Новости

18.08.2011 00:00

Добро пожаловаться

Материалы "Юридической недели" подготовлены совместно с Ассоциацией юристов России

Арбитражные суды открыли двери для простых людей, не обремененных статусом предпринимателя. Это событие вызвало большой резонанс в профессиональной среде.

Заместитель председателя Высшего арбитражного суда РФ Татьяна Андреева в интервью "Российской газете" отметила, что, по ее мнению, не так важно, в какой именно суд - арбитражный или общей юрисдикции - человек придет защищать свои права. Главное, чтобы его дело было рассмотрено грамотно, справедливо, своевременно и чтобы неопределенность в вопросах компетенции не препятствовала судебной защите, доступу к правосудию.

Не место красит справедливость

Российская газета: Сейчас в юридическом мире развернулась дискуссия, что арбитражные суды вроде бы забирают часть полномочий у судов общей юрисдикции. Действительно - забирают?

Татьяна Андреева: Да ничего они не забирают. Просто на законодательном уровне предпринимаются попытки определить содержание экономического спора и иных споров, связанных с законодательной деятельностью. А дискуссия эта имеет давнюю историю: с тех пор как были образованы арбитражные суды - а это уже почти 20 лет тому назад, - они "забрали" часть полномочий у судов общей юрисдикции, имея в виду, что к ведению арбитражных судов были отнесены экономические споры и другие дела с участием юридических лиц и предпринимателей, а в случаях, предусмотренных законом, с участием иных организаций и органов государственной власти.

По мере развития арбитражного процессуального законодательства, касающегося полномочий арбитражных судов, эта дискуссия получала новые импульсы. В частности, в 2009 году в законодательстве было закреплено понятие корпоративного спора и все корпоративные споры, независимо от состава участников спорных правоотношений, отнесены к ведению арбитражных судов. А в 2010 году дальнейшее развитие получили положения о подведомственности дел об оспаривании нормативных правовых актов, регулирующих отношения в различных областях экономики. Изменения, которые были внесены в Арбитражный процессуальный кодекс, предоставили возможность гражданам обращаться в арбитражные суды для оспаривания нормативных правовых актов, принятых государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами или должностными лицами и регулирующих отношения в определенных сферах экономической деятельности.

РГ: Значит, если человеку не нравится, скажем, полицейская инструкция по выдаче разрешений на травматическое оружие, он может подавать иск в арбитраж?

Андреева: Нет. В законе четко оговорено: гражданин может обратиться в арбитражный суд, если полагает, что оспариваемый нормативный правовой акт или отдельные его положения нарушают его права и законные интересы в тех сферах экономической деятельности, которые указаны в статье 29 АПК РФ, например в сфере налогообложения, таможенного регулирования, экспертного контроля и других. По закону, арбитражные суды рассматривают экономические споры и другие дела, связанные с предпринимательской и иной экономической деятельностью, т.е. они осуществляют правосудие в сфере экономики. Но экономика - это очень многозначное понятие, оно не ограничивается только предпринимательской деятельностью.

Спорный порядок

РГ: Тем не менее сложился определенный порядок вещей, когда предприниматели и юридические лица идут к вам. А простые граждане - в суды общей юрисдикции. Теперь этот порядок нарушен, и многие в юридическом мире считают такой поворот неправильным.

Андреева: Вот в этом-то и проблема! Не должны одни и те же иски рассматриваться в разных судах, а выбор суда - зависеть от того, кто обращается с иском. Природа спора не может меняться в зависимости от статуса лица, обращающегося с иском.

Возможно, если бы в законе было определено понятие экономического спора или экономической деятельности, то не возникло бы и проблем с определением компетенции арбитражных судов.

Я не склонна считать, что последние изменения в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации свидетельствуют о расширении компетенции системы арбитражных судов. Да, законодательство о подведомственности постоянно совершенствуется, и по некоторым категориям дел мы стали принимать заявления от физических лиц. Но речь идет о делах, которые связаны с экономической деятельностью.

РГ: Однако суды общей юрисдикции все равно ближе к народу, они находятся в шаговой доступности.

Андреева: Подсудность при оспаривании нормативного правового акта "привязана" к месту нахождения ответчика, т.е. органа или лица, чей акт обжалуется, а не истца. Если человек подает иск к государственному органу, находящемуся в столице, а сам живет на Дальнем Востоке, дело все равно будет рассматриваться в Москве.

При нынешних технологиях опасения, что возникнут какие-то трудности, не столь актуальны. Сейчас стала реальностью возможность направления исков, жалоб и других документов в любой арбитражный суд с использованием сети Интернет. Арбитражные суды, напомню, с начала года принимают иски и иные процессуальные документы в электронной форме. Введены правила использования видеоконференцсвязи в процессах.

РГ: Позволят ли гражданам через арбитраж судиться с налоговой и таможней?

Андреева: Я не знаю, будет ли когда-нибудь принято решение о передаче в подведомственность арбитражных судов всех налоговых, таможенных и им подобных споров с участием физических лиц, хотя очевидно, что такие споры имеют экономическую сущность, они возникают при осуществлении хозяйственной деятельности людей, они нам близки.

Однако более значимым мне представляется сейчас не вопрос о причинах передачи дел той или иной категории арбитражным судам, а вопрос о повышении эффективности правосудия. Неопределенность в вопросах компетенции не должна препятствовать праву на судебную защиту, не должна создавать проблем для граждан и организаций, связанных с "поиском" суда, в который следует обращаться. Гражданин вправе рассчитывать на то, что, в какой бы суд он ни обратился, его права будут защищены и восстановлены.

РГ: На правоприменительную практику влияют не только законы, но и личные соображения людей в мантиях. Кто-то искренне болеет душой за дело, а кому-то не хочется терять вес и влияние.

Андреева: Вопрос не в том, у кого больше власти. Авторитет суда определяется качеством судебных решений, уровнем эффективности правосудия. Есть более значимые проблемы, чем выяснение, у какого суда больше власти. Повышение качества правосудия, доверия к суду, минимизация судебной нагрузки, вопросы, связанные с формированием судебного корпуса, - вот наши болевые точки.

Практика диктует необходимость привлечения в суды представителей всех юридических профессий, чтобы суды были более квалифицированными, были готовы к рассмотрению дел любой степени сложности.

РГ: Кого бы вы порекомендовали?

Андреева: Традиционно сложилось, что судейский корпус пополнялся за счет бывших работников прокуратуры, следственных работников. Может быть, для сферы уголовного судопроизводства это и хорошо. Но представьте себе экономические споры, в них может досконально разобраться только специалист, хорошо представляющий, как работают механизмы рыночной экономики. Необходимо, чтобы в судейский корпус пришли представители науки, адвокаты, юрисконсульты, юристы компаний и корпораций, в том числе работающие в бизнесе, представители всех юридических профессий.

РГ: Как привлечь на судейские посты успешных юристов из крупных корпораций, богатых адвокатов?

Андреева: Работа судьей - пик юридической карьеры. Я не склонна видеть какой-то подвох в том, что люди идут на более низкую зарплату. Имеет значение творческий характер работы, профессиональный интерес, желание полнее использовать свой потенциал, ну и, конечно, осознание значимости работы в сфере правосудия. Ведь ни одному другому лицу, кроме судьи, не дано права принимать решения именем Российской Федерации. Сейчас судебная система очень открыта, она прозрачная. Мне важно, что обо мне думают мои коллеги, в том числе ученые-юристы, преподаватели вузов. Я совершенно уверена, что никакому судье это не все равно. К нам идут те, кто видит смысл в своей профессии, готов и может что-то сделать. Миссия судьи ко многому обязывает, но она же является и достаточным стимулом для того, чей профессиональный интерес не исчерпывается деньгами.

Ключевой вопрос

РГ: Не мешают ли законы поступать в судьи тем же юрисконсультам?

Андреева: Так сложилось, что в стаж работы судьи, дающий право на получение всех выплат, включается время работы адвокатом, прокурором и следователем. Но не включается работа юристом компании, иная работа по юридической профессии. Создается неравенство, дискриминация по отношению к людям одной и той же юридической профессии. Думаю, что в целях привлечения в судьи представителей всех юридических профессий следовало бы в этой части внести изменения в законодательство о статусе судей. Тогда в судейский корпус придут подготовленные люди, готовые рассматривать сложнейшие дела о банкротстве, налоговые споры, споры в сфере финансового рынка, инвестиций, корпоративные споры и другие.

В этом смысле, я имею в виду подготовку и подбор кадров для работы судьями, нам есть чему поучиться у наших зарубежных коллег.

РГ: Но ведь и практика - отличный учитель. Судья втянется в процессы, набьет руку на экономических делах, и все будет хорошо. Есть ли смысл изначально брать глубокого, но в чем-то одностороннего специалиста?

Андреева: Юристы компаний, имеющие опыт работы, адвокаты не страдают "обвинительным" уклоном, у них есть богатый опыт правоприменения, который был бы очень полезен в судебной работе.