно как и сам Хью Лори вырос из своего Доктора Хауса: даже на обложке диска он предпочел, чтобы его изобразили в пол-лица. Во-первых, так сразу не узнают в новом музыканте уже знаменитого актера. А во-вторых, у публики остается графическая загадка и подсказка о том, что самого Хью Лори они знают пока лишь наполовину.

Непредсказуемый англичанин, кстати, и сам все порядочно запутал. Например, пригласил в продюсеры американского продолжателя традиций Тома Уэйтса - певца и пианиста Джо Генри. Но, похоже, особо его не слушался. В альбоме Let Them Talk имеются и отголоски брутального нон-конформиза и резкие, хрипатые обертоны в духе Уэйтса. Но и только... Поскольку в своем третьем сольном альбоме Джо Генри Blood From Stars преобладает тема несчастий и грустных исповедей маленького человека, быстро утомляющих своим деструктивизмом. Однако Хью Лори совсем иной, и ориентируется скорее на позитивизм Боба Сигера. Поэтому сводит роль звездного и дорогого продюсера до минимума, равно как и значение гостевых контрибуций Тома Джонса. Демонстрируя, что теперь и сам драматично и раскатисто петь мастак! И перепоет уже кого угодно!

Но окончательно все запутывает Лори, когда публикует в буклете диска литературное эссе, убедительно напоминая, что является и знаковым сценаристом, неоднократно работавшим в паре со Стивеном Фраем. Возможно, как раз для этого он и помещает в буклете пространную историю якобы о себе, и являющуюся почти новым киносценарием. О том, как родился еще в позапрошлом веке. Никогда прежде не был в Алабаме до 1890-х. А потом стал учиться игре на пианино, слушать по радио Уилли Диксона, а затем остановился в Новом Орлеане и подружился, стал проводить ночи с новыми приятелями - Бо Диддли, Блэйком, Мадди Уотерсом (все - сплошь звезды американского блюза середины прошлого века!)... И в итоге слушатель и читатель Let Them Talk так погружается в звучание и чтение альбома, что постепенно забывает о том, что Хью Лори - модный киноактер, который еще недавно снимался в одном из самых успешных сериалов американского телевидения "Доктор Хаус"... Кажется, что этот англичанин, ныне полюбивший блюз, именно того и добивался. И правильно.